Битва
Шрифт:
Трудовая неделя позади. Володя переоделся, вышел на улицу и не спеша побрёл к станции метро «Гостиный Двор». Ему хотелось размяться, дать себе физическую нагрузку, подышать воздухом. С Финского залива тянул осенний ветерок, насыщенный йодом и солью запах моря. Такой загазованности, как в других крупных городах, не было. Была, конечно, у Питера особенность. Исторический центр представлял собой сплошные застройки, между домами не было разрывов, как не было и зелёных насаждений. Весь Невский проспект – главная улица города – не имел деревьев и парковых
Но Володе Питер нравился. Не было у его жителей того снобизма и высокомерия, как в Москве. Там искренне считают, что жизнь заканчивается за пределами Садового кольца, максимум – за Кольцевой дорогой. А сами зачастую в Третьяковке никогда не были.
На Невском всегда толчея, это самое оживлённое место города. Казанский собор, в пяти минутах ходьбы – Спас-на-Крови, а уж магазинов – от Гостиного Двора до Елисеевского.
Володя встал на набережной канала Грибоедова. Чудное место, вид в обе стороны открывается великолепный. Многие туристы здесь фотографируются. Рядом с ним остановилась группа китайцев, крикливых и бесцеремонных.
И вдруг в голове как полыхнуло – такое сильное чувство ненависти и агрессии, какого Володя не испытывал никогда. Он даже закрутил головой. От кого исходят столь сильные флюиды? Явно не от китайцев, они увлечены фотоаппаратами, торопятся увековечить себя на фоне исторических зданий. Девушки неподалёку? Нет, они просто болтушки, да и улыбки с их лиц не сходят, такие пока не способны на злобные чувства.
Володя повернулся, ища источник этих чувств.
В двух метрах от него стоял мужчина. Одет он был вроде чисто и модно, но как-то невзрачно, глазу зацепиться не за что: чёрные джинсы, чёрная ветровка, чёрная бейсболка. И лицо непримечательное, обладателя такого встретишь в толпе и через секунду вспомнить не сможешь. Кажется, это от него исходит такое сильное чувство.
Володя отодвинулся от него на метр, и в голове сразу утихло. Зато мужчина, отодвинувшись от галдящих китайцев, встал почти рядом с ним, и Володя услышал его мысли:
«Подловить этого гадёныша у подъезда? Или за ним идти? Так неизвестно, где и сколько он шляться будет. Было бы место немноголюдное, воткнул бы ему нож в спину и слинял по-быстрому. Ладно, придётся пока за ним походить, всё-таки бабки обещаны хорошие. Надо только момент улучить».
Мужчина стоял совсем рядом, почти касался Володи локтем. Нехорошее замыслил, потому и ненавистью исходит, да не к Володе.
Мужчина увидел кого-то, оторвался от перил ограждения и пошёл.
Володя растерялся сначала: за мужиком идти или милиционера искать? А чем мили… тьфу, полиция поможет? Спросят, в чём причина подозрений? Ах, мысли? Идите, гражданин, к врачу или проспитесь.
И Володя пошёл за мужчиной в чёрном. Пока посмотрит, как будут развиваться события, а по ходу что-нибудь придумает.
«Чёрный» держался метрах в двадцати от мужчины в хорошем, дорогом костюме. Володя это не сразу определил. Просто когда мужчина заходил в магазин, преследователь останавливался неподалёку. А «костюм» и не подозревал,
И сколько же они так будут ходить? Уже полчаса прошло, оно ему надо? Но бросать на полдороге дело – любое – Володя не привык.
Когда «костюм» зашёл в магазин одежды, Володя поступил так же.
Незнакомец подошёл к стойке с одеждой, Володя приблизился:
– Простите. Да-да, я к вам. Предупредить вас хочу. За вами следит человек в чёрной куртке и чёрной бейсболке – он сейчас на улице стоит.
Мужчина окинул Володю удивлённым взглядом.
– Разве мы знакомы, встречались раньше?
– Никогда.
– Тогда какое тебе дело? Иди отсюда, пока я охрану не позвал, – перешёл на «ты» незнакомец.
– Как вам будет угодно.
Володя не ожидал нарваться на грубость. Но он сказал, что хотел, а там «костюм» пусть думает сам, не мальчик. Как говорится, каждый кузнец своего счастья.
Немного обиженный, оскорблённый в лучших чувствах Володя вышел на улицу. Стоявший у входа охранник проводил его внимательным взглядом: не стянул ли чего?
Володя себя корил. Потратил полчаса времени, чтобы нарваться на грубую отповедь, – и для чего? Разве он в силах изменить мир?
Он уже успел удалиться от магазина на полсотни метров, как сзади раздались крики:
– Помогите! Вызовите «Скорую» и полицию!
Там явно случился инцидент.
Не хотелось Володе возвращаться, но он врач и должен исполнять свой профессиональный долг, человеку плохо.
Володя побежал назад. Если он и ожидал увидеть раненого или убитого, так это должен был быть мужчина в костюме. Однако перед ним на тротуаре лежал парень в «чёрном», и на груди с левой стороны расплывалось пятно крови.
Вокруг собралась толпа любопытствующих, сочувствующих.
Володя приблизился, наклонился, попробовал нащупать пульс на сонной артерии… Тщетно. Вообще-то ему, как специалисту, сразу было понятно: удар смертельный. И бил профессионал, скажем, убойщик скота или настоящий киллер, потому как удар был один и точный. Необученный, неопытный человек так ударить не сможет.
Володя разогнулся, пожал плечами и развёл руки в стороны:
– Он уже мёртв… «Скорая» ему не поможет, здесь полиция нужна.
Со стороны Невского проспекта уже раздавалась сирена и полыхали проблесковые огни «люстры» на крыше полицейского автомобиля.
Вдруг из толпы раздался крик:
– Держите его!
Вперёд вышел охранник магазина – он показывал рукой на Владимира.
Вокруг Володи сразу образовалось свободное пространство, как вокруг прокажённого.
– Мужик, ты не спятил? Был я в этом магазине, так что с того? Ты тоже у выхода стоял, так мне на тебя пальцем показывать? – спокойно ответил Володя.