Блеск
Шрифт:
Оливия знала немного мужчин, способных воспринять известие о том, что их втянули в «историю», так стоически. По правде говоря, ей на ум не приходил вообще ни один человек из ее знакомых — мужчина или женщина, кто смог бы отнестись к ситуации с таким спокойствием и практичностью, как это сделал Джаспер Слоун. У него просто железный характер. Оливия почувствовала это и по его поцелую. При воспоминании о нем щеки ее разом вспыхнули. Сегодня ночью Оливии потребовалось немало времени, чтобы уснуть, и ее бессонница была вызвана отнюдь не мыслями о коварном злодее-шантажисте. Наверное, ей не стоит останавливаться.
Она резко потерла руки, мысленно заставила себя встряхнуться и повернулась к компьютеру: решила заняться более важными делами, чем бесконечное воскрешение в памяти огня желания, горевшего в глазах Джаспера, когда Оливия выпроваживала его домой.
В дверь просунулась голова Боливара.
— Синди из офиса «Прайвит айленд» на проводе. — Боливар скорчил рожу. — Говорит, что не хочет видеть наших людей на борту раньше двух часов дня.
Оливия оторвала взгляд от экрана с предварительным графиком проведения презентации «Камелот Блю».
— Не получится. Нам дорог каждый час перед отплытием, и Синди это прекрасно знает.
— Может, поговоришь?
Оливия подняла трубку:
— Синди? Это что еще за дела? Я несколько недель назад сказала тебе, что моя команда должна подняться на борт не позже завтрашнего утра. Подготовка «Прайвит айленд»к проведению торжественного вечера «Сильвер Гэлакси фудз» займет как минимум целый день.
— Жаль, что так получилось, Оливия, — голос Синди Мидоуз звучал устало, несмотря на то что часы показывали всего лишь половину девятого утра. — Мой босс в последнюю минуту включил в график на сегодняшнюю ночь круиз с ужином. Теплоход подойдет к причалу не раньше двух дня. До завтрашнего утра я не смогу приступить к уборке.
— Попробуй изыскать возможность, чтобы твои уборщики убрались с корабля к восьми утра.
— А до обеда нельзя?
— Только до восьми, как и значится в контракте, который мы подписали с твоим боссом, — отрезала Оливия.
— Билл как раз здесь, — вздохнула Синди. — Может быть, переговорить с ним?
— Прекрасно. — Оливия барабанила пальцами по столу, пока к телефону не подошел управляющий компанией «Прайвит айленд крузис» Билл Крэншоу.
— Привет, Оливия. Есть проблемы?
— Не у меня, Билл, у тебя. В нашем контракте записано, что «Лайт фантастик» займет теплоход для проведения подготовительных работ и установки декораций в восемь утра в день отплытия. Мне каждая минута дорога!
— Не понимаю, почему ты не можешь подождать до обеда.
— Терпеть не могу твоего хныканья, Билл.
— Но не могу же я отменить ночной круиз!
— Ты и не отменяй. Заплати уборщикам небольшие сверхурочные, и пусть они поработают на корабле ночью, после завершения круиза.
— А ты представляешь себе, во что мне это обойдется?
— Я представляю, во что тебе обойдется отказ от твоих услуг «Сильвер Гэлакси фудз»и передача заказа на проведение торжественного вечера другой пароходной компании.
— Ну хорошо, — простонал Билл, — твоя взяла. Присылай своих людей к восьми утра.
— Отлично. Завтра утром первым делом встретимся с тобой.
Повесив трубку, Оливия принялась искать окончательный
— Зара!
— Да, дорогая. — Зара оторвала взгляд от лежавшего на ее столе листа бумаги.
— У тебя есть копия плана вечера «Сильвер Гэлакси фудз»? Не могу найти свой экземпляр.
— Вчера после обеда я видела его на твоем столе.
— Знаю, но сейчас его там нет. Может, кто-нибудь взял на время?
Из входа в пещеру Мерлина, весь в клубах синего дыма, выскочил Боливар:
— Копия у меня на столе!
— Спасибо.
Оливия прошла через студию в царство Боливара и нашла план. Вернувшись в кабинет, она рассеянно закрыла за собой дверь. От легкого сквозняка бумаги на столе слегка шевельнулись. Факс с расценками транспортной компании медленно слетел с вершины бумажной горы и бесшумно лег на пол. Оливия наклонилась, чтобы поднять капризный листок. Дотянувшись до него, она увидела уголок другого листа, лежащего на полу под стойкой компьютера. На бумаге ясно читалось: «Сильвер Гэлакси». Обрывок еще одной небольшой странички торчал из-под книги записи телефонных сообщений. Записка была написана летящим почерком Берни:
«Снова звонила твоя кузина Нина. Просила тебя перезвонить».
Оливия тяжело вздохнула. Дядюшка Ролли был прав: на днях ей все же придется заняться организацией собственного труда.
Она увидела это, когда подползла за «отбившимся от стада» планом к стойке компьютера, — высохший грязный отпечаток ботинка. След отпечатался не полностью, но достаточно четко, так что Оливия сразу определила принадлежность ботинка особи мужского пола. Отпечаток находился именно в том месте, где могла располагаться нога человека, сидевшего у компьютера на стуле Оливии.
— Боливар!
Дверь отворилась ровно через пару секунд.
— Ну, что еще?
— Ты вчера вечером пользовался моим компьютером?
— Нет, если ты помнишь, я ушел домой в пять. К тому же ты знаешь, что я прикасаюсь к реликвиям только в состоянии крайнего отчаяния. А что?
— Мне кажется, кто-то его включал. На полу след грязного ботинка.
— Почему ты решила, что он появился там вчера вечером?
Оливия вспомнила о мокром порыве ветра, прервавшем знойную сцену на балконе.
— Дождя давно не было. Он пошел только вчера вечером, после восьми.
— Ах да, конечно.
Оливия выползла из-под компьютерной стойки:
— Думаешь, уборщики сменили график работы, не поставив нас в известность?
— Сомневаюсь. Насколько я знаю, они все так же приходят два раза в неделю, а значит, вчера их не было.
Оливия посмотрела на корзину для мусора: она была полна. Вчера вечером никто ее не опорожнял.
— Интересно, кто это влез в мой компьютер?
— Я спрошу у Берни и Мэтти, — пожал плечами Боливар, — но не думаю, чтобы кто-то из них пользовался твоим компьютером без спросу.