Битва за Олимп
Шрифт:
Вдруг, богиня вздрогнула, замерла на месте, а затем, медленно повернула голову вправо.
Лицо женщины побледнело.
В её сторону шёл очень высокий мужчина — головы на три выше самой Идунн. Он был моложавый, но уже с сединой в тёмных волосах и с морщинками, покрывающими всё волевое лицо. Однако, в его голубых глазах не было ни грамма старости — жизнь в них била ключом.
Когда он подошёл вплотную и остановился, богиня уронила корзину яблок и одними губами прошептала:
— Атлант…
Титан нагнулся к корзине, поднял выкатившееся
Прожевав пару раз, грустно улыбнулся:
— Ну здравствуй, Идунн. — Затем, в удивлении поднял брови, и посмотрел на надкусанное яблоко в руке. — Твои яблоки уже не имеют прежней силы?
Богиня подняла с травы другое яблоко, подержала его в ладошках и протянула его титану:
— После одного случая, силу имеют только яблоки, полученные из моих рук.
Мужчина кивнул, выкинул надкусанное яблоко, взял новое и сомкнул челюсти уже на нём.
Сразу же после первого укуса, мелкие морщинки полностью ушли с лица титана. Кожа разгладилась, седые волосы выпали из головы, а вместо них, выросли новые — тёмные.
Титан расправил плечи и глубоко вздохнул порцию свежего воздуха. На его лице появилась улыбка:
— Вот! Другое дело… — Откусив от яблока ещё, он перевёл взгляд на Идунн. — Я вернулся… Мой трон всё ещё на месте?
Богиня сделала шаг назад и вздохнула:
— На счёт твоего трона… тут не всё так просто.
Титан выгнул бровь:
— Правда? А, по-моему, всё просто, он принадлежит мне по-праву. Как и ты…
Взяв Идунн за руку, титан пошёл в сторону тронной площадки и силой потянул её за собой. Добравшись до трона, мужчина сел на него и, погладив ладонью подлокотник, откинулся спиной на спинку:
— Трон всегда был моим! — Затем, он указал пальцем рядом с троном, на каменный пол, где стояла Идунн. — А твоё место — подле меня!
Женщина покачала головой:
— Увы. Многое изменилось. Столько лет прошло… Ты должен понимать… Трон сейчас не твой, и моё место уже подле другого.
Глаза титана сверкнули злостью:
— Это подле кого же? Подле Зевса!? И где, кстати, эта тварь!?
— Нет, подле Тора… Зевса сейчас здесь нет. Но всё можно обсудить и решить. Нам просто нужно всем встретиться и понять, что дальше делать. Сесть за один стол вместе с тобой, Реей, Зевсом и Тором… и решить, как жить дальше.
Титан удивился:
— Тор? А, это ещё кто?
— Это молодой бог. Он появился на свет уже после твоего…
Женщина не закончила, её перебил титан, заорав:
— Вот, значит как?! Молодой?
Он зло оскалился, затем, погладил по щеке богини:
— Но это всё уже не важно… Я знаю, что ты меня не забыла.
Вдруг, он зло вскочил с трона:
— Достали меня эти боги! Никаких переговоров, я их просто всех уничтожу! Сначала Зевса, потом, этого твоего Тора, затем — всех остальных! Слышишь, всех! Боги — это твари, так и ждущие момента ударить тебя в спину. Я — титан. Сила естественной стихии — самой природы!
Женщина смотрела на титана странным взглядом:
— Всех хочешь уничтожить, значит? И меня?
Титан, будто за мгновение потерял весь свой гнев. Он подошёл к ней и взял её ладони в свои:
— Нет, не тебя… Ты на предательство не способна. И я никогда не уничтожу, то что мне дорого — что принадлежит мне. Ты- моя.
Идунн взглянула на Атланта с болью во взгляде:
— Я тебя не узнаю… Мы мечтали совсем о другом, когда сажали с тобой яблоневый сад. Ты сам говорил, что хочешь всех наделить силой и счастьем….Что сад будет служить всем богам, что…
Мужчина снова перебил и с силой сжал ладони:
— А я изменился! Ты должна понимать, что предательство меняет людей. И превращает сердце в камень…
Атлант вздохнул и отпустил руки богини:
— Теперь, я вовсе не мечтаю о том, чтобы сад, который мы с тобой вырастили, служил тому, чтобы боги не умирали. Чтобы со временем никто не умирал… Когда ты, обращённый в камень, понемногу стареешь, когда смотришь, как вокруг тебя образуются новые горы, у тебя есть время подумать. Очень много времени… И я думал. Ведь больше я ничего не мог делать. Думал о том, что рано или поздно выберусь из своей тюрьмы. А выбравшись, я сделаю так, что больше никто и никогда не сможет меня предать в будущем. Я думал об этом тысячи раз, думал миллионы раз… И пришёл к выводу, что единственный надёжный способ избежать предательства — устранить причину. Я убью богов…я убью людей, гномов, эльфов, я убью всех! Уничтожив всё, я воссоздам этот мир! И в моём мире, не будет ни предательств, ни малодушных войн за власть!
У Идунн по щеке потекла слеза:
— Ты, и правда, изменился…
Глава 16
Я приказал Первому выделить нам место, где нам с богами и Элией можно было бы спокойно посидеть, перекусить, да ману восстановить.
Первый тут же убежал, а, вернувшись через пару минут, отвёл нас в здание совершенно пустой столовой.
Ну, как пустой — персонал-то в ней был, а вот посетителей — нет.
Даже не знаю, то ли сейчас ещё не время для приёма пищи, то ли Первый отсюда всех повыгонял. Скорее первое — столы были чистыми, и никаких следов, что тут кто-то ел, не наблюдалось.
Расположившись за столами, многие боги последовали моему примеру и отправились на раздачу еды.
Мда… Не густо тут с разнообразием: бесенята запечёные в печи, жареные, пареные, обмазанные глиной и томившиеся в лаве, а также, варёные в собственном соку.
Как-то аппетит у меня пропал…
Не, к тому, что бесенята — это местный скот, а бесенятина чуть ли не единственная еда для аборигенов, я уже давненько привык, и даже попробовать доводилось…
Вспомнив это нежнейшее мясо, рот тут же наполнился слюной.