БиоЦид
Шрифт:
Так как, этот отец был очень влиятельным криминальным руководителем, а сам Сорокин только вернулся из госпиталя, то он ожидал нападения в этот или ближайшие дни. Поэтому, он решил спать под кроватью, как привык на родной планете, и приготовиться к самообороне, заточив пластиковый нож.
Поэтому, услышав звуки ударов палками по своей койке и увидев стоящие возле нее ноги восьми человек, он решил, что это нанятые главой мафии бандиты. Он порезал им ноги, и, выскочив из-под кровати,
Прошу Вас, господин капитан, вынести соответствующее решение по данному вопросу.
Командир первого взвода, Генри Симпл».
Генерал прекратил читать и посмотрел на Императора.
— Большей чуши, чем это объяснение «Хамелеона», я в жизни не слышал, — рассмеялся тот, — однако, какой молодец. Проучил-таки этих негодяев. Только не говорите, что ему поверили! И чем все закончилось?
— Поверили! Эта версия всех устроила! Он так их отделал, что их комиссовали по состоянию здоровья.
— И что? Никто не поднимал шума? Чем объяснили эти негодяи нападение на спящего товарища?
— Ничем. В деле вообще нет их объяснений. А какой шум? Чтобы выяснилось, что они шли его избивать палками восемь на одного? Это было бы гораздо больше, чем побои. Это позор и бесчестье! — ответил генерал.
— После такой экзекуции, я думаю, больше никто не просил «Хамелеона» стирать свое белье или чистить берцы! — улыбнулся Император.
— Так точно, Ваше Величество!
— Давайте дальше.
— Дальше служба, бои с мятежниками. Отличился при штурме столицы повстанцев, по сути, спас своих товарищей. Далее перевод в диверсионно-разведывательную роту, — генерал листал страницы пухлого дела, — благодарности от командования, присвоение званий, награды. Все как обычно, только можно ответить, что карьерный рост был быстрее, чем у остальных. И вот, наконец, момент, после которого он был привлечен к службе в моем ведомстве.
— Давайте, — кивнул Император, — что, ни выговоров, ни замечаний? Просто образцовый офицер?
— Именно так! Я же Вам, Ваше Величество, говорил, в порочащих его связях и поступках замечен не был.
— Знаете, генерал, я опасаюсь таких людей. Слишком безупречных, — произнес монарх, — я вспомнил выражение одного очень древнего писателя. Оно звучит так: «Вот посмотришь на человека не пьющего вино и подумаешь сразу, уж не сволочь ли он!» Дайте-ка мне его фотографию.
— Прошу Вас, Ваше Величество, — и генерал протянул сюзерену фото молодого человека. Император внимательно стал рассматривать его изображение.
— Ну вот что Лиза в нем нашла? — вздохнул он. — Ну согласитесь, не красавец. Самое точное описание для него — обыкновенный! Ничего примечательного!
— Осмелюсь заметить, что для человека его профессии это очень важное качество — быть незаметным, — возразил ему генерал, — но Ваша дочь умна, и понимает, что мужчина не женщина, в нем не красота главное качество. В Лизе красоты хватит на них обоих.
—
— Возвращаюсь к изложению фактов, — кивнул генерал. — К моменту описанных событий, «Хамелеон» был в звании капитана и должности командира диверсионно-разведывательной роты. Готовилось представление на присвоение ему звания майора.
Однажды вечером его пригласил к себе полковник Службы Имперской Безопасности, начальник контрразведки в этой дивизии. Что там произошло нам известно только со слов самого «Хамелеона». Давайте я зачитаю Вашему Величество его рапорт-объяснительную.
— Слушаю, — кивнул Император. Генерал снова вынул из папки лист и стал зачитывать его содержание вслух.
РАПОРТ
Командиру первой штурмовой дивизии, генерал-майору Винсенту Смиту
От командира диверсионно-разведывательной роты,
капитана Юрия Сорокина.
Настоящим сообщаю, что вчера в девятнадцать часов я был вызван на квартиру полковника Службы Имперской Безопасности, начальника отдела контрразведки нашей дивизии. Причина вызова — конфиденциальная беседа о возможном наличии Агентов ксеноморфов с составе моей роты.
По прибытии на адрес, полковник пригласил меня за стол на кухню и предложил чай. Поднеся чашку с чаем к лицу, я ощутил — еле уловимый — запах психотропного препарата, который использует наше подразделении при ведении допросов пленных. Это меня насторожило и я решил выяснить, что он задумал.
Сделав вид, что я услышал шум в комнате, я вынудил полковника покинуть кухню, и пока он отсутствовал вылил две трети содержимого чашки в раковину. Когда он вернулся и увидел, что чашка почти пустая, он предложил пройти в гостиную.
Зная как действует указанный мною препарат, я сел на диван и стал имитировать потерю ориентации и спутанное сознание. Увидев, что у меня развивается такое состояние, полковник выдержал паузу еще минут пять, потом вытащил из шкафа какой-то прибор, подключил к нему наушники и надел их на меня.
Потом он включил прибор. Это оказалось проигрывающее аудиозаписи устройство. По мере прослушивания, я понял, что это психоактивные программы, предназначенные для перепрограммирования моего поведения на уровне подсознания. Препарат, а возможно коктейль психотропных препаратов, которые мне дал полковник, были призваны снизить активность коры моего головного мозга, для лучшего программирования моего поведения.