Блеск
Шрифт:
– Приехали, – мягко сказал он и словно невзначай коснулся гладкой коленки девушки. Перехватил ее задумчивый взгляд и улыбнулся. На этот раз не натянуто, по-настоящему.
– Спасибо вам, Василий… Николаевич?
– Можно без отчества.
– И за кофе я вам благодарна, – продолжала Иванушкина. – Ну, и вообще. Если бы не вы, я даже не знаю…
– Да прекратите, это моя работа. Вы, наверное, думали, что в полиции отморозки одни?
Этот вопрос, заданный напрямик, смутил ее.
– Я так никогда не… – начала
– Ладно, все так думают. И объективно для этой тенденции есть основания. Я вот уверен, что общественное мнение нужно менять своим личным примером… Хорошего дня вам, Аня. Как будут новости – обязательно позвоню.
– Спасибо еще раз.
Василий дождался, когда Анна зашла в подъезд, и лишь после этого нажал на педаль газа.
Войдя в съемную квартиру, Иванушкина первым делом брезгливо сняла платье. Она швырнула его в корзину с грязным бельем, мельком посмотрев на собственное отражение в зеркале.
– М-да, – скептически протянула Анна. Синяк на скуле из лилового стал темным, почти черным. – Королева красоты, елы-палы…
Телефон давно сел, и она поставила его на зарядку. Вспыхнул экран, и она присвистнула – количество непрочитанных сообщений, высветившихся на экране, зашкаливало. Как она и предполагала, большинство из них были от Михаила, и почти все они были голосовыми.
«Бедняга, – с сочувствием подумала Анна. – Извини, что так подставила тебя, но вариант с колье был моим единственным выходом…»
«Ань, ты скоро приедешь? – раздался Мишин голос. В нем пока не было тревоги, лишь легкое беспокойство. – Двенадцать уже. У тебя что, телефон сел? Почему недоступна?»
Иванушкина накинула на себя халат и двинулась на кухню. Открыла холодильник, цокнув языком – кроме баночки черной икры, которую ей удалось «приватизировать» с недавнего корпоратива, и игристого вина, больше ничего не было.
– Ну что ж, буду завтракать икрой с вином, – сделала вывод Анна. Сполоснула холодной водой стакан, из выдвижного ящика выудила ложку и вернулась в комнату. Нацедив стакан, открыла баночку с икрой.
«Ань, ты прикалываешься, что ли? – не умолкал Михаил. – Я до утра в офисе тебя ждать должен?»
С непроницаемым лицом Анна осушила стакан наполовину, сунув в рот ложку с икрой.
«Иванушкина! – Стилист уже срывался на крик. – Я сейчас вообще не шучу! Если ты немедленно не приедешь и не привезешь колье, я сам приеду и тогда за себя не отвечаю!»
Она положила на стол сумочку, вынув из нее колье. За ним последовал скомканный платок султана, который Серкан так любезно ей преподнес вчера вечером.
«Анька! – проскулил Михаил, и теперь голос стилиста вибрировал от паники. – Ты куда вообще подевалась?! Мне сказали, ты часа четыре назад отсюда уехала! Что случилось?!!»
– Случилось, – мрачно сказала Анна и, допив остатки вина,
Не прошло и полутора часов, как она уже стояла перед одним из неприметных ломбардов, затерянным среди бесчисленных петербургских переулков. На Анне были большие очки в пол-лица, голову закрывал шарф ярко-оранжевой раскраски. Она позвонила в дверь, и замок сразу же щелкнул, впуская девушку внутрь.
Она поднялась по ступенькам наверх, оказавшись в крохотной комнатенке, окутанной полумраком. Вдоль стен выстроились высокие шкафы, на полках которых было свалено все подряд – начиная от дешевых сережек-«гвоздиков» и винтажных вилок и заканчивая громадными фолиантами и печатными машинками.
Где-то справа послышался шорох, и перед Анной возникла хрупкая девочка лет пятнадцати с распущенными черными волосами.
– Доброе утро, – вежливо поздоровалась она. – Меня зовут Николь. Чем могу помочь?
– Привет, Николь, – заговорила Анна. – А из взрослых кто-то есть? Я звонила, предупреждала о визите.
– Да, я знаю, – спокойно откликнулась девочка. – Это я с вами разговаривала. Между прочим, я у дедушки тут с двенадцати лет работаю.
– Вот как? – Брови Иванушкиной поднялись вверх и тут же опустились. – Хорошо. Смотрите, что у меня есть…
Она достала из сумочки колье и осторожно положила его на деревянную перегородку.
Николь достала с полки большую лупу с оправой из латуни и принялась внимательно изучать украшение. С растущим уважением Анна наблюдала за подростком.
– Понятно. – Девочка, наконец, оторвалась от колье. – Миллион сто можем дать за него.
– Миллион сто? – переспросила Иванушкина. – А почему так дешево? Это вообще-то старинная вещь, антиквариат.
Николь снисходительно улыбнулась:
– Ну, во-первых, не старинное, а новодел. Во-вторых, камней не так уж много, и огранка не самая удачная… И, наконец, в-третьих. Нет ни документов, ни коробки, это тоже важно. Извините, но, может, вы его украли у кого-нибудь?
Анна попыталась изобразить оскорбленный вид:
– Почему сразу украла? Мне его тетя перед смертью подарила. Я вообще без понятия, где коробка.
Николь подвинула колье в сторону девушки и сказала:
– Если не устраивает цена, можете в другой ломбард обратиться. Но поверьте, они вам то же самое скажут. Если и будет разница, то совсем маленькая.
– Хорошо, – сдалась Анна. – Миллион сто – значит, миллион сто.
Получив деньги, она скрупулезно пересчитала купюры, после чего, попрощавшись с Николь, вышла на улицу. Несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь выровнять дыхание. Предстоял самый сложный и неприятный этап ее дерзкой авантюры – сообщить об «ограблении» Михаилу.