Битва за Алтарь
Шрифт:
Чуть подождав, пока для мщения прибежит и прилетит побольше эф-костяков, начинаю буквально косить их из дробовика, дабы уменьшить воинство мелких немёртвых.
Стая костяных птиц неожиданно для меня пытается вонзить свои тела в моё тело, снова получили «наводку» от стороннего наблюдателя с умением видеть невидимок? А у меня магазин закончился! Выхватываю из карт системное оружие, саблей и топориком работаю в режиме бешеного вентилятора, но даже так несколько птиц прорываются к комиссарскому телу, убившись об покров праны. И сюда уже несутся химеры!
Сбегаю от нелетающих воздушными
Костяные птицы бросаются вдогонку, наверху я нахожусь в поле зрения «наблюдателя». Сигаю вниз, на мостовую, в конце подрабатывая полётом — с каждым разом это выходит всё проще и лучше, сердце не замирает — привыкаю.
Как только спрыгнул, птицы вновь меня «не видят». Похоже, у нежити есть подобие тактической сети оповещения: видит один — знают все окружающие. Хорошо, что у эф-птичек и химер не имеется навыков истинного зрения и сканирования — иначе было бы очень грустно, от обнаружения спрятаться стало бы чрезвычайно сложно.
Внизу скидываю невидимость, и на мотоцикле направляюсь ближе к четвёртой стене, увести часть мелочи за собой и скрыться от генерала — хочу попробовать подобраться к нему с другого направления. Затея с уводом удалась частично, большую часть нежити командующий успел остановить. Кто сорвался с крючка — тот стал добычей для меня, Саши и Волка. Зверь в боевой форме под слоем псевдоплоти отлично справлялся с юркими химерами, давя их и потихоньку набирая очки на свой шестой уровень.
Две мои попытки подобраться к генералу провалились, я даже не смог понять, где он находится. Нежить под руководством действовала чётко и слаженно, словно… нежить. Без всякой свободы воли живых: приказали скелету стоять тут — стоит, бдит. Не отвлекается, не курит, не ноет о тяготах службы. Вокруг него на низком старте свыше десятка химер, готовых гурьбой атаковать невидимку.
Прямые участки улиц и все крыши издалека просматриваются рыцарями с умением — в сокрытии не приблизиться. Стоит попасться в поле зрения, следует попытка окружения с костяными ужасами и рыцарями смерти. И даже засаду на их пути не устроишь, впереди в качестве разведки хаотично носятся химеры под управлением ужаса. Надо понимать, что с невидимками сталкивались часто, меры противодействия выработаны.
Единственно, с нами методы борьбы пришлось дорабатывать с учётом наличия огнестрельного оружия. И если в прошлые «командировки» на Сар начальство в виде рыцарей или ужасов шло непосредственно в массе низшей нежити, то сейчас как минимум рыцари с более-менее высоким показателем интеллекта, старались действовать опосредованно, управляя воинством на большом расстоянии, не говоря уже о неизвестных командующих.
В общем, вся эта канитель мне не нравится. Пусть они безуспешно гоняются за мной, полностью переходим на тактику диверсантов, раздёргивая противников. Когда-нибудь представится случай разделаться и с генералами, главное самим не совершать ошибок.
Делаю рывок на север, призываю Александру:
— Используй навык вторая кожа, расчёт на охоту с наживкой не совсем оправдался.
— Хорошо, я уже сама хотела просить, жутко неудобно: ни
Снова воплощаю всех дружинников, в быстром темпе движемся дальше на север с уничтожением встреченных костяков — делаем ложный след, ну и попутно решаем задачи набора ОС и костей.
Сливаю полторы тысячи очков из накопителя на три приобретённые ранее дэ-карты: парализация, анти-парализация и воздушный молот, изучаю. Далее улучшу впитывание эфира и улучшенное чувство опасности.
Испытываю новую игрушку, воздушный молот, на скелете. Тысяча праны в умение, скелет получает невидимый молниеносный удар сверху, ломающий шею, позвоночник и соединение ног в тазу и коленях, остаётся добить. Много. Скелету достаточно и двухсот единиц энергии.
Интересно. Воздушные лезвия — дальнобойная техника, но сравнительно слабая. При вложении семи тысяч энергии не смогли перерезать крыло костяному дракону. А вот воздушный молот — техника сильная, но недалёкая. Не в смысле тупая, а в том, что на первом уровне ограничена дальностью всего в пять метров. Зато, если вложить в неё семь тысяч единиц энергии, косточки тому дракону хорошенько бы придавил, может и до сердца бы достало. Но надо находиться практически впритык.
Сворачиваемся, уходим. Первый блин получился немного комом, на попытки подобраться и уничтожить генерала потратил много времени.
Телепортом за четыре тысячи праны перепрыгиваю в пятый круг, скрываясь от возможного наблюдения. Тут можно немного развеяться, с ветерком прохватив по главному «прошпекту» — кольцу внутри круга. Не доезжая километров шесть до дома, выпускаю Смоля и Серого, пересыпаю им кубометра полтора костей, и отправляю досыпать в башню, расположенную в седьмом круге.
Надо поискать ещё здания с толстыми стенами и узкими проходами, в которых устроить новые фермы. Одно очень хорошее место я знаю, но оно расположено крайне неудобно, в третьем круге города — это тюрьма. Вот там просто шик, по камерам влезла бы пара сотен ужасов!
Мне дорога дальше, наложу костей в башни в пятом круге и шестом, недалеко от резиденции — полностью избавившись от костей в браслете. Наказания не прилетело, дракон тоже больше навряд ли прилетит, так почему бы и нет? Лишь черепа выложил отдельно и спалил духом огня. Ужас поднимется и так, а вот скелетов или рыцарей без черепов я не видел ни одного, так пусть в инкубаторах их и не будет вовсе, даже случайно.
Возвращаемся в резиденцию, здесь всё спокойно, на камерах никого не видели. Вместе со Смольниковым и отдыхавшим сегодня Сувориным планируем их выход на завтра:
— Пойдёте вот так, — на запад с посещением двух башен и уничтожением поднявшихся ужасов. — Затем посмотрите, что вот с этими открытыми вратами в третьей стене? Кто и как охраняет? Ну и прогуляетесь по четвёртому кругу на северо-запад. Возвращаться широким обходом с выходом в седьмой круг.
Следующие сутки наши, дежурим. «Позволил» себе выйти из дома и доделать все камеры дальнего рубежа наблюдения, чтобы не занимать этим свой честный выходной день. А дальше скукотища, особенно ночью. Но лучше скука, чем смерть.