Без семьи
Шрифт:
– Мальчишка – настоящее чудо! – закричал Эспинассу. – Если ты останешься со мной, я сделаю из тебя большого музыканта, слышишь ли – большого музыканта! По утрам ты будешь брить вместе со мной моих клиентов, а весь остальной день будешь учиться. Не думай, что я не смогу быть для тебя настоящим учителем, оттого что я парикмахер. Надо жить, есть, пить – вот для чего мне служит бритва.
Слушая его речь, я смотрел на Маттиа. Что он ответит? Неужели мне придется лишиться моего друга, товарища и брата, так же как я потерял одного за другим
Положение до известной степени напоминало то, в каком находился я, когда госпожа Миллиган просила Виталиса оставить меня у нее. Я не хотел упрекать себя так, как упрекал себя впоследствии Виталис.
– Думай только о себе, Маттиа, – взволнованно прошептал я.
Но он быстро подошел ко мне и взял меня за руку:
– Расстаться с моим другом! Нет, этого я не могу, благодарю вас.
Эспинассу продолжал настаивать и добавил, что, когда Маттиа закончит свое первоначальное образование, он найдет средства послать его в Тулузу, а потом в Париж, в консерваторию. Но Маттиа твердил по-прежнему:
– Расстаться с Реми? Никогда!
– Ну ладно, парень, – сказал Эспинассу, – я все же хочу что-нибудь для тебя сделать. Я подарю тебе книжку, в которой ты найдешь то, чего не знаешь.
И он стал рыться в ящиках, пока не нашел книжку под заглавием: «Теория музыки». Она была очень старая, очень истрепанная, но какое это могло иметь значение!
Взяв перо, он написал на первой странице книги:
«Пусть мальчик, когда станет большим артистом, вспомнит о парикмахере из города Манта».
Не знаю, были ли тогда в Манте другие учителя музыки, кроме парикмахера Эспинассу, но нам посчастливилось встретить его, и, конечно, ни я, ни Маттиа никогда его не забудем.
ГЛАВА VIII. КОРОВА
Я всегда очень любил Маттиа, но после Манта я полюбил его еще сильнее. Ведь Маттиа отказался от спокойного, обеспеченного существования, от возможности получить образование, от будущего успеха, для того чтобы разделить со мной жизнь, полную случайностей и опасностей, без уверенности не только в будущем, но и в сегодняшнем дне.
Я не мог сказать в присутствии Эспинассу, как взволновали меня слова Маттиа о том, что он никогда со мной не расстанется. Но когда мы вышли, я взял Маттиа за руку и крепко сжал ее:
– Знаешь, теперь мы друзья навеки! Он улыбнулся, глядя на меня своими большими глазами:
– Я и раньше был в этом уверен.
Маттиа, прежде так плохо справлявшийся с чтением, стал делать поразительные успехи, с тех пор как начал читать «Теорию музыки» Куна.
К несчастью, он не мог уделять ученью столько времени, сколько хотел: приходилось с утра до ночи быть в пути.
Наконец мы дошли до курортов с минеральными водами, которые были целью нашего путешествия. Действительно, советы вожака медведя оказались правильными, и мы довольно быстро набрали шестьдесят восемь франков. Шестьдесят
До сих пор эта корова существовала только в нашем воображении, причем каждый из нас представлял ее по-своему. Маттиа хотелось купить белую, а я мечтал о рыжей, в память нашей бедной Рыжухи. Она должна быть доброй, ласковой и давать много молока. В мечтах все это было чудесно!
Но как превратить эту мечту в действительность? Выбрать хорошую корову дело нелегкое. По каким признакам следует ее выбирать, мы не знали. Кроме того, в харчевнях мы наслушались еще различных страшных историй. Крестьянин купил на ярмарке корову с прекрасным хвостом, таким длинным, что она могла отгонять им мух даже с кончика носа. На следующее утро оказалось, что хвост у нее приклеенный. Другой человек купил корову с фальшивыми рогами, третий, когда захотел подоить корову, увидел, что у нее вымя надуто и что она дает в сутки не больше двух стаканов молока.
Какой ужас, если мы подарим матушке Барберен такую безрогую корову или корову, совсем не дающую молока! Но однажды мы услышали рассказ о том, как ветеринар разоблачил плутни торговца. Тогда мы решили пригласить для покупки коровы ветеринара. Это будет стоить лишних денег, зато он поможет нам. Приняв это решение, мы весело пустились в путь и через два дня рано утром пришли в Юссель.
Здесь я уже чувствовал себя как дома. В Юсселе я впервые выступал перед зрителями в пьесе «Слуга генерала Душки», и тут же в Юсселе Виталис купил мне первые кожаные башмаки на гвоздях, доставившие мне такую огромную радость.
Оставив наши мешки и инструменты на том постоялом дворе, где мы когда-то останавливались с Виталисом, мы отправились разыскивать ветеринара. Выслушав нашу просьбу, ветеринар расхохотался:
– В нашей местности нет дрессированных коров.
– Нам совсем не нужна корова, умеющая показывать фокусы, – нам нужна корова, дающая хорошее молоко.
– …и у которой настоящий хвост, – прибавил Маттиа, потому что его сильно беспокоила мысль о приклеенном хвосте. – Господин ветеринар, мы решили просить вас помочь нам: мы боимся быть обманутыми барышниками. – А на кой черт нужна вам корова? – заинтересовался ветеринар.
В нескольких словах я рассказал ему, для кого мы ее покупаем.
– Вы славные мальчуганы. – сказал он. – Я пойду с вами на ярмарку и выберу для вас хорошую корову. Ручаюсь, что у нее не будет фальшивого хвоста.
– Ни фальшивых рогов? – спросил Маттиа.
– Ни фальшивых рогов!
– Ни надутого вымени?
– Нет, это будет красивая, хорошая корова. Только, для того чтобы ее купить, надо иметь деньги.
Я молча развернул платок, в котором находились наши сокровища.