Битва за Клин
Шрифт:
Наша оборона оказалась пробита на узком фронте. 690-му и 1073-му стрелковым полкам удалось удержать Ченцы и окрестности этой деревни. Поэтому противнику пришлось на следующий день прилагать дополнительные усилия, чтобы справиться с этой проблемой.
Итоги дня
Как мы видим, ударная группировка 16-й армии достигла только минимального успеха в центре, а на ее флангах сложилась непростая ситуация и уже можно было бы задуматься о целесообразности продолжения операции только на основании того, что командование армии могло знать от собственных войск. Тем не менее, вечером штаб армии издал дополнительный приказ: «Задача, поставленная приказом № 04/ОП, войсками не выполнена. Приказываю: с утра 17.11.41 г. войскам армии перейти в наступление и выполнить приказ № 04/ОП» [112] . Начало атаки было перенесено
112
ЦАМО РФ. Ф. 358 (16А – 11 гв. А). Оп. 5916. Д. 71. Л. 50.
В дополнение к этому приказу командиры соединений, участвующих в контрударе, получили еще и шифровку за подписью Рокоссовского и Лобачева: «Тов. Сталин недоволен медлительностью и топтанием войск на месте. Категорически требую 17.11.41 г. стремительного наступления и энергичного движения вперед. С началом артподготовки пехоте и танкам перейти в наступление и выйти на рубеж для броска в атаку. Получение подтвердить» [113] .
С противоположной стороны V-й армейский корпус, подвергшийся атаке, подвел итоги дня следующим образом:
113
ЦАМО РФ. Ф. 3557 (24 кд). Оп. 1. Д. 14. Л. 8. Среди адресатов шифровки почему-то названы 151-я сд и 22-я кд, которых не было в составе армии. Возможно, речь идет об ошибках при зашифровке – расшифровке документа.
«На южном крыле корпуса перед 2-й тд сначала слабое, затем укрепляющееся вражеское сопротивление. До 17.00 дивизия достигла Лысцово – Мыканино и была в атаке с юга на Ченцы.
На северном крыле в первой половине дня атакуют большие силы русских при поддержке многочисленных танков (насчитано около 30). Атаки в целом 35-й и 106-й пд отбиты, 15 танков сожжено
Корпус должен учитывать снижающееся сопротивление врага перед южным крылом и продолжение русских атак против стыка между 35-й и 106-й пд» [114] .
114
NARA. T-315. R. 1246. L. 0681.
На следующий день немецкое командование планировало, отражая атаки на своем северном крыле, готовить запланированное на 18 ноября общее наступление. В рамках этих мероприятий 2-я танковая дивизия должна была захватить и удерживать район холмов восточнее Волоколамска на линии Лысцово – Авдотьино. 35-я пехотная дивизия, готовясь к наступлению, должна была удерживать позиции на левом фланге, сосредоточив здесь основную массу противотанковых средств. С целью укрепления обороны на этом участке дивизии был переподчинен 240-й полк 106-й пехотной дивизии. Та в свою очередь должна была провести частную атаку в направлении устья Сестры для установления связи с 7-й танковой дивизией [115] . Как видим, контрудар 16-й армии пока в целом никак не отразился на планах немцев.
115
NARA. T-315. R. 1246. L. 0682.
В результате оба противника на следующий день продолжили свои операции так, как будто накануне ничего не произошло.
День воторой и последний
Мусино – Парфенково
Рассказ о ходе контрудара в течение 17 ноября удобнее начать с событий произошедших в центре построения ударной группировки 16-й армии. Как и накануне, ее атаки затронули в основном части 106-й пехотной дивизии немцев. Этот день назван в ее ЖБД критическим. Видимо, немецкое командование действительно испытало некоторый шок, поскольку записи в журнале не доведены до конца дня и события после 16.30 там не отражены. ЖБД не стенограмма, и приобретал он свой окончательный вид уже после описываемых в нем событий. Дописать его было можно, но видимо такого желания не возникло.
Утренние часы, хоть и не принесли немецкой дивизии никаких неприятностей, заставили скорректировать планы на день. Первая атака последовала в 5.00 против ее позиций в Парфенкове. В ней участвовало до 200 человек пехоты и танки, количества которых в темноте определить не удалось. Это наступление было отбито. Понятно, что речь шла о машинах нашей 58-й танковой дивизии, и, видимо подразделениях 44-й кавалерийской дивизии, которая, как мы помним, планировала захватить немецкие опорные пункты ночной атакой. В 9.00 против Парфенково была предпринята атака подразделением численностью примерно
Возможно, здесь были и подразделения курсантского полка. О его действиях существуют только отрывочные сведения. Так, в наградном листе на командира батареи 35-го конно-артиллерийского дивизиона Ф. П. Сумина можно прочитать:
«В первом бою [дивизии] под селением Парфенково 16 и 17 ноября в момент вступления в бой батарея оказалась впереди пехоты [в] непосредственном соприкосновении с противником, и благодаря находчивости и мужеству и отваге батарея под огнем противника вела огонь, подавив с открытой позиции прямой наводкой минометные огневые точки противника… [Сумин] обеспечил выдвижение вперед школы младших лейтенантов (т. е. курсантского полка – Прим. автора), которую успешно затем поддерживал огнем своей батареи. Лично руководил огнем» [116] .
116
Сумин Федор Петрович, 1916, л-т, к-р 2-й бат. 35-го кад 44-й кд. награжден орденом Красной Звезды. ЦАМО РФ. Ф. 33. Оп. 682524. Д. 287. Л. 315.
Сам курсантский полк вел здесь бой еще накануне, что следует из наградного документа на капитана В. Я. Лободина, который: «16 ноября 41 г. … повел свой б-н в наступление на Парфеньково. В данном бою курсанты под командованием т. Лободина показали образцы мужества, геройства и преданности Родине, шли в бой, не щадя ни капли крови, ни самой жизни» [117] .
Подтверждение того, что Парфенково атаковал курсантский полк, можно найти и в ЖБД Западного фронта, где сказано, что полк «ведет бой на вост. окраине ПАРФЕНЬКОВО, преодолевая сильное огневое сопротивление противника» [118] . В ходе этого боя курсанты понесли самые тяжелые потери за период 16–23 ноября: 149 бойцов и командиров. Из них было убито 27, ранено 74 и пропало без вести 48 человек.
117
Лободин Василий Яковлевич, 1908, капитан, к-р б-на курсантского полка, награжден орденом Красного Знамени. ЦАМО РФ. Ф. 33. Оп. 682524. Д. 240. Л. 92.
118
ЦАМО РФ. Ф. 208 (ЗапФ). Оп. 2511. Д 219. Л. 111.
В 10.10 немецкий 241-й пехотный полк доложил результаты своей разведки, которая обнаружила скопление советских войск в Кушелово и южнее, а также восточнее д. Борки и в промежутке между Борками и Кузяево. Здесь речь идет определенно о 24-й кавалерийской дивизии. В 11.00 240-м полком наблюдалось движение 15–17 русских танков восточнее Бортники.
Все это в совокупности с полученными накануне сведениями о концентрации в районе Телешова кавалерии численностью 1,5–2 тыс. человек привели командира немецкой дивизии к мысли, что план на 17 ноября невыполним: «Продвижение на север на Кушелево с 241 и 239 пехотными полками дало бы противнику возможность нанести через Шишково – Шилово удар на Ярополец. Такое продвижение врага не смогло бы быть предотвращено дивизией. Эти сомнения Ia доложил начальнику штаба V-го ак по телефону» [119] . Как далее сказано в ЖБД, это мнение дивизии не было в полной мере принято во внимание в штабе корпуса, поскольку авиаразведка не подтвердила наличие крупных сил перед ее фронтом. «Между тем, чрезвычайно сильная атака в конном строю была проведена в 12.30 ч. против Парфенково» [120] .
119
NARA. T-315. R. 1246. L. 0685.
120
Там же.
Это все, что есть в ЖБД немецкой дивизии. Далее нет никаких дополнительных пояснений, имеется только отсылка к приложению. Это приложение содержит текст (никем не подписанный), представляющий собой, по-видимому, газетный репортаж и уже неоднократно публиковавшийся и обсуждавшийся, что избавляет от необходимости его цитирования. Тем более, что есть другой документ – «Донесение о кавалерийской атаке 17.11.41» – которое исходит от 3-го дивизиона 107-го артиллерийского полка.
Начальник штаба 44-й кд А. В. Петров.