Без выбора
Шрифт:
Пигалица да и только.
– На тебе лица нет. Бледная. Ты шла, пошатываясь.
Вита на долю секунды прикрыла глаза.
– Я просто стала свидетельницей одной сцены… Рома, я тебя в последний раз прошу – уйдем. Не могу здесь находиться. Задыхаюсь.
Она видела, как внутри него происходит самая настоящая борьба. Как темнеет и без того темный взгляд, как угрожающе прищуривается. Как на висках сильнее проступает венка, как сжимаются губы, и подбородок выступает вперед.
Вита мысленно взмолилась, чтобы он всё же пошёл ей
Прошла секунда. Вторая.
– Хорошо. Но ты мне всё расскажешь.
– Да. Я же сказала ранее.
Вита не могла находиться в ресторане.
Не после того, что случилось с ней в дамской комнате.
Вита даже не протестовала, когда Роман поменял положение, приобнял её за плечи, спрятав, точно в кокон. Какая ирония судьбы! Она на самом деле могла бы быть за таким мужчиной, как за каменной стеной.
Что же ей мешает?
Полчаса назад она бы сказала: всё.
Они быстро миновали зал и вышли на улицу. Вита остановилась, задрала лицо к небу и несколько раз глубоко вздохнула. Ей перекрыли кислород. Не буквально, но очень близко к этому.
– Тебе плохо? Воды? – она услышала в голове Ромы искреннее беспокойство, и ей захотелось расплакаться. Навзрыд.
– В машине есть?
– Есть.
– Тогда буду.
Она бы не вернулась в ресторан, и одна на улице тоже не осталась бы. Вот такой парадокс. Чем объяснить подобное поведение, она не знала. Да и надо ли?
Они прошли к черному внедорожнику, Роман снова помог ей забраться в салон, осторожно подсадив, аккуратно закрыл дверь и уже через десять секунд занял место водителя. Открыл подлокотник и достал небольшую бутыль с водой.
– Родниковая, - уточнил он, всматриваясь в её лицо.
– Спасибо.
Вита снова пила с жадностью, не замечая, как несколько капелек стекли по подбородку. Не узнала она, какой эффект эти капельки произвели на сидящего рядом мужчину.
Возвращать бутылочку она не спешила.
Как и смотреть на мужчину.
А тот ждал.
– Меня никто не обидел, Рома, - выждав небольшую паузу, сказала она, не глядя на мужчину. – Просто я… слишком впечатлительная, наверное.
– Подробнее, Вита. Что ты увидела? Или услышала. Я хочу знать.
Вита откинулась на сиденье. Как о таком говорить мужчине? Тем более, Багровскому.
– Я зашла в дамскую комнату, и сразу же услышала какие-то звуки. Насторожилась, - Вита провела рукой сначала по лицу, потом запустила пальцы в волосы. – Не знаю, зачем я заглянула в приоткрытую дверь. Наверное, подумала, что кто-то нуждается в моей помощи… Вдруг, мало ли. Может, девушке плохо. Не знаю… Одним словом, я подошла и… - Вита замолчала, покраснев, казалось, до кончиков пальцев на ногах. Выдохнула и порывисто продолжила: - Сначала я услышала. И ведь поняла, дура, что происходит, но не остановилась. В соседней кабинке я увидела свою знакомую, даже не так, одноклассницу. Мы с ней не дружили, наоборот, но не в этом дело. В общем, она делала минет.
Вите бы остановиться. Где-то глубоко в голове зазвенел колокольчик, оповещающий, что ей совершенно необязательно рассказывать об увиденном, но её понесло. Ей необходимо было выговориться.
– Я не хотела подсматривать, но и уйти почему-то не могла. Ирина стояла и… удовлетворяла взрослого мужчину, ему не менее шестидесяти. Он прямо совсем взрослый! Блин, да он ей в отцы годится, если не в деды! А он намотал её волосы себе на руку и насаживал так, что от нее слышались хрипы, а из ее глаз капали слезы. Как в порнороликах.
– Тебе надо было уйти, - негромко и очень серьезным тоном сказал Роман.
Вита, соглашаясь, кивнула.
– Знаю. Но у меня, словно ноги приросли. Понимаешь?
– Что дальше? Мужик тронул и тебя? – в голосе снова низкие, угрожающие нотки.
Виталина, вцепившись в бутыль, даже не повернула голову в сторону Ромы. Не могла.
– Нет… Нет…Он выплеснул ей на лицо… кинул деньги на пол и ушёл. Видел меня, но и слова не сказал. Поправил брюки и ушёл. Рома, это…
– Так, девочка, тихо. Хватит, - он аккуратно обнял её за плечи, пытаясь развернуть к себе.
– Нет-нет, постой… Это всё не то! Ирина, она же потом увидела меня! Размазала по лицу, подняла деньги и на меня выдвинулась. Я к стене прижалась, а она…
– Убью суку.
Двух слов хватило, чтобы Вита вынырнула из воспоминаний и посмотрела в лицо Роману. Вместо лица - ожесточенная маска: губы плотно сжаты, крылья носа гневно раздуваются, в глазах – арктический холод, от которого кинуло в дрожь.
– Не трогай её. Не смей… Или это будет последний раз, когда я тебе рассказываю…
Их взгляды встретились.
– Что она ещё сказала? Она же ещё что-то сказала.
– Да.
– И?..
– Что если бы я не была под защитой Багровских, то тоже отсасывала бы в туалетах. Это правда?
Телефонный звонок в её сумочке в образовавшейся тишине показался слишком громким.
– Ответь, - сказал Рома, с явной неохотой отпуская плечи Виты.
Та послушалась. Сил сопротивляться не было.
Вита никогда бы не подумала про себя, что она настолько впечатлительная. И ведь по факту ничего страшного, ужасающего не произошло. Говорят, в клубах и не на такое можно натолкнуться, а если потерять бдительность, то и быть вовлеченной.
Тогда почему слова Ирины произвели на Виту оглушающий эффект?
Вита достала смартфон и увидела имя звонившего: «Сидоров Дм». Как же не вовремя! Разговаривать с Дмитрием при Романе не хотелось. Но и сбросить звонок она не могла. У Багровского точно будет неадекватная реакция.
– Да, Дмитрий, - сказала она и, не удержавшись, бросила любопытный взгляд на Романа.
Багровский смотрел на неё. Услышав мужское имя, сжал губы, положил руки на руль.
– Привет, Виталина. Говорить можешь?