Шрифт:
Глава 1
Я медленно выдохнул, прикрыв глаза и пытаясь сосредоточиться на внутренних ощущениях. Пальцы чувствовали теплоту чужих мягких рук, а в носу щекотало от цветочных духов. Мне казалось, что если я захочу, то именно сейчас почувствую, как бьется ее сердце. Надо только…
— Нет, фигня какая-то, Матвей, — отозвалась обладательница мягких рук.
— Ты можешь просто помолчать?! Я что, многого прошу?
— Да меня эти гады смущают. Я же вижу, что они ржут!
— Ничего мы не ржем, Алена Николаевна, — вмешался бес. — Напротив,
У него даже почти получилось убедить приспешницу. Но тут хмыкнул Митька. А следом и гнусная физиономия Григория расплылась в улыбке. Нет, если честно, самая обычная бесовская рожа. Просто я был взвинчен до предела, а тут еще и нечисть изволила издеваться. Гады. Если не помогают, то хотя бы не мешали, что ли!
Вот и Алена, которая для определенных существ была Николаевна, придерживалась таких же взглядов. Она с необыкновенной для своей комплекции прытью вскочила на ноги, вооружилась лежащим рядом тапком и погналась за Гришей. Тот было умоляюще поглядел на меня, но, увидев в глазах хозяина равнодушие, решил спасаться бегством.
Я же был зол. Что совсем неудивительно. Прошло несколько недель после моей ночной вылазки в Выборг и разговора с Русланом. И на сколько я сдвинулся с тех пор? Ответ: на ноль целых ноль десятых.
Легко сказать — устрой союз с безхистовой. А как, спрашивается? Я уже перебрал почти все, кроме разве что… Того, что с Аленой мне делать не очень-то и хотелось. Думаю, и она не горела желанием.
Я был близок к отчаянию. А учитывая, что мои ночные сны становились все короче по причине чудовищной рези в животе, настроение у меня было препоганенькое. Впрочем, я даже не жалел о своих страданиях. Мысль, что я хоть как-то облегчаю мучения Лихо, немного грела.
Но с каждым новым «приходом» мне становилось все хуже. После вмешательств Созидателя требовалось все дольше отлеживаться, собирая себя по кускам. И едва ли существует какой-то артефакт на этот счет. Рубежные аптеки тоже мимо. «Здрасьте, у вас есть что-нибудь от иномирной рези в животе?».
Удивительное чувство, когда погода за окном ярко отражала мое внутреннее состояние. Осень неумолимо приближалась к концу. Не хотелось бы доводить до заморозков и лезть в пещеру, когда выпадет снег. Дурацкий Великий Князь не торопил меня. Сроки, в отличие от схрона, мы не обговаривали. Наверное, он понимал, что тут решить проблему с наскоку не выйдет.
— Матвей, может, бросим это все? — вернулась Алена. — Ну не получается ничего.
— Нельзя. От этого зависит жизнь дорогого мне человека.
— Женщины? — засветились от любопытства глаза приспешницы.
Алена хоть и была очень необычной девушкой, но ей оказались не чужды многие маркеры «слабого пола». Думаю, она втайне даже надеется встретить когда-нибудь принца на белом «Range Rover». Само собой, без страха и упрека. Который станет носить Алену на руках и сдувать с нее пылинки.
Поэтому история про то, что ради какой-то иллюзорной тетеньки ее «босс» хочет преодолеть все невзгоды, крайне заинтересовала ее.
— Это нечисть, — охладил
Алена окинула меня взглядом актрисы из фильма: «Пятьдесят оттенков серого». Хорошо хоть, не сказала: «Больной ублюдок».
— Нечисть, нечисть, — пробурчала она. — Помешался ты на своей нечисти.
— Садись, попробуем еще раз.
Алена плюхнулся на подушку, предусмотрительно положенную под задницу, и без всякого энтузиазма протянула мне руки. Которых я тут же коснулся.
Если честно, я правда не понимал, что мне надо делать. За столько дней я уже и сосредотачивался, и пытался отрешиться, и… да, блин, много чего пытался. А толку?
С нечистью, рубежниками, да даже чужанами манера действия казалась простой и понятной. У каждого внутри было нечто навроде наполненного озера. Воды его и являлись хистом. Понятно, у всех размеры водоема свои. У обычных людей это пруд с сухой травкой по берегу, выжженой солнцем, у серьезных рубежников эдакое Ладожское озеро, у кронов, наверное, наполненность можно сравнить с Байкалом.
У Алены не было ничего. Даже небольшого углубления, где должна скапливаться «вода». Просто безжизненная пустыня. Наверное, в чем-то ее можно и пожалеть. Однако сейчас я больше жалел Лихо. Если бы не она, я бы давно отступил.
Но нельзя. Я не имею на это права. К тому же, если крон сказал, что существует способ, значит, он и правда был. Вот только как связаться с хистом, которого нет?
После изгнания Гриши мы просидели еще пару часов, наблюдая, как лицо Алены становится все кислее и кислее. Приспешнице было скучно. Она после нескольких первых дней пыталась даже поднять бунт на корабле, однако я довольно жестко поставил ее на место. В делах, касающихся жизни и смерти, я внезапно для себя приобретал невиданную твердость.
— Ладно, на сегодня все, — сказал я, поняв, что очередной день закончился ничем.
— Отлично, — вскочила Алена. — Я пойду нечисть поищу. Шкерится где-то, а уже пора ужин начинать готовить.
Я лег на пол, рассматривая потолок и решительно не понимая, что же мне надо сделать, чтобы добиться желаемого результата? Может, сгонять опять до Суккубата, где я был дней шесть назад? Хоть Мартен и божился, что только госпожа Мария знала, как надо общаться с пустомелями. Но кто знает, если опять прижать того инкуба, вдруг он еще что-нибудь скажет? Нет, вряд ли. Я и так застращал Мартена. Если так дальше пойдет, он вообще из города сбежит или Великому Князю пожалуется.
Тогда что? Я напряг Лео, решив, что хуже уже точно не будет. И если есть какая-то возможность добиться результата, надо ею пользоваться. А он, в свою очередь, поспрашивал других ратников. Никто не имел малейшего понятия о взаимоотношениях рубежников с пустомелями.
— Вот ведь гады! — раздался с кухни возмущенный голос Алены.
Судя по громкости и интонации, произошло нечто серьезное. Пришлось подниматься и идти узнавать, что же там случилось. Пока не дошло до беды.
— Матвей, они мое «Просекко» почти вылакали!