Безумные Альфы

Если вам нравятся безумные альфы и дикие омеги…

Призраки ждут.

Для каждого читателя, который видел совершенно безумного человека в маске и думал: "Я могу его изменить".

(Спойлер: вы не можете. И их пятеро. Но будет забавно попробовать.)

Тропы

Feral / Untamed Omega — дикая, агрессивная, укусит первым

Masked Spec-Ops Alphaholes — стая убийц в масках

RH / Reverse Harem —

омега + пять альф

Psycho Pack Dynamics — ебанутая, нестабильная стая

Murder Husbands — альфы-убийцы, но преданные ей

Touch Her and You Die — одержимые защитники

Omega as a Weapon — омега как тайное оружие государства

Dark Daddy Energy — жесткий лидер стаи (Тэйн)

Silent Monster — молчаливый, изуродованный Призрак

Serial Killer Alpha — Валек, любимчик хаоса

Killer Medic — Чума: лечит и калечит

Golden Retriever Himbo with Rage Issues — Виски

Dystopian Hellscape — разрушенный мир, война, контроль Совета

Breeding Facility Threat — угроза «Центра Реабилитации»

Disposable Omega — героиня как расходный материал

Forced Proximity — закрытые помещения, миссии, клетки

Hurt/Comfort, но в стиле “bite first”

Trauma Bonding (dark!) — раны, шрамы, привязанность через боль

Conspiracy / Government Control — Совет, Ночные Стражи

Pack Bonding — медленное, агрессивное формирование стаи

High Heat — высокая интенсивность, феромоны, прайминг

“Only one omega left” — редкость = власть, опасность, охота.

ПРИЗРАК

Холод. Тьма. Один.

Всегда один.

Пока они не приходят.

Белые халаты. Иглы. Боль.

Эксперименты.

Всегда эксперименты.

Сколько?

Годы?

Вечность?

В камере нет окон.

Нечем отмечать время.

Учёные — боги.

Говорят, я родился здесь. В этой лаборатории.

Программа разведения.

Суперсолдаты.

Мутанты.

Монстры.

Мои волосы тёмные. Их — светлые.

Я — не как они.

У меня нет матери.

Есть только боль.

Всегда боль.

Сегодня у них что-то новое.

Вижу возбуждение в их глазах.

Никогда не к добру.

Желудок скручивает.

«Новое» всегда значит хуже.

Но они говорят, что если я буду «хорошим» — увижу небо.

Я не знаю, что такое небо.

Но они говорят, оно синее, как мои глаза.

Что я узнаю его, когда увижу.

«Пей», — говорят. Прижимают стакан к губам.

Жидкость. Прозрачная. Вода?

Пахнет горько.

Резко.

Обжигает

нос.

Их нетерпение заставляет меня замереть.

Грубые руки хватают меня за челюсть.

Разжимают рот.

Выливают жидкость внутрь.

Секунда тишины.

Потом—

Агония.

Огонь во рту. В горле.

Плоть пузырится. Плавится.

Лицо горит.

Бьюсь в ремнях.

Но крик не остановить.

Кислота.

Они заставили меня выпить кислоту.

Зачем?

Не знаю.

Не понимаю.

Просто ещё один тест.

Ещё одна пытка.

Боль размывает всё.

Наконец затихает.

Остаётся тупая, холодная, грызущая боль.

Учёные сбиваются вокруг. Перешёптываются.

Возбуждение исчезло.

Лица побелели.

Пахнет рвотой.

Они… потрясены.

Выведены из равновесия.

Боятся.

Боятся меня?

Почему?

Я — ничто.

Они — мои боги.

И тут я замечаю это.

Ужас в стекле.

Чудовище смотрит на меня.

Оскаленные зубы.

Улыбка из ада.

Глаза — синие.

Мои.

Пасть раскрывается.

Я не могу закричать.

Только рёв.

Игла в горло.

Скальпели. Трубки.

Воздух врывается внутрь торопливо.

Хрип. Рык. Рёв.

Пластиковая маска на разорванном рту.

Холодный воздух врывается — и наружу, сквозь рвущиеся зубы.

Бьюсь. Рву ремни.

Тьма подбирается.

Дни проходят. Может, больше.

Учёные больше не открывают дверь.

Ужасаются тому, что сотворили.

Но не раскаиваются.

Никогда.

Просто им некомфортно.

Не выносят смотреть теперь.

На своё творение.

«Закройте это», — говорит один и вздрагивает.

Щель в двери для еды скрипит.

Мне плевать.

Хочу умереть с голоду.

«Надень!» — рычит бог.

Дёргаюсь. Поднимаю взгляд.

Монстр в стекле смотрит в ответ.

Все те же зубы.

Вчера я понял.

Монстр — это я.

Отворачиваюсь. Обнимаю себя. Дрожу.

На полу — белая ткань.

Мешок?

Нет. Маска.

Они сделали её.

Дыры для глаз.

Грубая. Никакая.

Натягиваю на голову. Прячу ужас.

Теперь я не вижу их отвращения.

Не вижу монстра в стекле.

Сжимаю маску, как спасательный круг.

Единственное, что у меня есть.

Больше дней. Больше недель.

Может — месяцы.

Трудно сказать.

Всё сливается в одно бесконечное пятно.

Учёные теперь меня избегают.

Кроме случаев, когда проводят тесты.

Быстро. Чётко. Без лишних движений.