Битва троллей
Шрифт:
— Ну, хорошо. Что вы предлагаете?
— Вы принимаете на себя командование, в том числе и официально, при согласии и благословении всех нас.
Сначала Флорес подумала, что воин решил пошутить. Но когда она увидела серьезное выражение его лица, то смех замер у нее в горле.
— Я?
— Да. Вы сестра Стена сал Дабрана, то есть являетесь близкой родственницей дома сал Сарес. Вы — боярыня Дабрана. И вы вели солдат во время побега. Все говорит в вашу пользу.
— Вы что, с ума сошли? Только из-за того, что я сестра Стена, я еще далеко не
— Я не являюсь хозяином даже одного сарая, уже не говоря о земле. Я — воин, который может вести в бой людей и лошадей, не более того. Мое притязание можно будет легко оспорить; а за время своего служения я заработал себе среди советников Ионны не только друзей. Так что я совсем не хороший предводитель.
— Глупости!
— Нет, боярыня. Вы — гораздо лучший выбор. И после всего, что я слышал, вы и так уже предводительница этого войска. Солдаты следуют за вами. Это у вас в крови.
Флорес сердито отпила глоток вина. «В крови! Что за бред!» Однако в аргументах ветерана действительно был смысл. Влахака с трудом могла возразить что-либо. При этом в ее мыслях все восставало против того, чтобы взять в свои руки судьбу воинов и одной нести полную ответственность.
— У меня годами не было никаких контактов с вольными влахаками. Мне не доверяют.
— Имя вашего брата придаст вес вашему притязанию.
— Спасибо, — с сарказмом ответила Флорес. — Приятно осознавать, что мне доверяют эту задачу, так как мой брат долгое время провел в ямах!
На этот раз лицо Неагаса совсем помрачнело. Ветеран начал нервно ходить по палатке взад-вперед. Потом он резко остановился и показал пальцем на Флорес:
— Вы сопротивляетесь, потому что боитесь!
— Никогда! — рассерженно крикнула влахака.
По ее телу разлилось странное тепло, и она почувствовала, как дрожат ее пальцы.
— А почему же тогда?
— Потому что я совсем не предводительница. Я — простой воин, не более того. И я совершенно случайно оказалась замешанной в это дело!
Тем временем жара в палатке стала невыносимой. Они замолчали, и тишину нарушали лишь шуршание дождя и треск огня. Неагас все еще пристально смотрел на Флорес, которая выдерживала его взгляд. И только когда ветеран вновь заговорил, он опустил глаза.
— Неужели вы думаете, что Стен стремился к власти? Или вы думаете, что он просто всегда слишком сильно осознавал свой долг, чтобы отказаться от такой ответственности? Он никогда не страшился выполнять то, что должен был. Но, возможно, вы правы. Я лучше обращусь к Истрану. При моей поддержке он будет чувствовать себя достаточно сильным, чтобы обосновать свое притязание на управление страной.
Холод в его голосе заставил Флорес содрогнуться. И так как он уже хотел отвернуться, она быстро сказала:
— Подождите. Пожалуйста.
С вопросительным выражением Неагас посмотрел на нее. Флорес нервно перебирала пальцами, держа в руках кубок, отчего его содержимое слегка колыхалось.
— Истран не совсем
И прежде чем Неагас смог сказать что-то, Флорес быстро продолжила:
— Мое слово имеет силу только на время этого похода. Я ни в коем случае не стремлюсь к господству над Влахкисом. Эта мысль уже сама по себе кажется мне… смешной.
— Конечно, — с поклоном ответил Неагас. — Нашей первоочередной задачей является защита Влахкиса. Это вне всяких сомнений. И для этого мы должны объединиться. Иначе любые другие шаги будут означать лишь наше падение.
— Об этом мы поговорим позже. Но я хочу знать, что вы будете всегда поддерживать меня, Неагас.
— Моя верность и поддержка с вами. Я опасаюсь лишь тех, кто стремится к власти, а не тех, кто ее отклоняет. И я верю, что вы та правопреемница, которую Ионна хотела бы себе, боярыня.
— Хватит комплиментов. Я попрошу марчега Тамара, чтобы он присоединился к нам и мы могли поговорить о наших дальнейших действиях.
Хотя ее мысли были в смятении, а душа полна противоречивых чувств, Флорес послала гонца к масридам. Она чувствовала, что еще не готова думать о последствиях беседы с Неагасом.
Мысль о назначении главнокомандующей солдатами казалась ей непреодолимой горой, на которую нужно было взобраться для начала. «Конечно, я вела солдат в бой. Так как я должна была; так как я случайно оказалась именно там. Если бы я не попала в волну той атаки, а сразу же вернулась к Тамару, то это сделал бы кто-то другой. Неагас абсолютно прав, когда говорит, что только имя Стена придаст веса моим словам». Флорес подумала о своем брате и его безумном походе с троллями. Где-то в стране Стен сейчас шел вместе с троллями. Возможно, он даже не знает о судьбе, которая постигла его народ. «Он бы вернулся, если б узнал. Что сказал старик? Стен никогда не страшился выполнять то, что должен был. Я его сестра, и я не хочу разочаровать его».
Такие мрачные мысли одолевали Флорес, когда в палатку вошел Тамар со своей дружиной. Хотя он двигался спокойно и важно, она увидела, что его штаны чуть ли не до пояса забрызганы грязью. «Такое впечатление, будто он бежал. Он не хотел намокнуть или так сильно хотел меня видеть?» — подумала про себя Флорес и скрыла улыбку, когда заметила взгляд Тамара. Марчег откровенно уставился на нее, и желание в его глазах напомнило влахаке о проведенной вместе ночи.
Неагас, который ничего не знал об этом, склонился в глубоком поклоне перед Тамаром. Он вежливо не обратил внимания на кровавый шрам на его виске и радушно поприветствовал юного марчега: