Битва за город
Шрифт:
Для полной балансировки Хранители рекомендуют вам воспользоваться кольцом портала...» **
Дальше было написано что-то ещё, но Юра не дочитал. Голову разбила сильнейшая боль, табличка исчезла. Казалось, на череп свалилось целое здание. Сознание начало куда-то проваливаться, остатки его сообщили, что тело бьют множество ног и до кучи лупят ещё чем-то тяжёлым сверху.
– Юра, стойте, нет!
– раздался отчаянный девичий крик.
Шаги Машиных ног, удар, вскрик боли, падение тела о землю. Секундная пауза. Нечеловеческое рычание.
«Ну вот, Ашам проснулась, -
Пронзительный, режущий слух, звук заряда магической атаки. Удары по телу прекратились, резко запахло озоном.
А после... После Юра умер.
***
Командующий Аринтон стоял у края здоровенного котлована. Создавалось впечатление, что некто огромным черпаком аккуратно вычерпнул здоровенного размера полусферу земли. Здание казарм двенадцатого сектора отсутствовало почти полностью, во внешней стене напротив уничтоженной казармы имелась здоровенная, метров двадцати, дыра. Будь здесь Юра, он бы, наверно, порадовался отсутствию ненавистного гоблинского сортира, но Юры здесь не было, а Аринтона уничтоженный сортир волновал слабо, точнее не волновал вообще.
– Впечатляет, - обратился орк к стоявшему рядом человеку. Странному человеку, если учитывать место, в котором происходило действие. Да и одежда его не подходила лагерю Зелёной фракции - строгий чёрный пиджак, того же фасона брюки, охотничьи сапоги и треугольник белоснежной рубашки на груди.
– Но как нам это использовать?
– поинтересовался Аринтон.
– Это решать вам: я и так слишком приблизился к границе дозволенного, - ответил элегантный мужчина, от внешности которого веяло элегантностью и презрением.
Аринтон на это лишь молча кивнул.
– И конечно же ты не можешь просто взять и отправить её в лагерь вражеской фракции, она здесь не для этого. Побочно, ты можешь использовать её лишь побочно.
И на это Аринтон ответил молчаливым кивком.
– А второй?
– Второй не моя забота, в прочем, как и не твоя. Вторым занимается Главный. Учитывай мнение хранителей.
Аринтон кивнул в третий раз.
К стоящим у края ямы подскочил гоблин - адъютант. Со страхом поглядывая на мужчину, гоблин вытянулся по струнке и выпалил:
– Юрша очнулся!
– Подозреваю...
– обратился было Аринтон к франту, - но того и след простыл, словно не было этого элегантного мужчины и не могло быть, как и не мог координатор тёмной партии Администраторов обделывать таким вот образом некие свои дела.
– Яму засыпать, стену восстановить, остальное решит строительный отдел, - не выказав ни грамма растерянности, коротко обратился Командующий к группе стоящих позади монстров.
– А Юрша? В яму его?
– спросил адъютант.
– Никаких ям, он больше не пленник. Выделите ему комнату в офицерских казармах.
– А кто он?
– нарушив от удивления субординацию, удивлённо спросил адъютант.
– Хотел бы я знать...
– безразлично ответил Аринтон и задумчиво посмотрел куда-то на север, туда, где окружённый возведёнными недавно стенами, находился начальный город попаданцев Озоторг.
–
– повторил он.
Глава 3: Новые роли.
***
Глава, в которой соревнование объявляется открытым.
***
Юра разбился на бесчисленное количество частей и тут же, сразу, каждая эта часть начала испытывать невыразимую боль мучительной неполноценности. Следом навалилось осознание столь глубокой своей ничтожности, что немедленно захотелось выть и вцепиться в голову ногтями, жаль только ни ногтей, ни головы в наличии не имелось. Вместе с этим, в один момент сдуло все те щиты удобных иллюзий, которыми человеческое сознание прикрывается от ледяного безразличия космоса. А после Юрин «ментальный анус» крепко сжался, настолько крепко, что окажись вдруг в этом анусе титановый лом, быть ему раскрошенным в мелкую пыль. Естество ждало самого мучительного - чувства протягивания себя, целого и каждой части в отдельности, через нечто в миллион раз уже иголочного ушка. Протягивания, скручивания и уплотнения, с которыми не могла сравниться ни одна испытанная при жизни боль. Однако, этого, пережитого при первой смерти в этом мире отвратного процесса не последовало. Вместо него сознание провалилось в темноту, на которой всё и закончилось, или, точнее сказать, началось.
***
«Это потолок или пол»?
– открыв глаза, задал молодой человек сам себе вопрос, на который долго не мог ответить, а потом и забыл о нём вовсе.
Провисев в тупняке минут пять, разум породил новый вопрос:
«Я умер или нет?»
Вопрос не был праздным, так как при первой своей смерти Юра чувствовал себя настолько хреново, что не то, что думать, дышать не хотелось. А сейчас вроде ничего, бодрячком, только тупит как 386 пентиум.
Забыв ответить и на второй вопрос, разум задал следующий:
«Где я?»
Этот новый вопрос подтянул вопрос первый, так как взгляд уткнулся в ровные строганные доски, очень похожие на те, из каких был сделан настил на дне его ямы.
«Это точно потолок!» - отчего-то обрадовался Юра.
Рядом шмыгнули носом.
Повернув голову, молодой человек обнаружил сидящую на стуле Машу. Маша спала, уронив голову на грудь и тихо при этом посапывая.
«У Эриты грудь больше...» - непонятно с чего подумал Юра и очень захотел свою женщину увидеть.
«Так, я думаю не о том...» - возмутился какой-то второй - новый Юра.
«А когда я последний раз дрочил?» - игнорируя попытку настроиться на серьёзный лад, сгенерировал какую-то чушь разум.
«Офигеть, я ни разу не дрочил в этом мире!» - в этот раз обалдел какой-то третий Юра.
«Я схожу с ума...» - заключил Юра четвёртый.
«Да ну вас всех, я спать», - послав подальше «консилиум» в своей голове, решил молодой человек и закрыл глаза.
***
Юре показалось, что он провалился в сон буквально на мгновение, но, когда он открыл глаза, Маши рядом уже не было, зато разум ощущался ясным и целым. По крайне мере, глупые вопросы он сам себе не задавал.