Благо
Шрифт:
Алексей. Он крестил меня. И с Соней нас, с женой, венчал.
Прихожанка. Ты затем поди и покрестился, чтоб повенчаться?
Алексей. Да.
Прихожанка. Ну, это не грех. Так все и делают. А жена где?
Алексей. Развелись.
Прихожанка. А это грех страшный. Развелись венчанные…
Алексей. Ну, я ж не убил ее.
Прихожанка. Тьфу-тьфу-тьфу… Плюй, плюй, окаянный. Да не дай…
Алексей.
Прихожанка. Ну.
Алексей. А кто теперь тут главный?
Продавщица. Отец Федор.
Прихожанка. Ой и славный какой. Он прогрессивный у нас, молодой. Тебе благословление на дальнюю дорогу к матери?
Алексей (ухмыляется). Можно и так сказать. Куда не иду, а всё к матери.
Прихожанка. Красиво как сказал!
Двери распахиваются. Поспешно входит юный и подвижный отец Федор. Близоруко щурится, зажимает под мышкой небольшой кожаный портфель, чтобы освободить руки, на ходу протирает краем рясы очки.
Продавщица. Батюшка, тут на благословление на дальнюю дорогу к матери.
Отец Федор (бодрым, чистым голосом). Да, пройдемте поскорее.
Алексей (в ужасе). Нет, не надо мне на дорогу к матери! Мне на исповедь или на прича… щение… Или что там у вас еще в ассортименте?
Отец Федор (удивленно останавливается). Что с вами?
Алексей. Ну… я не знаю.
Продавщица (подсказывает). Груз с души.
Алексей (заводится). Да, мне груз с души нужно снять! Облегчиться мне нужно… Не то говорю?? Надо слова какие-то специальные?! И лет мне много уже, но слов я до сих пор не знаю. И мне стыдно сейчас должно быть, но мне не стыдно! Вы же по этим делам специалист, я – по другим. Мне не должно быть стыдно. Кто по шлакоблокам, кто по душам. Чего вы тогда на меня так уставились? Мне не стыдно!
Прихожанка. Ой, дурной…
Отец Федор (весело). Как вас зовут?
Алексей. Какая разница? Что здесь всех так имена волнуют. А если меня не по святцам звать, вы меня обслуживать не будете?
Отец Федор. Служить мы будем все и всегда, ибо мы все – слуги Божьи. Меня зовут Федор.
Алексей. А меня Алексей Иваныч.
Отец Федор. Алексей Иваныч, я вижу, что вам худо. Но я очень тороплюсь, на освящение. Очень тороплюсь. Вы можете прийти завтра?
Прихожанка. Из города он, специально сюда ехал.
Отец Федор.
Явление 11
Машина, иконки, четки висят на стекле.
За рулем отец Федор в уже переодетой вязаной шапочке, рядом Алексей.
Алексей. Давайте сразу договоримся… по-простому.
Отец Федор (смеется). Ради Бога.
Алексей. Я тут решил делать добро… (Делает паузу, но отец Федор никак не реагирует.) У меня не получается. Куда ни приду, нигде не нужен.
Отец Федор. Быть не может! Куда ж вы ходите?
Алексей. В дом престарелых ходил, в детдом, милостыню хотел дать…
Отец Федор (смеется). И что же, не берут?
Алексей. Вы прекратите смеяться, батюшка?
Отец Федор. Извините. Вы в такие места ходите, добро делать… Прямо нацеленно… Вы, наверное, сели заранее и список составили, куда податься со своей благодатью?
Алексей. Нет.
Отец Федор. Да не сужу я вас, просто уточняю. Был список?
Алексей. Да.
Отец Федор. Со списком только после большого зла добро делают…
Алексей молчит. Они едут несколько минут молча. Отец Федор громко и навязчиво начинает насвистывать.
Алексей. Прекратите.
Отец Федор. И вы. Зачем ехать в такую даль, чтобы потом не сознаться в проступке? Говорите, Алексей Иваныч. Все грешны.
Алексей. Я убил человека.
Отец Федор сбрасывает скорость, но не останавливается. Оба смотрят на дорогу.
Отец Федор. Как?
Алексей. Девушка выпала из окна, а пока я бегал, она умерла.
Отец Федор. Но вы пытались помочь?
Алексей. Я не успел.
Отец Федор (крестится). Прости Господи. Я уж подумал… На все воля Божья. Придете на исповедь, я отпущу вам.
Алексей. Вы не понимаете… Я не хотел помочь…
Отец Федор. Но вы же пошли за помощью.
Алексей. Но думал… Вернее, не думал, мне было наплевать.
Отец Федор. Во время молитвы сложно удержать мысль на месте, сконцентрироваться. Нет-нет, да отвлечешься на дела мирские. Но Бог прощает это. Главное, что ты молишься, а не что ты думаешь.
Алексей. Носи тело в церковь, а думай, что хочешь.