Без солнца
Шрифт:
Сначала не поняв вопроса, Тирер беспомощно оглянулся на Саву, который вроде и вывел их сюда. И в первый раз за ходку испугался. Сразу, от кончиков волос до пяток. Со лба, щекоча переносицу, скатилась крупная капля пота. Потому что дальнейшего пути просто не было. За исключением того лаза, из которого они сейчас вылезли, в отстойнике больше не было ни единого отверстия, куда можно было пролезть. Тупик, из которого можно лишь вернуться. Только и там был завал, пресекавший любые подобные попытки. Нечего было и думать о возвращении.
– Сава… - прошипел Тирер, наконец поняв,
– Понятия не имею, - честно развел он руками, - не было времени дойти до сюда. Как потолок начал рушится, я обратно пополз, показать вам, куда надо.
– И что нам теперь делать? – спросил один из искателей, кажется, Гвоздь его звали. Тоже новенький, прибился меньше месяца назад. Ничем не выдающийся, но свою порцию каши вполне отрабатывал.
– Тебе – побиться головой об стену, - отрезал Тирер, - авось провалится, а остальным думать, как отсюда теперь вылезать.
Атмосфера очень быстро накалялась. Уставшие, голодные люди, только что избежавшие смерти, а теперь попавшие в западню без выхода, склонны к тому, чтобы искать козла отпущения, на которого можно свалить все грехи, даже если он в них и не виноват. Вывод, который сделали запертые здесь люди, плавно вышел из воспоминаний о последних событиях. Пока Тирер и Сава, отойдя в угол, обсуждали возможности выхода отсюда, в том числе трату последних двух шашек динамита, остальные, так же шепотом переговариваясь, пришли к решению, что во всем виноват Сава, не разведавший толком дорогу для отряда. А раз так, то он и должен либо предложить выход, либо расплатится, а чем, это уже решат они сами.
– Что расшумелись? – рявкнул Тирер, взвинченный не меньше остальных. Только он хотя бы старался сохранять хладнокровие, даже при сложившихся обстоятельствах.
– Сам что раскомандовался! – заорал в ответ Гвоздь, и так обиженный лично на Тирера.
– А ты что, сам покомандовать решил? – оскалился Тирер, внимательно глядя ему в глаза. Это был бунт, причем такой, какой требовал крови. Единственная возможность избежать кровопролития, задавить его в зародыше. Тирер не желал ни умирать, ни терять носильщиков. А при пальбе здесь возможны оба варианта.
– А ты Гвоздя не прессуй, - занялись остальные, и так сговорившиеся, - Без тебя и Савы мы бы не попали в эту передрягу.
– Без нас бы вы и не дошли до сюда, веришь или нет?
– А давай проверим! – раздалось сбоку.
Тирер обернулся и увидел, что кое-кто уже и ствол на него поднял. Автомат на расстоянии меньше метра – так и слепой не промахнется. Бессильно вздохнув, он только процедил сквозь зубы:
– Ну давай, стреляй, а потом сам веди людей до укрытия и заодно объяснишь Буру, почему два лучших стрелка не добрались вместе с вами.
Уже прицелившийся искатель на секунду задержался, осмысливая то, что только что услышал, но рядом с ним подбадривающее щелкали предохранителями товарищи, злобно поглядывая на Тирера.
– Успокойся, - выдавил он из себя, - доберемся.
И
– Ах, ты… - второй из заговорщиков, явно подначивший всех остальных, не испугался возможного результата, - Ату их…
Договорить не успел. Чуть повернувшись, Сава выстрелил во второй раз. Этому парню пуля попала в лицо, точно между глаз. Спереди дырочка небольшая, только глаза сразу же в кучку сбились. А вот затылок вышибло почти весь, залив кровью и кусочками мозга всю стену позади него. Не успев даже ойкнуть, труп свалился сначала на колени, зашатался и рухнул лицом вниз.
– Какие еще будут вопросы? – поинтересовался Сава, не опуская пистолет.
Бунт был подавлен. Остальные, не спуская с него глаз, ставили оружие обратно на предохранители и что-то бурчали под нос. Вроде того, что они ни в чем не виноваты, а крутили все эти двое. Конечно, так им и поверили. Тирер сделал себе еще одну мысленную заметку до самого конца ходки не забывать следить за спиной, пока в нее нож еще не воткнули. Наверняка и Сава думал о том же.
Другой мыслью было вступить в права наследования. Прямых потомков ни один из убитых не оставил, как, соответственно, и завещания, поэтому все достанется тому, кто первый до этого доберется. Грубо говоря, у искателей был один достаточно грубый обычай – обирать тела не только убитых противников, но и своих. С моральной точки зрения его нельзя было оправдать, но вполне объяснимо с материальной. Все самые важны вещи искатели обычно носили при себе, используя их по назначению. И пропадать им, оставаясь на трупах, когда в этом мире нужно все, но не хватает ничего, просто бессмысленная роскошь.
Естественно, процесс не самый приятный, но проходил со всей возможной аккуратностью, без брани, криков и грубого дележа. Так делят или рейдеры, или дикари. У искателей это скорее можно было назвать ритуалом последнего прощания. Самым важным тут было не сорвать с трупа одежды, а еще лучше застегнуть ее обратно, когда все снимешь. Присев перед одним телом, Тирер пожалел, что труп упал так неаккуратно. Кровь, текущая из раны на виске, частично стекала за воротник. И ту его осенило. Отстранив присевшего рядом Гвоздя, он рукой махнул рукой Саве.
– Что такое?
– Просто внимательно смотри.
Кровь была гораздо теплее воздуха в отстойнике, поэтому от нее шел небольшой пар, еле заметный. Опытный глаз Тирера уловил главную деталь, которую не заметно с первого взгляда. Пар исчезал почти сразу же, но на шее трупа его заметно тянуло вверх, вытягивая в тонкие, почти прозрачные ниточки. Здесь явно шел ток воздуха, снизу вверх, не ощутимый под противогазом и защитным костюмом, но оттого не менее существенный.