БИОМ

Окунев Юрий

Миша откинулся на спинку и сцепил руки на животе. Всё-таки выяснили.

– Прошу простить, что сделал это без вашего

ведома, – сухо сказал Афанасьев.

Проректор положил листик на стол и внимательно посмотрел на Мишу.

– Продолжай.

– Нам нужны были точные данные для модели, поэтому я без разрешения расконсервировал один из испытательных БИОМов первого поколения. Результаты предоставлю завтра, а ответственность беру полностью на себя.

Миша выдохнул – в груди стало легче. Теперь он с детским задором смотрел на собеседника, ожидая наказания.

– Так, – проректор вытащил из-под другой груды уже пожелтевших бумажек

телефон. – Пётр Васильевич? Да, вы правы, ещё рано, но я по делу. Проверьте, пожалуйста, лаборатории семнадцать и двадцать три. Да, где стенды. И доложите о том, что увидите.

Он положил трубку на стол, достал из кармана платок, вытер лоб.

– Что же ты делаешь, Миш.

– Алексей Андре…

– Помолчи. Это же административка. С риском отчуждения тебя от научной работы! А с твоим профилем – это недопустимо! Ставишь под удар не только себя, но и весь институт! А ведь на нас…

–…возложена большая миссия, – закончил за проректора Миша. – Знаю я. Но согласование занимает до двух месяцев. А данные нужны были вчера.

Конец ознакомительного фрагмента.