Битва за Эгрис
Шрифт:
«Какое счастье!» – чуть не вырвалось у меня. Впервые за много дней я чувствовал себя отдохнувшим и бодрым, и это стоило пропуска событий какой угодно важности. Хотя узнать о них не показалось мне лишним.
– Что произошло, пока я… отдыхал?
На мгновение она задумалась, с чего начать, а потом сообщила:
– Эрсин еще не умер. Никто, даже Джарэт, не понимает, каким образом он еще жив, но это так. Вчера он ненадолго пришел в сознание…
– И?!
– И спросил тебя. Джейн
Но ничего не вышло – ты был как бесчувственное бревно…
«Спасибо», – мысленно поблагодарил я, а Лаура, вздохнув, продолжила:
– Узнав об этом, Эрсин снова отключился. Нам он ничего не сказал… Далее. Армия, о которой говорил Джарэт, если ты помнишь….
– Помню. Это еще помню. А вот затем – ничего. Кстати, я что, тоже отключился?
– Нет. Ты отправился в кровать на своих двоих. Но лично у меня сложилось впечатление, что с какого-то момента ты перестал воспринимать окружающее.
Лаура как-то странно глянула на меня, и я быстро спросил:
– Я что-нибудь говорил?
– Опять нет. Ты в тот день вообще почти не говорил… Но мне казалось, что ты очень напряженно о чем-то думаешь.
«О чем же, интересно?» – Я не знал, кого бы этом спросить…
Убедившись, что я не намерен порассуждать на предложенную тему, Лаура вернулась к своему рассказу.
– Так вот. Армия продолжает приближаться к Местальгору. Дня через три-четыре они прибудут к золотым рудникам. Ни что это такое, ни откуда взялось, никто не знает. Джарэт тоже все ждал, пока ты проснешься, но сегодня утром сказал, что не может больше терять времени, и отправился на разведку сам.
Откинув одеяло, я выбрался из кровати и принялся одеваться. Лаура еще явно не закончила передачу последних новостей, но и так было ясно, что мне пора снова спешить…
– Какие меры предприняты для отражения вторжения?
Она ответила не сразу, и я подумал, что если опять услышу о том, чего они все ждали, то… не миновать землетрясения. Обошлось.
– В Местальгоре все войска приведены в состояние боевой готовности. Производится передислокация частей с севера к южным границам и столице…
– Этого недостаточно. – Я еще не знал численности наступающей армии, но в своих словах совершенно не сомневался: Альфред – это вам не Гроссмейстер, даже при всем моем уважении к последнему.
– А это и не все. Аналогичные мероприятия проводятся и в Пантидее. Кроме того, личным распоряжением Императрицы… – Я отметил, что Лаура не сказала:
«…Марции», – ее гвардия форсированным маршем отправилась в Местальгор на соединение с гвардией Джарэта.
– Очень разумно. Но и этого, боюсь, будет маловато…
– Есть и еще. Вотан предложил сформировать
– А Вотан – не дурак! – несколько неосторожно заметил я, и Лаура этого, естественно, не пропустила.
– А кто у нас дурак? Может, ты?
– Хороший вопрос для продолжительной дискуссии. Боюсь, правда, что ее придется отложить.
Завершив гардероб, я пристегнул к поясу свою Шпагу и… несколько удивился.
– Что же, она так все эти два дня тут на стуле и провисела?
– Наверное. Если не выходила до ветра. – Видимо, выражение моего лица стало не слишком любезным, и Лаура примиряющим тоном сказала: – Ну конечно, она проболталась тут. Перед уходом из библиотеки ты вернул Илайджу его шпагу и забрал из сейфа свою. Может, кто в тот момент и подумал – я, например, – что едва ли ты сможешь хорошо ее охранять, но… кто же будет с тобой спорить?
Кивнув, я двинулся к двери, и Лаура, соскочив со стола, поинтересовалась:
– Ну, и что же ты собираешься теперь делать?
– Позавтракать.
– Понятно, – она фыркнула. – Тогда скорее уж это будет обед. Ладно, посмотрю, нет ли чего на кухне…
Обогнав меня, она вышла в коридор, а я не торопясь отправился в гостиную, по дороге пытаясь сообразить, что же собираюсь делать после приема пищи, как бы он ни назывался…
Привели раздумья лишь к тому, что у меня появились новые вопросы к Лауре. Которые я ей и задал, когда она вошла в гостиную с порадовавшим меня своими размерами подносом.
– Это чертово письмецо Гроссмейстера. Так и не выяснилось, что в нем?
Разгрузив поднос и пригласив меня присесть за стол, Лаура покачала головой.
– Нет. Джейн показала его всем, но толку вышло мало. Юлиан только сказал, что это очень древний язык, еще с Земли, и он слышал несколько раз, как Гроссмейстер и Яромир разговаривали на нем между собой. Но сам он его не знает.
Неожиданно я совершенно однозначно понял, что мне следует сделать, но по инерции продолжил спрашивать.
– Оракул никак не давал о себе знать?
– Нет.
Разговор прервался, так как я энергично взялся за еду. Она была незамысловата – бифштексы с овощным гарниром, – но именно это блюдо я любил больше всего. Лишь в перерыве между первым и вторым куском мяса я полюбопытствовал:
– А где Клинт?
– В Пантидее. Следит, чтобы там не возникло осложнений.
– Тоже, видимо, личным распоряжением Императрицы?
Лаура посмотрела на меня… слишком внимательно.
Потом качнула головой.
– Нет. По собственной инициативе.