Бездна
Шрифт:
Через два часа Мастер и человек, которому он звонил, встретились на конспиративной квартире на Лесном проспекте.
– Петр Николаич, – сказал Мастер, – лучше тебя никто не разберется… Ты ведь артиллеристский корректировщик?
– Давно это было. Быльем поросло.
– И тем не менее… поможешь?
– А что надо-то?
– Надо прикинуть позиции для обстрела одного объекта.
– Что за объект?
Мастер раскрыл атлас. Ткнул пальцем: вот.
Петр Николаевич несколько секунд смотрел, потом сказал: кхе!.. Потом потер подбородок, пересеченный глубоким рваным шрамом. Потом поднял глаза на Мастера и произнес:
– Объект подходящий. Готов и сочту за честь лично принять участие.
Перед
В тот же день из Петразаводска позвонил Кот: все готово, можно приезжать.
Петрозаводск Дервиш выбрал потому, что здание ГОВД располагалось здесь очень выгодно – прямо за ним находился большой универмаг.
Вечером в среду, 30 августа, в Петрозаводск приехали Дервиш и Горин, привезли с собой «Ужас». Их встретил Кот, отвез в коттедж. Там уже ждали Студент и Глеб. Первым делом Дервиш расспросил их про Алексея Захаровича: как вел себя? О чем говорил?
Студент ответил, что Алексей Захарович был очень сдержан, говорил мало. Но напоследок, когда уже приехали в Петербург, сказал: передайте Евгению Васильевичу, что я подумаю над его предложением.
– Вот и ладно, – сказал Дервиш. Повернулся к Коту: – Ну, рассказывайте вы, что и как.
– Да все н– нормально, – ответил Кот. – Взяли языка – лейтенанта п– полиции родной нашей, народной. П– поговорили с ним душевно. Он п– проникся, нарисовал схему внутренних п– помещений. – Кот достал из пачки сигарет сложенный листок, развернул. На бумаге в синюю клеточку черной гелевой ручкой был нарисован план здания ГУВД. Кот разгладил листок ладонью и сказал: – Где конкретно хранятся «Ужасы» наш п– полицай не знает. Но, вообще-то, оружейка находится вот здесь, в п– полуподвале. – Кот пальцем показал обозначенное крестиком помещение в конце коридора. – Надо п– полагать, что именно там их и хранят.
– А если все-таки в другом месте? – спросил Студент.
– м-маловероятно. Во-первых, зачем огород г– городить? Ведь есть же уже оружейка – п– помещение наиболее защищенное. Во-вторых, на втором и на т-третьем этажах хранить их просто негде – там одни к– кабинеты… И, наконец, в– третьих, лейтенант открыл нам еще одно обстоятельство. – Кот обвел всех взглядом. – Обстоятельство это вот какое: в п– помещении, что расположено напротив оружейки – там была каптерка – теперь п– постоянно, к– круглосуточно, дежурят.
– Понятно, – сказал Дервиш. – Нас ждут.
– Да, – кивнул Кот. – Ждут нас. т-трое. В п– полицейской форме. Но не п– полицейские… Лейтенант в этом убежден. Они сидят там сутками, меняются ночью – т-так, чтобы как можно меньше народу знало об их п– присутствии. Но слухи, конечно, п– по управлению расползлись. П– пищу они приносят с собой и даже в с-сортир не выходят – им поставили п– парашу, то есть биотуалет… Д– две ночи мы из своей к– квартирки, что напротив управы, наблюдали, как к управлению п– подъезжал «форд» с гражданскими номерами. Из него выходят т-трое с сумками и идут в управу. Спустя три-четыре минуты выходят т-трое других, садятся в «форд» и он сразу отъезжает. Все – к– крепкие, спортивные. П– полагаю, что «гестаповский» спецназ. Это п– происходит около трех часов ночи. Окошко этой самой каптерки выходит на п– площадь. В нем к– круглосуточно
Дервиш сказал:
– В этом нет ни малейшей необходимости. Вы, Виктор, просто не видели, как действует «Ужас». А ребята видели. Спросите у них.
Кот посмотрел на Горина. Горин кивнул и произнес:
– Кот, я видел. «Ужас» – страшнее гранат.
Кот развел руками, сказал:
– Аргумент. В общем, п– подвожу итоги: нас ждут, но мы, собственно, и так п– предполагали, что это будет. Мы г– готовы.
– Очень хорошо, – сказал Дервиш. – Как думаете, товарищ Кот, не может там быть еще каких сюрпризов?
– Без г– гарантии, – пожал плечами Кот. – Но без риска в нашем деле не бывает. Надо п– пробовать.
– Значит, будем пробовать. Когда сможем начать?
– Все готово. К– катер заказан и даже рыбка н– наловлена.
– Это хорошо. Давайте еще раз пройдемся по всему сценарию.
Ночью на арендованном катере вышли «на рыбалку». Озеро было очень тихим, ровно – как большой шмель – гудел двигатель. Отошли не очень далеко от берега и пошли вдоль берега на юг. В десяти километрах к югу их уже ждал Немой на джипе. Он дал свои джи-пи– эс координаты и вскоре катер вошел в устье маленькой речушки. Дервиш остался на катере, а Кот с Гориным, Студент и Глеб погрузились в джип, поехали в Петрозаводск.
Дервиш оттолкнулся от берега, дождался, пока течение вынесет катер в озеро. Там пустил двигатель, отошел метров на пятьсот и встал на якорь. Он сел на диванчик в кокпите. С озера веял нежаркий ветерок. В черном, бархатном августовском небе мерцали тысячи звезд. Дервиш вдруг подумал, что одна из этих звезд – Сириус. Сириус, в окрестностях которого, возможно, находится Бездна… от этой мысли сделалось тревожно на душе, нехорошо. Дервиш подумал: вот, понимаешь, хрень какая. Пока не знал, что Бездна может находиться где-то там, то и не думал ничего такого, а теперь… Теперь и на небо смотреть не хочется. Подкузьмил – вот ведь не из тучи гром! – Алексей Захарыч. Ай, подкузьмил.
Звезды мерцали.
На блок– посту при въезде в город у них попытались проверить документы. Студент предъявил «гестаповское» удостоверение. Полицай – расстегнутый почти до пупа и не совсем трезвый – козырнул. Въехали в Петрозаводск. По разбитому асфальту проехали в центр. Город выглядел вымершим, только в ресторане «Петровский» гуляли. Судя по звукам музыки – кавказцы.
Машину поставили в переулке в сотне метров от здания ГУВД. Там уже стоял второй УАЗ. То есть «Железный дракон». Дворами прошли к дому, по одному поднялись в квартиру. Сидели, ждали. Студент подумал, что нет ничего более долгого, чем последний час перед началом. По опыту знал, что когда уже началось и каждую секунду есть реальный шанс поймать пулю – становится легче. По крайней мере нет времени думать про эту самую пулю… Еще Студент подумал, что за последние четыре года он более тридцати раз учавствовал в реальных операциях. Если выбросить те полгода, что он провел в Уральской республике и те два месяца, что он провалялся после ранения, то получается, что каждые полтора месяца – операция… Пора бы привыкнуть. Но не получается.