Блин комом
Шрифт:
Когда об этом услышал «Брюс», то держать стража порядка нам пришлось всей командой. Утихомирило верзилу лишь уверение некроманта, что мертвец скован накрепко и Еж забирает его себе, взамен отказываясь от любых преференций и доль в добыче на все время путешествия. За исключением конечного пункта, конечно же. На вопросы «зачем тебе половинка зомби?» — Умный Еж лишь таинственно усмехался. Эдвард резонно заметил, что наличие на борту условного смертного, способного взывать к истине посредством руки, весьма полезно. Таким образом, экипаж «Феи» приобрел еще одного члена, поклявшегося в непричинении вреда, но любви, к нему, понятное дело, не питал.
Для меня
Кроме Бенедикта были и другие вопросы, требующие решения. Я попытался принять более удобную позу на палубе, по которой гуляла поземка, и прикрыл глаза.
Эдвард Эйнинген отпил черного ароматного напитка, не отрывая взгляд от проносящегося под «Железной Феей» заснеженного пейзажа. Управление дирижабликом не требовало большой сосредоточенности, поэтому оружейник спокойно и свободно размышлял над происходящим, явно заразясь примером сидящего на палубе товарища, которого потихоньку заметало мелким снегом.
Дела шли хорошо. Удивительно хорошо.
В чем никогда не был силен заключенный в теле девочки маг — так это в социальной сфере. Последняя вызывала… отторжение. Общение неэффективно, времязатратно, без гарантированных результатов. Если, к примеру, взять полностью ручное изготовление копьепосоха модели «Вересковый Ястреб», то затраченные двенадцать часов ручного и магического труда в итоге принесут эффективный инструмент, способный служить эффективным аргументом в большинстве переговоров.
Эйнинген был из тех, кто вместо доброго слова и пистолета предпочитали взять два пистолета и не терять времени. Это прекрасно работало… пока ему не понадобилась команда для экспедиции.
Артур Гринвуд, подпольный делец Эйнура и хороший знакомый Эдварда, взялся помочь тому в нелегком деле подбора кадров за умеренную плату. Белокурый маг, на днях с успехом ограбивший с помощью ребят Гринвуда своего будущего конкурента Эриха Дрэгонира, решил довериться теневому воротиле и в этом деле. Дрэгонир отправил оборудование своей будущей мастерской на склады «Коммуны»… и Эйнинген вовремя подсуетился, изображая из себя защитника города, хотя на самом деле разведывал безопасные маршруты, по которым веселые ребята переправили ценное оборудование в отдаленное от города место, где его и подобрала «Экселенца».
Безупречно.
Мысль о том, чтобы еще и продать свое внезапное имущество, Эдвард отметал… неоднократно. Жадность губит и не такие планы. Хватит и того, что Дрэгонир не обоснуется в Городе Неудачников, пока не заработает новая мастерская Эйнингена. А может быть… и никогда.
С командой все получилось тоже неплохо. «Брюс» и Аливеолла, несмотря на свою ужасную, с точки зрения морали, репутацию, были просты и понятны. Оба без лишнего гроша в кармане, у обоих вынужденный простой и очевидное твердое намерение вернуться в Эйнур. То, что «лучница» и «защитник» оказались еще и неконфликтными товарищами и компетентными бойцами, блондин расценивал как чрезвычайно приятный бонус.
Насчет Джаргака Эдвард был спокоен. Было отчетливо заметно, что у орка свои планы, требующие активной социальной жизни в столице Вашрута, но явно не связанные с самой страной. Здоровый как комод партнер, устойчивый к магии настолько, что обезопасил Аркану Уюта? Блондинистый маг не имел ничего
Оружейник вновь отхлебнул кофе и скривился, вспоминая. В тот момент он не сдержался. Гнусная образина, от которой тело Эйнингена периодически трясло от инстинктивного страха, улыбалась и поигрывала самым крупным «небесным камнем», который оружейник когда-либо видел.
Блондин рискнул.
Эдвард Эйнинген был обладателем не только многочисленных талантов, но и секретов, среди которых один был способен потрясти мир как грушу. Он прекрасно понимал, что этот секрет рано или поздно всплывет и всколыхнет все сообщество бессмертных, но ни разу не попадал в ситуацию, в которой он бы мог его безопасно продать.
Он чудовищно рисковал, выпаливая очередью слова в мерзкую нахально лыбящуюся орочью физиономию. Рядом не было смертных, готовых зафиксировать клятву, сделку или хотя бы сохранность тайны. Просто, наобум, влёт… по-детски, черт побери!
И выиграл. Чудовищно здоровая глыбища непрозрачного минерала шлепнулась в мелкие детские руки, а грубый голос пророкотал «квиты». А недоуменно переводящий взгляд Бенедикт, фиксирующий просто факт сделки и сохранность тайны аж спустя неделю, стал завершающей точкой этой самой странной в мире сделки.
Орк, что интересно, не забыл задать вопрос — каким образом развитие энергетической системы мага отразилось бы на искусстве Эдварда, раз тот постоянно сидит в Эйнуре, ограниченный правилами города? И снова оружейник не сдержался, продемонстрировав ошарашенному орку Кристалл Перерождения. Немного кольнула досада — партнер бы и сам мог догадаться, что в теле девочки взрослому мужчине не особо комфортно, несмотря на все способности к тонкой работе, но чего уж там… Эйнинген вряд ли бы стал доверять громиле, продемонстрируй тот зашкаливающий интеллект.
Череда исключительно приятных событий. С огромным половником черного и едкого дегтя.
Умный Еж.
Эдвард Эйнинген никогда не был общительным человеком, но прекрасно понимал всю силу и мощь социума. Еще в далекие времена накопления первоначального капитала наемником, блондинистый маг-подросток размышлял — где ему можно раздобыть надежных помощников для работы в мастерской?
Ответом на этот вопрос, конечно же, была некромантия. Големы тупы. Смертные умирают. Химеры разваливаются. Бессмертным нельзя доверять. Поднятые мертвецы же всем хороши, исполнительны и приятны в общении. Если бы не одно «но». Создать полностью разумного кадавра — это уже эпично, а уж обучить его необходимому для работы — так и вовсе легендарно! Кроме такой, почти невыполнимой штуки, была еще одна печаль — на памяти оружейника не было ни единого подтвержденного случая, чтобы некромант смог обратно стать простым магом с нейтральной маной, что необходимо для артефакторики.
Эйнинген не сдавался, он учился, собирал сведения, покупал консультации у приезжающих в Эйнур некромантов и между делом узнал одну вещь — кроме магически поднятых мертвых есть еще и свободные. Полностью разумные и автономные ревенанты, самозародившиеся в мире Пан. Все труды по некромантии, все очерки, слухи и лекции в один голос твердили, что поработить подобное существо с помощью магии практически невозможно. Это требует потрясающего уровня знаний, личной силы, материалов, условий…
…а низенький толстенький кок с хитроватой улыбкой спеленал Бенедикта буквально парой-тройкой движений. Не поработил, конечно, но поставил в позу пьющего оленя. Вжух! … и готово.