Блестящий шанс
Шрифт:
– Ну по крайней мере, я всегда мог распоряжаться своим временем, и теперь вот, кажется, меня ждет награда.
– Да каким временем ты распоряжался? Не спал по ночам, выволакивал пьяниц из сортира, а потом смывал с рубашки их блевотину? Ты же сдал все экзамены для работы в государственном секторе, потому что в глубины души ты прекрасно понимаешь, что работа в качестве частного детектива - это жизненный тупик!
Я разложил столик для игры в бридж, откупорил бутылку пива. Она достала тарелки.
– Сивилла, я же не утверждаю, что это просто или
– Ну давай-давай, да только тут думать не о чем. И прекратим этот спор на время еды. Болтовня плохо влияет на процесс пищеварения.
Мы ели, слушая радио. Я со смешанными чувствами. Ее я мог понять: черт, да она уже который год зарабатывала втрое больше моего. И все же я не хотел так просто отмахнуться от идеи открыть свое агентство или забыть о том, что мой офис сегодня посетила мисс Роббенс.
Пока я мыл посуду, Сивилла отправилась в большую кладовую, которую она называла гардеробной - там когда-то размещался продуктовый склад. Я сидел на кушетке, посасывая трубку, когда из кладовой появилась Сивилла в кружевной прозрачной ночнушке до пят - она одела её специально для меня. Она подошла ко мне бесшумно, как мальтийская кошка, взобралась на колени, осторожно вытащила трубку у меня изо рта и слилась со мной в долгом жарком поцелуе.
Мы с Сивиллой очень подходим друг другу, но на сей раз она оставила меня равнодушным. Хотя она намеревалась обслужить меня по полной программе, по самой полной. Я снял её с колен и посадил рядом. В её больших глазах появился удивленный взгляд, но возможно, она меня дразнила.
– Давай-ка поговорим серьезно, - проговорил я.
– Видишь ли, дорогая, есть ещё одна вещь, для которой, как мне кажется, понадобятся деньги, я имею в виду, наш брак.
– Мы поженимся, как только ты получишь постоянное место работы.
Я впился в свою трубку. Ага, если тебе не по зубам врач или гробовщик, выходи замуж за почтальона и - полный вперед, катись с ним по проторенной дорожке...
– Я просил тебя выйти за меня год назад. Почему ты тогда отказалась? Только честно.
– Я не была уверена, что люблю тебя.
– Милая, ты же тогда ни с кем больше не встречалась, так что позволь мне тебе не поверить. Не потому ли что я темнокожий?
Она пожала плечами.
– Туи, что ты хочешь от меня услышать? Ладно, поначалу, когда мы только познакомились, мне и правда не нравилось, что ты черный. Но вовсе не поэтому я тебе отказала в прошлом году, и не поэтому сейчас не хочу. Туи, ты же сам знаешь, как тяжело негритянской девушке добиться приличного места, а когда получаешь, то надо быть очень осмотрительной - многие мужчины хотят жениться на девушке, чтобы потом сидеть у неё на шее!
– Чушь собачья!
– Туи Мур, не смей произносить таких слов в моем доме! Нет, это не... ерунда. Ты знаешь, через что я прошла с моим первым мужем. Так уж почему-то получается, что если какой-то
– Я не твой бывший муж.
– А я никогда и не хотела, чтобы ты им был. А представь только: ну, были бы мы сейчас женаты, ты бы переехал ко мне и что - я бы работала, а ты бы продолжал играть в детектива до самой старости. Я же не говорю, что ты лентяй, Туи. Ты не лентяй, я знаю. Но мы никогда не будем иметь прочной крыши над головой.
– А что такое крыша над головой, Сивилла?
– Ты сам знаешь. Имея вдвоем стабильный доход, мы могли бы очень неплохо жить. Туи, тебе почти тридцать пять, пора уж тебе взяться за ум. Я знаю, война перечеркнула твою карьеру в профессиональном футболе, и пять или семь лет ты проходил в армейском мундире - ничего себе, хорошенькие каникулы! И вот тебе впервые предложили поступить на государственную службу - ты просто не можешь от неё отмахнуться!
– Ты говоришь со мной так, словно я безработный.
– Но ведь ты хотел честного разговора. Да и живешь ты почти как безработный. Олли платит за тебя квартплату, я тебя кормлю. "Ягуар" да приличная одежда - это же фальшивый фасад.
Эти её слова точно ударили меня под дых.
– А чем лучше жизнь в модно обставленной квартире, беготня по ночным клубам и пьяным танцулькам, разве это не фасад? Сивилла, самое главное, что мы вместе. Брак это ведь не акционерное общество.
– Цитируешь голливудскую мелодраму, Туи, белую мелодраму. Что плохого в моем желании жить в новой квартире? Бог свидетель - я уже вдоволь пожила в хибарах да в квартирах с крысами!
– Ерунда. Мне тоже надоели эти вонючие клоповники. Если мое агентство пойдет в гору, если только мы с тобой рискнем вложиться в него, мы сможем зажить как короли.
= Это пустая мечта. А вот жалованье почтальона - реальность.
– Она зевнула и потянулась - её маленькие упругие грудки лениво шевельнулись под кружевной рубашкой.
– Перестань спорить, Туи. Боже, ну если ты так этого хочешь, занимайся своим детективным агентством в свободное от работы время.
Мне не сиделось, я вскочил и зашагал по комнате, разминая мышцы ног. Самое ужасное, что Сивилла была права: у меня и впрямь идеалистические представления о браке. И все же она тоже слишком уж все прозаизировала, просто сделала из этого холодную котлету - теперь, видите, ли когда у меня появилось место на почте, она была готова принять меня в долю...
Сивилла наблюдала за мной, томно прикрыв глаза. Она по-кошачьи выгнулась и улеглась на кушетке, положив руки под щеку.
– Ты сам подумай денек-другой и увидишь, что я права. Ну, иди ко мне, здоровячок. Подойди поближе.
Но это уж больно вульгарно у неё получилось.
– Я слишком разволновался и не хочу спать!
Она бросила на меня понимающую улыбку, словно говоря мне, какой же я дурашка. Ведь я сам знаю, что никуда от неё не денусь.
– Тогда накрой меня. Я посплю. У меня сегодня ночное дежурство.