Без жены обойдусь!
Шрифт:
— Согласна.
— Осталось десять секунд. О чем поговорим сначала?
Лейси ухватилась за первую мысль, пришедшую ей в голову.
— О футболе и любовных романах.
Макс изогнул бровь.
— Боюсь, мне придется туго. — Пока Лейси пыталась найти ответ, он уже говорил в микрофон, — Вас приветствует радио «Беседа». Сегодня вечером у нас гостья, которая собирается просветить меня насчет разницы между мужчинами и женщинами. Лоррейн уже в студии, а вам я предлагаю принять участие в голосовании. Наши слушатели могут высказать свое мнение по каждой затронутой теме. Говорите
— Все прекрасно, мистер Джарвис. Но если я получу больше «да», чем «нет» вы дадите мне на пробу крем, который рекламирует Лон Фриман в утреннем шоу? Хотелось бы знать, действительно ли это такое чудо, как говорят.
У Макса дернулся уголок рта, и Лейси поняла, что рассмешила его. Она не удержалась, и добавила:
— Однажды он прервал диалог с представителем ООН из-за этой рекламы. Он постоянно прерывает своих гостей ради этого, и я не могу понять, почему. Раньше такого не было и, по-моему, он уже начал терять своих слушателей. Как жаль, ведь когда-то он был самым популярным ведущим.
— Роб… — мужчина, сидящий рядом с Лейси, обратился к режиссеру. — Почему бы нам и этот вопрос не поставить на голосование?
Лейси поняла, что Макс еле сдерживает смех, и слегка расслабилась.
— Давайте выясним, согласны ли с ней наши слушатели. Если да, мы передадим эту информацию прямиком Лону Фриману. Как оказалось, я не единственный, кого Лоррейн недолюбливает. Сегодня она хотела бы поговорить о футболе и любовных романах. У меня предчувствие, что следующие полчаса будут очень бурными. Лоррейн… — он пронзил ее взглядом. — Слушателям интересно, да и мне хотелось бы знать, почему вы выбрали именно эти две темы для обсуждения в вечернем шоу.
Лейси готова была оценить высшим баллом дипломатические способности Макса Джарвиса. Она ждала от него язвительных комментариев по поводу того факта, что она не написала книгу и вообще никак не проявила себя, чтобы заслужить право участвовать в его передаче.
Но Макс не воспользовался этой тактикой. Насколько Лейси успела заметить, он был открытым, честным, порядочным и полностью оправдывал свой имидж.
Прочистив горло, она сказала:
— На прошлой неделе вы поддержали многих мужчин, которые звонили сюда и жаловались на женщин, проводящих время за просмотром мелодрам и чтением любовных романов. Вы сказали: «Любовные истории скучны и однообразны, потому что все, что делают герои — это влюбляются, женятся и живут долго и счастливо».
Макс усмехнулся.
— Да, я говорил это.
Лейси сосредоточилась, не позволяя себе поддаться его обаянию и сбиться с мысли.
— То же самое можно сказать про мужчин, проводящих время за просмотром футбольных или хоккейных матчей. Игры скучны и однообразны, и всем известно, что одна или другая сторона должна победить. Как в любовных историях, после окончания игры все мирно расходятся по домам.
Макс усмехнулся.
— Это правда. И режиссер сигналит мне, что наша телефонная линия переполнена. Вы в эфире, Анна.
Лейси больше не могла сердиться
К сожалению, она слишком поздно поняла, что попала в ловушку. В первую же секунду следующего часа Макс взял ее за горло.
— Я знаю, что нашим постоянным слушателям хочется больше узнать о вашей печальной истории, Лоррейн. Для тех из вас, кто пропустил нашу прошлую передачу, я скажу, что начал ее с сообщения о том, какой большой процент замужних женщин работают. Когда я спросил, почему бы женщинам не заниматься домом, в то время как их мужья борются за место под солнцем в жестоком деловом мире, Лоррейн дала нам свой достаточно разумный ответ и положила трубку, прежде чем мы успели дослушать ее рассказ до конца.
Макс взглянул на нее свысока.
— Теперь, получив целую неделю на размышление, готовы ли вы ответить на вопрос: кто вы? Обманутая жена или подружка мужчины, который вас обидел? Тысячи доброжелательно настроенных слушателей хотят это знать.
Лейси посмотрела на его перстень с опалом.
— Я стану обсуждать с вами мою историю только после того, как вы согласитесь открыть слушателям ваше семейное положение, — она решила перейти в наступление. — Вы никогда не говорили о своей жене и детях. Значит ли это, что вы не женаты?
Его пронзительные голубые глаза потемнели.
— Я принципиально не обсуждаю в эфире свою личную жизнь.
— В таком случае как вы можете требовать от меня, чтобы я выносила на всеобщее обозрение что-то настолько личное?
— Лоррейн, а зачем вам знать, женат ли я?
Она перевела дыхание.
— Мне кажется, все, кто слушает ваши передачи, хотели бы это знать.
— Лично мне трудно в это поверить, поскольку меня семейное положение моих слушателей не интересует. — В его голосе зазвучала насмешка. — В этом и прелесть радиостанции «Беседа». Мы отметаем все ненужное, и обсуждаем только жизненно важные вопросы.
— Ваше семейное положение — в такой же степени важный вопрос, как и мое, поскольку этим можно объяснить ваши взгляды, которые часто расходятся с моими.
— Например.
— Взгляд на совместную жизнь вне брака. Если представить, что вы холостой мужчина, то можно понять, почему вы согласны с вашим предыдущим гостем. Но если вы женаты, не думаю, что вашу жену обрадовали бы некоторые ваши высказывания.
— Интересно, неужели и остальные слушатели настолько любопытны, как и вы. Давайте послушаем звонки. Привет, Нэнси. С вами «Разговор по душам» и Макс Джарвис.
— Как дела, Макс?
— Прекрасно, Нэнси. Теперь и вы можете принять участие в нашем обсуждении.
— Скажите, разве Лоррейн не попала в точку. То есть, вы наверняка женаты, в противном случае вы не стали бы спрашивать о женщинах, которые когда-то сидели дома и ждали с работы своих мужей.
Лейси взглянула в его сторону, но выражение его лица ничего ей не говорило.
— Вы замужем, Нэнси?
— В яблочко! Сорок лет с одним мужчиной.
— И все это время вы не работали?