Блокпост
Шрифт:
А между тем через три дня после случившегося «изуверства» в Ложбинский СИЗО пришел этап из Москвы, в котором вроде бы ненароком оказался «центровой» «вор» – Калган. В последний раз Калган вот так же, этапом, появлялся в Ложбинске в далеком 1990 году, когда после смерти престарелого ложбинского «вора» Шаха возникла необходимость назначить преемника. Тогда он посидел с недельку в СИЗО и также, этапом, укатил обратно, словно в командировке побывал. И никто не удивился, отчего это простого с виду зэка прокатили на «Столыпине» туда-обратно за казенный кошт – это у нас в порядке вещей.
Весть
Зады у «пацанов» оказались чрезвычайно чувствительными: пакость действительно грянула. Только не с той стороны, откуда ждали. И масштаб получился совсем иной.
Вышло так: Калгана на сей раз оставлять в СИЗО почему-то не сочли целесообразным и отправили плановым автодорожным караулом в ИТК-2. Автозак, благополучно подкатив к КПП «двойки», высадил его у двери «шлюза»… а дальше начались чудеса. Караул попрыгал обратно, автозак развернулся и был таков.
Бывалый зэк опешил – такого в его жизни еще не случалось. Даже в самых страшных снах не могло пригрезиться такого казуса: бросили возле зоны, без охраны, словно он и не рецидивист особо опасный, а какой-нибудь чмошный бесконвойник, никому не нужный и неинтересный!
Сильно озадаченный Калган некоторое время топтался у КПП и лихорадочно соображал: а что же предпринять? Удирать смысла не было – он тащил срок ради дела. А проситься в зону – вот смеху-то потом не оберешься! Прикол всероссийского масштаба – приходит «вор» на КПП и просит: пусти, вертухай, в зону… Ха!.. А зря, между прочим, не попросился. Очень скоренько подкатила к «двойке» «99» вишневого цвета без номеров, из нее выпростались трое могучих парней со стрижеными затылками и за десяток секунд забили «вора» насмерть…
Через некоторое время часовой КПП – старший прапорщик внутренней службы Турдыниязов, который все видел, сообщил сильно интересовавшимся ребятам с металлическими зубами, подкатившим на иномарках, что непосредственно перед началом акции между ее участниками состоялся короткий диалог. Якобы кто-то из избиенцев, гнусно ухмыляясь, громко ответил Калгану на его вопрос по существу:
«Привет тебе, старый пидер, от Ловца… то ли от Вовца» – черт его разберет, хорошенько не расслышал через стекло…
Начальника планового автодорожного караула, бросившего «вора» у КПП, на следующий день нашли в коллекторе с перерезанным горлом и многочисленными следами ожогов на теле – однако, сами понимаете, это отнюдь не прояснило ситуацию.
Целую неделю все заинтригованные лица напряженно выжидали, потея от страха, – случай аналогов не имел. Естественно, реакция пострадавшей стороны предвкушалась совершенно предсказуемая – война намечалась! Война между «блатными» и новой «братвой» – самый страшный вид современной междоусобицы в мире криминала.
Но вот неделя благополучно завершилась, а никто из верхнего воровского эшелона осчастливить своим посещением Ложбинск целесообразным не посчитал – бросили авторитеты оскверненный град на произвол судьбы. А в местный СИЗО с очередным этапом пришла малява: на ложбинской «братве»
Некоторые в курсе, что такое «крест», а кто не знает, спросите компетентных товарищей – они подробно объяснят. По правде говоря, это очень нехорошая штука – можете мне поверить на слово, не напрягая сильно занятых ребят с металлическими зубами. Если на тебе «крест», нужно держаться от всех пенитенциарных учреждений как можно дальше. То есть в зону идти не просто не рекомендуется, а прямо-таки категорически противопоказано. В противном случае вам не поможет ни один проктолог в мире, даже самый лучший…
«Братва» ложбинская не на шутку переполошилась. Специфика образа жизни представителей данной категории состояла прежде всего в постоянной готовности схлопотать пулю в лоб или сесть в тюрьму. Но, выражаясь их языком, «заскочить на кичман» – это одно, а вот быть в готовности в любую секунду после этого «попасть на кукан» – совсем другое. Это, извините, совсем нехорошо – не по-мужиковски это!
Бригадиры собрались на нейтральной территории и обсудили ситуацию.
Вовцу единодушно выставили претензии: твоя, мол, картинка, друг ситный, два раза нарисовалась, значит, ответь! Либо докажи, что не верблюд, либо закажи малогабаритный контейнер, зарежься собственноручно и езжай в столицу. Хором за тебя страдать не желаем.
Вовец немного поотпирался, но ему моментально припомнили старые грехи и жестко предупредили: вот тебе трое суток сроку и карт-бланш. Разбирайся как хочешь, но результат должен быть…
Первым делом Вовец решил проверить своих пацанов – мало ли чего?
Начал с того, что велел доставить часового КПП, дежурившего в момент несвоевременной кончины Калгана. Когда «быки» притащили насмерть перепуганного мужика, которого уже допрашивали все кому не лень, бригадир посулил ему (цитирую дословно): «Либо башку оторву и в очко вставлю, либо награжу по-царски. В зависимости от результата…»
В установленное время старший прапорщик Турдыниязов сидел в холле загородной резиденции Вовца и с тревогой прислушивался к шуму за окном: в морозном воздухе стоял разноголосый гам съезжавшихся к усадьбе иномарок. Вскоре доложили, что все в сборе.
– Давай по трое, – возбужденно распорядился бригадир, потирая руки, и впился в опознанщика пристальным взором. Тут получился немалый конфуз: первая тройка состояла из приближенных Вовца, которые в день убийства «вора» безотлучно находились при бригадире, – именно эту тройку часовой с ходу и опознал.
– Они! Точно – они!!! – радостно закричал он, подавшись к бригадиру дородным телом. – Все сходится! Кожаны, собольи шапки, морды зверские, сами здоровые, как быки, – все в точности!!! Они это – избиенцы треклятые!!!
Умудренный горьким опытом бригадир вместо того, чтобы впадать в прострацию от столь неожиданного оборота, поступил несколько иначе: выгнал приближенных вон и велел всей группировке построиться во дворе в колонну по восемь. Затем, прихватив с собой часового КПП, вышел на улицу. И распорядился произвести опознание еще раз.