Битва за Клин

Карасев Василий

20-я гвардейская кавалерийская дивизия участие в контрударе не приняла, поскольку не был достигнут успех, который ей пришлось бы развивать. Правда, некоторые потери она уже понесла. 16 ноября при выдвижении на исходные позиции в Поповкино головной отряд 22-го гвардейского кавалерийского полка попал под минометный огонь. Один человек был убит, а двое ранены. Были ранены две лошади. 17 ноября при выдвижении в район Бортники в 24-м полку был убит один боец и ранен командир эскадрона. При маневре 22-го полка в район Утишева на минное поле попал его командир полковник Андронов и от взрыва получил ранение. Несмотря на то, что дивизия в ходе этих перемещений попала под авиационный налет, в котором участвовало 42 (!) самолета, потерь от этого удара не было [242] .

242

ЦАМО РФ. Ф. 358 (16 А – 11 гв. А). Оп. 5916. Д. 71. Л. 55.

После прекращения контрудара штаб армии в 00.40 18 ноября приказал сосредоточить соединение в районе Некрасино, Гончаково.

Дивизия приступила к выполнению этих указаний, но в 4.00 в районе Теряевой Слободы ее настиг другой приказ. От соединения требовалось сосредоточиться в районе Ильинское. Этот пункт расположен не так далеко, как Некрасино, но путь туда оказался нелегким. Дивизия дважды подверглась авиационным налетам, в ходе которых были рассеяны 124-й кавалерийский полк, 14-й конный артиллерийский дивизион и тылы дивизии. Подразделения полностью не удалось собрать и через сутки, когда соединение вошло в соприкосновение с противником [243] .

243

ЦАМО РФ. Ф. 358 (16 А – 11 гв. А). Оп. 5916. Д. 71. Л. 57.

Итог маневрам дивизии был подведен в оперативной сводке № 05, поданной в 8.00 20 ноября: «За время действий с 14.11.41 дивизия прошла в маршах до 220 клм. по плохим лесным дорогам, при гололедице и поставленном на шипы конском составе, конский состав при беспрерывных марш-маневрах не своевременно получал зерновой фураж из-за невозможности подать во время из тылов. Люди по 2–3 дня не получали горячей пищи» [244] .

Помимо соединений из группировки, наступавшей на Волоколамск, в сторону Клина была переброшена 25-я танковая бригада. Передислокация подразделений полковника Дубового произошла в более спокойной обстановке. Бригада перебрасывалась из района Истры через Солнечногорск, Клин, Спас-Заулок, Решетниково, Копылово, Воловниково в район Воздвиженское. Танковый полк выступил в 22.30 17 ноября. В 16.00 18 ноября полк совместно с 25 мотострелковым батальоном занял оборону в районе Воздвиженского, имея танков Т-34 – 4 шт., Т-60 – 12 шт. и Т-40 – 1 шт. [245] . На марше урон в результате воздействия авиации противника был минимальным. Только районе Спас-Заулка полк попал под бомбардировку. Пострадал танк Т-34, у которого лопнул картер коробки передач. Однако бригада не избежала других потерь.

244

ЦАМО РФ. Ф. 358 (16 А – 11 гв. А). Оп. 5916. Д. 71. Л. 58.

245

ЦАМО РФ. Ф. 3106 (25 тбр). Оп. 1. Д. 4. Л. 11об-12.

«Во время марша отставший в дефиле танк КВ был перехвачен в д. Спас-Заулок Командармом 30 и направлен для боя вдоль Ленинградского шоссе. Огнем артиллерии противника танк был подбит (заклинение маски, разбиты гусеницы и ведущее колесо), после чего танк был направлен на рем. базу в Москву» [246] .

Кроме того, 1-я стрелковая рота и минометный взвод мотострелкового батальона бригады «в д. КОПЫЛОВО были перехвачены командиром 107 СД от имени Командарма 30 и направлены на участок этой дивизии». До этого изъятия в мотострелковом батальоне оставалось только две роты. Поэтому его сила уменьшилась вдвое. Минометный взвод вернулся в бригаду только 25 ноября, но без материальной части, разбитой в бою у ст. Решетниково. А рота не появилась даже к этому времени [247] .

246

ЦАМО РФ. Ф. 3106 (25 тбр). Оп. 1. Д. 3. Л. 10.

247

ЦАМО РФ. Ф. 3106 (25 тбр. Оп. 1. Д. 3. Л. 10.

Подведем итог: не все наши соединения вовремя вышли в назначенные им районы, а те, которые вышли, попали туда не в полном составе, и к тому же были предоставлены сами себе, не имея общего руководства. Например, 25-я танковая бригада «сосредоточилась в районе ВОЗДВИЖЕНСКОЕ, но никакой задачи не получила, несмотря на неоднократные запросы в штаб Западного фронта, ответа не последовало. Командир бригады принял решение организовать оборону на западной и ю-з окраине ВОЗДВИЖЕНСКОЕ» [248] .

248

Там же.

Между тем немецкое наступление велось уже против всего правого крыло Западного фронта (30-я армия была подчинена ему с 23.00 17.11.1941 г. [249] ).

Южнее Московского моря

В связи с передачей 30-й армии в состав Западного фронта в ее штабе работала комиссия, изучавшая состояние дел. Примерно к середине дня 18 ноября был готов доклад представителя штаба фронта полковника Кузовко о боевых возможностях армии и сложившемся положении на фронте. Отметив, что части армии закалены боями и боеспособны, автор документа указал на их малочисленность, недостаток минометов, автоматов, орудий ПТО и артиллерии в целом. Вывод по итогам доклада был сделан неутешительный: «Сил и средств 30А для удержания 80 клм. фронта недостаточно» [250] .

249

ЦАМО

РФ. Ф. 208 (ЗапФ). Оп. 2511. Д. 218. Л. 116.

250

ЦАМО РФ. Ф. 208 (ЗапФ). Оп. 2511. Д. 82. Л. 11.

Думается, что это резюме не стало новостью для командующего 30-й армией. Но надо было сражаться несмотря ни на что, и в 4.50 утра штаб отдал частный боевой приказ командирам 185-й стрелковой и 107-й мотострелковой дивизии. Первый пункт приказа констатировал факт произошедшего накануне прорыва немцев: «Противник к 18.00 17.11.41 г., заняв НОВО-ЗАВИДОВСКИЙ, усиленно перебрасывает пехоту, бронемашины и танки в район НОВО-ЗАВИДОВСКИЙ, КОЗЛОВО» [251] .

От группы войск под общим командованием командира 185-й стрелковой дивизии подполковника Константина Николаевича Виндушева требовалось не допустить прорыва противника на шоссе Москва – Калинин и прочно удерживать рубеж западнее шоссе и южнее Московского моря. По докладу генерала Хоменко к 11.10 18 ноября в эту группу входили подразделения 143-го танкового полка, 46-й мотоциклетный полк, 304-й и 305-й пулеметные батальоны с артдивизионом, остатки 21-й танковой бригады, две роты 237-го стрелкового полка 185-й стрелковой дивизии. Они занимали рубеж: Терехово, Безбородово, Тешилово, отм. 142.6, Завидово [252] . Даже объединить эти осколки разных частей под общим командованием было непростой задачей. Поэтому, учитывая их общую слабость [253] , дальнейшие перспективы обороны на этом направлении выглядели далеко не радужными. Надо учитывать, что 185-я стрелковая дивизия 17 ноября занимала оборону на левом берегу Волги на фронте Судимирка, Терехово. Ей еще только предстояло подтянуться к месту прорыва. В соединении полковника Виндушева два полка (280-й и 1319-й) были укомплектованы до штата. Только 257-й стрелковый полк практически не существовал. 695-й артиллерийский полк имел 12 76-ти мм орудий и 6 – калибра 122 мм [254] .

251

ЦАМО РФ. Ф. 354 (30А – 10 гв. А). Оп. 5806. Д. 4. Л. 146.

252

ЦАМО РФ. Ф. 208 (ЗапФ). Оп. 2511. Д. 82. Л. 24.

253

Например «21 ТБр материальной части в строю не имеет. Личный состав 200 чел.», «304 и 305 пул. батальоны имеют по 440 чел., 60 пулеметов «ГОЧКИС» и по 12 ПД». Правда «46 МЦП имеет полностью положенную матчасть. Всего 257 мотоциклов». ЦАМО РФ. Ф. 208 (ЗапФ). Оп. 2511. Д. 82. Л. 61–62.

254

ЦАМО РФ. Ф. 208 (ЗапФ). Оп. 2511. Д. 82. Л. 4.

Более активную задачу получил командир 107-й стрелковой дивизии. Ему приказывалось не просто прочно удерживать занимаемый район, а силами 237-го стрелкового полка с танковым батальоном контратаковать противника в направлении Ворошиловский, Козлово: «Танковому батальону с 8 час. 10 мин. контратаковать противника в направлении ВОЛОВНИКОВО, зап. скаты отм. 141.8, не допустить противника на Козлово и во взаимодействии с 237 мсп уничтожить противника в районе КОЗЛОВО, ВОРОШИЛОВСКИЙ, перерезать дорогу КОЗЛОВО – НОВО-ЗАВИДОВСКИЙ, не допустить подхода сил противника из направления ДОРИНО на НОВО-ЗАВИДОВСКИЙ» [255] .

255

ЦАМО РФ. Ф. 354 (30А – 10 гв. А). Оп. 5806. Д. 4. Л. 146.

Отдавая данное распоряжение, в штабе армии похоже, не совсем четко представляли положение в указанном районе, о чем говорит фраза: «не допустить противника на Козлово». Во всяком случае, при удаче данного предприятия вышедшая к Ново-Завидовскому немецкая группировка могла быть отрезана. Но, к сожалению, как показали дальнейшие события, количество нащих сил для этого явно не хватало. Сам генерал Хоменко, характеризуя выделенные части, говорит об «остатках» 237-го стрелкового полка. При этом указанные «остатки» не были сосредоточены полностью у Рабочего поселка, а продолжали обороняться еще и в Глухино, и в Китенево. Правда, к силам, предназначенным для контратаки, были добавлен еще мотострелковый батальон 21-й танковой бригады. Командующий армией связывал с намеченной операцией определенные надежды: «Этот удар решил [нанести] с целью сорвать развитие давления противника на КОЗЛОВО, НОВО-ЗАВИДОВСКИЙ» [256] .

256

ЦАМО РФ. Ф. 208 (ЗапФ). Оп. 2511. Д. 82. Л. 24.

В этот день авиация противника бомбила не только наши подходящие резервы. Досталось и штабу армии в Спас-Заулке: «Бомбежкой в доме, в котором я работаю, тяжело ранен тов. ЛЕСТЕВ; майор ФИЛАРЕТОВ – Ваш командир связи убит. Генерал-майор ЖУРАВЛЕВ – представитель КАЛИНИНСКОГО фронта ранен в левую руку и ногу, отправлен в КЛИН. Есть и другие жертвы. Тов. ХОХЛОВ – благополучно» [257] . В остальном до середины дня на фронте в окрестностях Ленинградского шоссе ничего существенного не происходило.

257

ЦАМО РФ. Ф. 208 (ЗапФ). Оп. 2511. Д. 82. Л. 25.