Библиотека
Шрифт:
— «Кровь всех съеденных коз изрыгнут проклятые волки», так сказано в предании! — Вставлял Рогелло Бодакула и тут же добавлял: — Всё это бред! Мало ли что насочиняли в древности! Мне это известно больше, чем вам, уж поверьте!
— Но зачем это понадобилось пауку? — Спрашивала Дунда.
— А он просто дурак! — (Рогелло Бодакула).
— Непохожен. — (Герцог Менский).
— Если только он не преследовал, какие, то свои тайные цели! — (Козаура).
Казалось, разговор зашёл в тупик. Чикада с задумчивым видом летал под потолком, как будто хотел там найти решение проблемы. Все замолчали, обдумывая полученную информацию. Наконец Козаура спросила:
— А что там с самим фонтаном?
— Я уже
— А нельзя подвести новые трубы? — Спросила Анджелика и поняла, что сморозила глупость.
— Да откуда же я их возьму?! — Вспылила Дунда. — Мало того, что эти треклятые трубы негде взять в замке, который затерян в лесах без дорог и каких либо других сообщений, так ведь ремонт этой старой развалины займёт, как минимум, полгода земляных работ! Ко всему прочему я совсем не понимаю, куда эти трубы следует подключать? Ну, предположим мы построим водонапорную башню, а что потом? Наловим коз, зарежем и наполним их кровью бак?
— Исключено! — Рявкнула Козаура.
— Ещё бы! — Вставил Рогелло Бодакула. — Нынешние времена не то что раньше. Пять — шесть столетий тому назад церемониться не стали бы, а теперь у вас сплошной этот, как его? Гуманизм!
— Йен не виден никакен водонапорнен башнен. — Заявил Мен, который разглядывал схему замка.
— Конечно, ведь согласно легендам, волки изрыгали козью кровь не с помощью технических сооружений, а так сказать… мистически. — Сказал Чикада, подлетая к столу.
— Те, кто придумывал легенды, могли и приврать. — Пожала плечами Козаура.
— К тому же старые трубы куда-то вели, в этом нет сомнений. — Заявила Дунда.
— Вижу, что без бутылки хорошего вина здесь не разберёшся. — Проскрипел Рогелло Бодакула. — Хотя одной бутылки, конечно не хватит, надо достать бочё…
— Стой! — Вдруг крикнула подскочившая на месте Козаура. — А ну-ка скажи мне, дражайший пра-пра-пра-пра-пра-дедушка, как называется твоё любимое вино?
Огоньки в глазницах Рогелло Бодакулы полыхнули недобрым светом. Он злобно уставился на Козауру, и Анджелике померещилось, что из отверстий и трещин его черепа пошёл дым. Наконец он лязгнул зубами и процедил, растягивая слова:
— Ко-озья кро-овь! Моё вино называется козья кровь, но даже и не думай!..
— Вот оно! — Воскликнула Козаура в сильном волнении. — Понимаете? Это должно сработать! Мы заставим этих волков фонтанировать вином!
— Правильно! — Подхватила Дунда. — И водонапорной башни не понадобится. Я сооружу гидравлическую помпу и…
— Разбежались! Не споткнитесь! Так я и дал тратить превосходное вино на нелепые эксперименты! — Грозно прокричал Рогелло Бодакула и для убедительности стукнул копытом по столу.
Все присутствующие переглянулись.
— Но ведь это для спасения наших друзей. — Сказала Козаура с несвойственной для неё робостью.
— Почём вы знаете, может вам уже и спасать-то некого? — Упёрся старый граф. — Или вашим друзьям в том мире так хорошо, что они оттуда и возвращаться не пожелают. Короче, я говорю — нет!
Козы не умеют краснеть и бледнеть, но Анджелике показалось, что Козаура побагровела и стала больше в размерах. Она явно собиралась наброситься на своего упрямого предка с отборной руганью, но тут вмешался Мен.
— В моен замкен большен винен погребен. — Сказал он.
— Но там нет вина под названием «козья кровь». — Вздохнул Чикада.
— Нетен козьен кровен. — Подтвердил Мен. — Но йен подумен, чтен уважен графен соглашен поменен козьен кровен на моен винен?
— Игристое менское? — Задумчиво произнёс Рогелло Бодакула. — Хорошее вино, хотя оно на
— Зачемен тащен сюден винен? — Искренне удивился герцог Менский. — Пускен графен приходен ко мнен в гостен и пьен винен сколькен хотен!
— Идёт! — Обрадовано воскликнул Рогелло Бодакула, и они с Меном пожали друг другу копыта.
— Ну, ты попал! — Проговорила Козаура вполголоса, обращаясь к мужу. — Хотя для друзей приходится и не тем ещё жертвовать!
Глава 10
Фонтан
Прошло несколько дней. Сказать, что в замке царила суета, значило бы не сказать ничего. Замок был похож на один большой сумасшедший дом, который не знал покоя ни днем, ни ночью. Тихий запущенный внутренний двор был разворочен и засыпан строительным мусором. Из-за этого Анджелика была вынуждена забросить свои тренировки, (попытки упражняться в спальне закончились основательной шишкой на лбу после встречи с одной из потолочных балок). Перед воротами замка беспорядочной грудой громоздились руины конвертоплана, (так назывался летательный аппарат, на котором муж и подруга Козауры прибыли в замок), и все, кроме Дунды сходились на том, что эта машина никогда больше не взлетит. Сама Дунда вероятно не спала и не ела. К тому же она ухитрялась находиться сразу везде, вела себя очень шумно и деятельно, а ещё постоянно вовлекала в работу всех, кто попадался ей на пути. Отказать неистовой изобретательнице было невозможно и, в конце концов, все начали от Дунды прятаться. Первым не выдержал Рогелло Бодакула и его рассыпавшийся скелет так и остался в углу оружейной комнаты. Стенания призрака похожие на пиратские песни, при этом часто слышались весьма отчётливо, особенно в районе винного погреба. Мен даже утверждал, что они слышаться из одной громадной бочки вмурованной в стену в самом дальнем и тёмном углу. Потом исчезла Анджелика. Её долго искали, но нашли лишь котурны, брошенные посреди анфилады древних покоев, которыми давно уже никто не пользовался. Козаура пришла в ярость и заявила, что «девчонка, наверное дезертировала», но Чикада не разделил её мнения и, глубокомысленно вглядываясь в потолок, предположил, что принцесса в скором времени снова будет радовать благородное общество своим присутствием. Между тем Дунда не замечала ни помощи, ни отсутствия помощников. Она работала!
Тяжесть работы, сложность, грязь, казалось бы, для неё не существовали, а если и существовали, то скорее придавали свой особенный вкус к жизни. В кратчайшие сроки какие-то, зловещего вида, агрегаты, снятые с несчастного летательного аппарата были перенесены непосредственно к фонтану и после таинственных манипуляций присоединены к его подземным коммуникациям. Всё это было сшито на живую нитку и имело довольно грубый и нелепый вид, но когда при испытаниях в бак импровизированной помпы залили воду и под действием электронасоса волчьи пасти обдали всех присутствующих ржаво-жёлтой с коричневыми вкраплениями жижей, Дунда запрыгала от радости и захлопала в ла… точнее застучала копытами.
И вот, наконец, настал тот день, когда Дунда объявила, что фонтан готов к работе! Мен и Козаура буквально попадали с ног, испуская стоны блаженства и облегчения. Чикада извинился и скрылся в недрах замка. Он пролетел через ряд помещений, поднялся к потолку и заглянул за толстенную балку, скреплявшую потолочный свод. Там, обхватив свои ноги руками и положив подбородок на колени, сидела Анджелика, а перед ней раскачивался на нитке громадный и мохнатый паук такого жуткого вида, что даже у призрака что-то холодное пробежало по спине.