Битва троллей

Хардебуш Кристоф

Ее рука снова начала пульсировать, и глухая боль пронзила ее с ног до головы. Изнеможение затуманило ее разум, и веки отяжелели.

— Эти твари опасны. Керу делает все, что может.

— Я думала, что вы его оставите. Или просто выпотрошите, — сонным голосом сказала Висиния.

Но когда она заметила гневное выражение лица Турка, то сон мгновенно покинул ее.

— Он еще жив, и поэтому мы берем его с собой!

— Конечно, — поспешила сказать влахака. — Я просто думала… я имела в виду…

— Если

он умрет, мы возьмем его мясо. Но пока он жив, он принадлежит к племени. Мы никого не оставляем, потому что тогда он сразу же погибнет, и никак иначе!

— Мне жаль, — заявила Висиния несмотря на то, что мысль просить прощения у тролля на мгновение показалась ей абсурдной. — Я не знала.

Вместо ответа Турк только фыркнул.

Висиния не имела ни малейшего понятия, как она могла бы задобрить большого тролля, поэтому решила сменить тему.

— А что с Керу?

— Она старая.

— А почему она не может говорить?

— Карлики. Один из них топором разбил ей челюсть и отрезал язык. Это было давно.

Влахака кивнула.

— А она может лечить, да?

— Она очень плохо может охотиться и бороться. Но она много знает.

Висиния подумала об опасностях, которые подстерегали их почти на каждом шагу. Не только карлики, но и весь подземный мир, казалось, замышлял недоброе против троллей.

— Вы выживаете только вместе, — сказала влахака скорее самой себе.

— Да. Только племя дает безопасность. В одиночку любой тролль погибнет.

— А что со стариками?

Висиния погладила живот. Ее мысли вернулись к новой жизни, которую она носила теперь под сердцем.

— Что с детьми? Как вы защищаете их?

— Дети всегда с нами. И старики тоже. Но в основном тролли не стареют.

В голосе Турка прозвучал такой тон, который заставил Висинию прислушаться. «Их родина требует большой дани, так же как и Влахкис от нас. Печалится ли он от этого или гордится этим?»

— Мы спустились так глубоко, потому что карлики верхние ходы совсем загадили. Здесь, внизу, мало воды и мало еды. Даже мы, тролли, с трудом выживаем здесь.

— И все же маленький народец хотел уничтожить вас, — высказала свои мысли влахака.

Тролль громко рассмеялся. Несколько других троллей посмотрели на него, но затем снова быстро отвернулись.

— Эта война идет уже долго, — заявил Турк. — Это правильно — уничтожать врага. Мы делаем так, как можем. Убиваем каждого карлика, пока не останется ни одного.

— Всех? Детей? Стариков? Слабых?

— Всех. Только тогда мы победим. Теперь эти маленькие сволочи попрятались в своих пещерах. Анда изгнала их, но они там в своих пещерах размножаются. Они куют оружие и строят планы. Они вернутся и продолжат войну. Пока не останется ни одного карлика или ни одного тролля!

Висиния в ужасе посмотрела на большого тролля. Война

и ненависть между масридами и влахаками тлеет уже несколько столетий, и случались ужасные вещи. Но никогда и речи не было об уничтожении целого народа. Тролли — так же, как и карлики — были на войне такими же жестокими и беспощадными, какой была и их родина.

— Мы уничтожим карликов рано или поздно. По крайней мере, в этом Анда права.

Прежде чем Висиния смогла спросить об Анде, вернулся лазутчик и побежал прямо к Турку. Тяжело дыша, он стал на колени перед предводителем.

— Мы нашли тролля.

Висиния с любопытством прислушалась. Турк наклонился вперед.

— Где?

— Там, дальше в туннеле. Тяжело ранен. Он сказал, что он принадлежал к племени Парда.

— Пард где-то поблизости? — вмешалась влахака. Турк бросил на нее мрачный взгляд.

— Кто ранил его?

— Анда, — еле слышно ответил лазутчик.

Турк чертыхнулся и осторожно огляделся. Хотя некоторые из троллей еще смотрели на них, но большинство уже спали.

— Приведи меня к нему, — приказал он и поднялся.

Висиния тоже встала.

— Я пойду с вами, — решительно заявила влахака.

Мгновение большой тролль колебался, но потом кивнул. Они последовали за лазутчиком в туннель. Хотя Висиния и взяла с собой немного светящегося лишайника, ей с большим трудом удавалось различать мрачные окрестности. Даже в сопровождении двух троллей она не чувствовала себя в безопасности. До сих пор она всегда была в сопровождении всего племени. Теперь с ней были только Турк и лазутчик. На влахаку надвинулась неуверенность. Слишком много было опасностей глубоко под землей, слишком легко могло произойти что угодно.

Путь был не очень близок, но в конце концов они добрались до места, где туннель расширялся. За острым выступом скалы Висиния разглядела силуэт; это был тролль, который оперся на стену. Когда она подошла ближе, то увидела ужасные ранения, которые были нанесены троллю. Его кожа во многих местах была просто разорвана, и в ней остались глубокие бороздки.

— Ты позаботился о его ранах? — спросил Турк.

Лазутчик покачал головой.

— Слишком много, — пробормотал он, прежде чем пошел дальше вперед на охрану подхода к этому месту.

Висиния увидела, что он был прав. Раны были глубокими, и на полу растеклись целые лужи крови.

— Как тебя зовут? — спросил Турк, наклонившись к умирающему.

— Ремм.

Глаза тролля блуждали, словно он искал того, кто обращался к нему, хотя Турк был прямо перед ним.

— Что случилось, Ремм?

— Анда… ее тролли нашли нас.

— Где Пард?

— Ушел глубже. В расщелины. Совсем близко к биению сердца.

Тут Ремм начал задыхаться и сплевывать кровь. Тролль оскалил зубы в ужасной улыбке.