Без правил
Шрифт:
– Бойд, это ты?
Доктор Толби и Джеф молча прошли мимо старика. Они сделали вид, будто его не заметили.
– Бойд, где ты? – повторил мистер Казвелл. Помедлив, Фрэнк Лонг взял старика Казвелла под руку и повел к дому.
– Прямо не дозовусь этого Бойда! – всхлипнул старик. – Такой лентяй проклятущий... Даже пожрать мне не приготовил!
– Не огорчайтесь, дедушка! Сейчас что-нибудь придумаем. Кукурузную лепешку с молоком будете?
– Вот стервец, мой сынок! Небось опять нализался?
– С ним все в порядке, – сказал Лонг. – Скоро он приедет.
– Понимаете, мы знали, что они к
Шериф Бэйлор и его заместитель Ройс осмотрели самогонный аппарат, спрятанный в известняковом гроте, а потом вместе с мистером Блэкуэллом вернулись на ферму. Всю дорогу Блэкуэлл взахлеб рассказывал, как они отбили нападение.
Уж конечно, бандитов тех не с пустыми руками встретили! Сразу после ужина женщин и детей отправили в горы, к Реймонду, чтобы не путались под ногами. Прибрались в доме, выслали Бада к дороге дозорным, а остальные – сам мистер Блэкуэлл, три его младших сына, трое его братьев и дядя, явившийся на подмогу, – засели в кустах у грота. Вскоре, как стемнело, явился и Бад. Федералы, мол, уже катят по проезжей дороге. Конечно, подождали немного, а потом открыли огонь из всего, что у них есть, и погнали тех назад. К машинам... Да еще стали стрелять по колесам, пока не скрылись за поворотом. Кого-то они, может, и ранили, а одного – наверняка. Валяется на заднем дворе пьяный и весь в крови...
Они обошли дом. Под высоченным буком, прямо на земле, лежал Бойд Казвелл. На шее у него болтался грязный платок. Грудь рубашки и комбинезон были в пятнах крови. Вот так так! Оказывается, это он показывал дорогу к самогонным аппаратам! Ну и ну! Да ведь он выпил у них бурбона больше, чем любой другой!
– Подгони машину, – приказал шериф Бэйлор Джейку Ройсу.
Старший Блэкуэлл поинтересовался, что шериф собирается делать.
– Отвезу Казвелла к врачу. А вы что подумали? – проворчал мистер Бэйлор.
– Постойте-ка, подождите! – вмешался Бал Блэкуэлл. – Мы выпустили в эту подлую тварь наверняка пяток пуль, так что пусть подыхает!
– А в кого ты пустил пулю в субботу? – Шериф Бэйлор смерил Бада Блэкуэлла грозным взглядом. – Позже явишься ко мне, и я тебя допрошу! Понятно? А сейчас – прочь с дороги!
Бойда Казвелла погрузили в машину шерифского управления и уложили на заднее сиденье. Глаз тот так и не открыл! И шериф Бэйлор не поручился бы сейчас, что Бойд останется в живых. Он бросил суровый взгляд на Бада и велел мистеру Блэкуэллу проследить за тем, чтобы его своевольный сынок явился к нему. В противном случае он подпишет ордер на арест Бада по обвинению в убийстве. Джейк Ройс сел за руль, и машина медленно выехала в ворота. Главное – не растрясти Бойда Казвелла, а то еще зальет кровью весь салон.
Джеф Мидерс издали заметил приближающийся к ним "форд". Он сразу понял, что машина идет от Блэкуэллов. Дорога проселочная, больше неоткуда... Если в "форде" Блэкуэллы – прекрасно, он посчитается с ними за вчерашнее, ну а если... Короче, он заглянет внутрь, взглянет, кто там, а дальше видно будет.
Гангстеры выбрали удачную позицию. С одной стороны к дороге вплотную подступали деревья и кустарник, с другой – крутой обрыв. Две машины могут разъехаться,
Джеф притормозил, крутанул руль вправо, к обочине, и, тормознув, остановил машину поперек дороги, перекрыв проезд. В "форде" водитель нажал на клаксон и, кажется, не собирался его отпускать.
С Джефом сидели трое. Они не спрашивали, в чем дело. Не спуская глаз с "форда", они вышли из машины. Один затопал назад, ко второй машине, – там сидели еще четверо. А остальные выстроились по обе стороны дороги, взяв "форд" в кольцо.
Наконец водитель "форда" отпустил клаксон, и наступила тишина, которую нарушали лишь кузнечики, пиликавшие на своих скрипочках в пыльной траве вдоль обочины.
– Гляньте, кто там, – приказал Джеф, положив ладонь на капот.
Из-за ветрового стекла на него глядели две пары глаз.
Один из его команды зашел со стороны водителя, осмотрел салон, держа руку на ручке дверцы, и вернулся к Джефу.
– Тот чудила сзади, – сказал он громким шепотом.
Джеф заглянул внутрь и увидел Бойда Казвелла. С секунду он вглядывался в его лицо, пытаясь определить, дышит он или уже готов, затем покачал головой и широко улыбнулся. В это время приоткрылась передняя правая дверца и высунулся старик в очках. В руке он держал какой-то листок с золотыми буквами и печатью.
– Видите, что тут написано? – грозно спросил шериф Бэйлор. – Если вы неграмотный, я скажу, что я шериф...
– Читать я умею, – усмехнулся Джеф, – а ты, папаша, похоже, арестовал человека, которому нужна медицинская помощь. Отдай-ка нам его!
– Даю вам две минуты, чтобы освободить дорогу. – Мистер Бэйлор вынул часы и посмотрел на циферблат. – А не уберетесь, так я вам помогу!
– Лучше отдай нам раненого, не то быть худу! – произнес Джеф вполголоса.
– Да кто вы такой? – гаркнул шериф. – Придется вас арестовать. Я вас предупредил. Ну?! Поворачивайте... Не мешайте мне. Если я не доставлю этого человека куда следует, его никто не доставит...
– На сей раз ты прав, папаша, – согласился Джеф. – Ты его точно не доставишь, – добавил он, выхватил револьвер и трижды выстрелил мистеру Бэйлору в грудь, а затем еще три раза в ветровое стекло – в лицо второму.
Джейк Ройс смотрел на него широко раскрытыми глаза-ми, губы у него шевелились, словно он пытался что-то сказать.
– Бойда придется прикончить кому-то другому, – сказал Джеф, оборачиваясь к своим дружкам, – у меня патроны кончились.
Столкнув машину шерифа с обрыва, гангстеры смотрели, как "форд", падая вниз, будто бы с неохотой пробивается сквозь густые заросли кустарника.
Глава 10
Во вторник, 23 июня, Билл отправился в Марлетт за кукурузной мукой и другими припасами.
Сначала он поехал в бакалейную лавку, где всегда покупал сахар, и попросил отпустить ему триста пятьдесят фунтов. Продавец зашел в кладовку, вышел обратно и развел руками. Жаль, но сахара у них нет! Сквозь открытую дверь Биллу были хорошо видны штабеля пятидесятифунтовых мешков с сахаром.
– Но я вижу сахар вон там, – сказал он.
Да, сказал продавец, там сахар, но это чей-то заказ и продать его другому лицу он не имеет права.