Бич

Чернов Александр Викторович

Следователь стал раздражаться.

— А вам не кажется странным, что за передачу оружия вам предложили сумму, почти равную цене автомата на черном рынке? Не многовато ли?

— Теперь-то, конечно, кажется странным, — огорченно произнес Привольнов. — Специально крутые бабки посулили, чтобы соблазнить.

Тонкие губы Ковалева сложились в усмешку.

— Интересно получается у вас, Привольнов! Вы не можете назвать ни одного из участников вашей истории.

— Почему это не могу! — вскинулся Жорик. — В баре были мои приятели. Худя, Шира и другие.

В глазах майора

появилась насмешка.

— И что, ваши приятели могут подтвердить, что Вячеслав попросил вас передать оружие?

— Нет, — покачал головой Жорик. — Но они могут подтвердить, что такой мужик среди нас был.

— И они помогут его найти?

Привольнов задумался, провел рукой по волосам от шеи к затылку.

— Не думаю, — произнес он после паузы. — Скорее всего, нет. Впрочем, кто знает. А вы допросите их, это же ваша работа.

— Конечно, — осклабился майор — улыбка у него была ядовитой. — Мы так и поступим. — Только я сомневаюсь в благоприятном для вас исходе этой затеи. Потому что Вячеслав этот и ханыга, как мне кажется, мифические существа.

— Да нет же! — воскликнул Жорик и вдруг, сообразив что-то, спросил: — А как вы на меня вышли?

Ковалев неопределенно пожал плечами:

— По телефону позвонили, сказали о тебе.

— Мужчина звонил? — поинтересовался Привольнов.

— Предположим, — уклончиво ответил майор.

— Вот видите! — Привольнов обвел присутствующих торжествующим взглядом. — Был Вячеслав. Всучил мне автомат, а затем позвонил вам. Я же говорю, подставил, гад!

— Да нет, — майор прикрыл глаза и покачал головой с таким видом, будто хотел сказать: «Э-э… нет! Не перехитришь ты меня, братец!» — Позвонил, скорее всего, бдительный гражданин. Засветились вы где-то со своим автоматом, гражданин Привольнов.

Жорик хмыкнул:

— Да где же я мог засветиться! Вячеслав отдал мне вчера в парке сумку, и я с ней сразу пошел в кафе…

— Хватит! — неожиданно резко сказал майор. Лицо у Ковалева стало строгим. — Прекратите, Привольнов, дурака валять! Не существует никакого Вячеслава и ханыги тоже. А дело было так. Начнем по порядку. В течение года в нашем городе действует преступная банда, которая грабит магазины, автомобили и учреждения. По нашим данным, налетчиков четыре человека. Люди они жестокие, в случае чего не остановятся и перед убийством. Не гнушаются ничем. Забирают все подряд: и аудио-, видеотехнику, оргтехнику, и меха, и кожаные изделия, и просто шмотки, а иной раз и продтовары. Для того чтобы изловить банду, была создана группа, в которую вошли я и капитан Лысенко. Мы вышли на след бандитов, однако два дня назад в кафе «Аладдин» были убиты три члена этой преступной группировки.

По мере того как майор говорил, лицо Жорика вытягивалось, а глаза округлялись. Он уже понял, к чему клонит следователь, однако спросил:

— А я-то тут при чем?

— Как при чем?! — удивился Ковалев. — Ты главарь той банды, который три дня назад ворвался в один из кабинетов кафе и уничтожил своих приятелей. Баллистическая экспертиза установила, что они были убиты из оружия, найденного у тебя в сумке. Кроме того, при грабежах банда убивала своих жертв из этого же автомата.

Привольнов

сидел как громом пораженный.

— Что за чушь?! — выдавил он наконец. — Зачем главарю банды убивать своих товарищей?

Майор решил, что Жорик у него в руках, и позволил себе снисходительный тон.

— Как зачем? Ты почувствовал, что мы наступаем тебе на пятки, и избавился от свидетелей. Это ж дураку ясно. Так ты признаешь свою вину?

Привольнов искренне возмутился:

— Да вы что, мужики, вы же меня под пожизненное подводите! Конечно же, я ни в чем не признаюсь!

Следователь несколько мгновений сидел с недовольным видом, барабаня пальцами по столу, потом произнес:

— Хорошо, тогда будем говорить по-другому. Попробуем провести опознание. — Майор резко встал и вышел за дверь.

Привольнов остался в компании двух конвоиров и капитана Лысенко. Конвоиры скучали, развалившись на стульях; сидевший за соседним столом капитан с задумчивым видом изучал лицо Привольнова.

— Ты бы не артачился, Георгий, — в конце концов мягко заговорил он. — Совершил преступление, сумей ответить за него.

Жорик активно воспротивился:

— Мне не за что отвечать, товарищ капитан. Я ни в чем не виноват.

Лысенко вместе со стулом пододвинулся к Привольнову.

— Ладно, ладно, Жорик, не дури, — капитан был сама доброжелательность. — Сознайся. Оформить тебе явку с повинной мы не сможем, поскольку тебя ОМОН брал, а вот чистосердечное признание и помощь на суде я тебе гарантирую. Получишь минимальный срок.

— Спасибо за заботу, — сухо сказал Привольнов, — но я на себя чужие грехи брать не буду.

— Как знаешь, — с деланым безразличием произнес капитан. — Я хочу как лучше. Только учти, Жорка, майор мужик крутой, и не таких, как ты, раскалывал. Разозлишь его, он тебя на полную раскрутит. Потом поздно каяться будет.

Привольнов промолчал. Замолк и Лысенко. Пару минут спустя в кабинет вернулся майор. Он ввел четверых мужчин примерно одинакового роста и возраста. Велел им построиться у стены. Затем обратился к Жорику, с интересом наблюдавшему за происходящим:

— Гражданин Привольнов, займите, пожалуйста, любое место среди мужчин.

Поколебавшись, Жорик поднялся, подошел к шеренге и встал в ней вторым справа между пахнущим дешевым табаком крепышом и худосочным мужчиной. Ковалев выглянул за дверь, кому-то что-то сказал, и вскоре в кабинет вошел стройный парень, лет двадцати двух, приятной наружности, одетый в темные брюки и светлую рубашку. Парень чувствовал себя не в своей тарелке и заметно волновался.

— Представьтесь, пожалуйста, — обратился к нему майор.

— Дмитрий Томилин.

Ковалев ободряюще кивнул парню:

— Очень хорошо. Где и кем вы работаете?

— В ка… — у парня пересохло в горле. Он прокашлялся, сглотнул и снова начал: — В кафе «Аладдин» официантом.

Ковалев широко улыбнулся, выказывая Томилину расположение.

— Прекрасно. Расскажите, что произошло в воскресенье вечером третьего мая.

Томилин перемялся с ноги на ногу и, стараясь не смотреть в сторону стоявших у стены мужчин, нерешительно заговорил: