Блондинка в беде
Шрифт:
— Давайте забудем об этом, — предложил я.
— Вы сказали, что Кинг исключит меня из списка в любом случае. И что я выиграла... — Она старалась говорить легкомысленно, но это ей не удавалось. — Что вы имели в виду, Рик? Это действительно так?
— Конечно, — ответил я. — Но мне еще нужно получить от вас пару ответов, дорогая.
— Что вас интересует?
— Агенты. Сколько времени Барни Райэн был вашим агентом-посредником?
— Я точно не помню... Года три-четыре...
— Кто был вашим агентом-посредником до него?
— Джонатан
— Хороший человек, — отметил я. — Это один из четырех самых квалифицированных специалистов в этой области. Честен и неподкупен. Что заставило вас сменить его на Барни, Делла?
— Я, право, не знаю. — Ее голос внезапно зазвучал неестественно бодро. — Просто захотелось сменить агента-посредника.
— Ни один человек в здравом уме не сменил бы Скрайбера на Барни Райэна просто из-за того, что ему захотелось перемен! — констатировал я мрачно. — У него было что-то на вас. Что конкретно?
— Поскольку я иногда говорила вам не правду, хотя никогда ничего не могла скрыть от вас, вы можете подумать, что я продолжаю рассказывать вам сказки! — сказала она с горечью. — Один уик-энд за городом с очаровательным актером... Но для этого было выбрано не то время, не то место, и у него была не та жена. И именно тогда у меня был не тот продюсер и контора, выходящая окнами на улицу.
— А Барни получил хорошие фотографии всего этого, не так ли?
— Да, и подписанные под присягой заявления пяти свидетелей!
— Получили ли вы обратно эти фотографии?
— Да, только после того как подписала составленный по всем правилам контракт с ним на семь лет. — Делла внезапно рассмеялась. — Я уверена, что именно благодаря мне он начал работать пресс-атташе кинозвезд на законных основаниях. И именно эта мысль всегда согревает мое сердце! — Раздался телефонный звонок, и она дернулась. — Рик! Я уверена, что это один из тех телефонных звонков!
— Я только что хотел спросить вас именно об этом, — сказал я быстро. — Сначала эти звонки раздавались примерно в три часа ночи. Затем вы сказали, что они стали раздаваться после полудня. Были ли звонки между, скажем, восемью часами вечера и часом ночи?
— Никогда. — Она отрицательно покачала головой.
— Дайте мне телефонную книгу, — попросил я, снимая трубку.
Этот жуткий голос я узнал сразу, хотя телефонная трубка была от моего уха примерно в пяти дюймах.
— ..Женщина-Иуда! Иезавель! Томящийся в одиночестве Родни Блейн взывает об отмщении и его голос услышан! Пока ты жива, ты никогда и нигде не найдешь покоя. Твои грехи перед невинно погибшим будут преследовать тебя все время! Проститутка! Грязь! Торгующая своим...
Делла положила на стол телефонную книгу, и я стал быстро перелистывать страницы. Тем временем голос в трубке монотонно продолжал повторять те же самые слова. Наконец я нашел номер телефона, который искал, и положил трубку на аппарат.
— Это был один из тех звонков, да? — спросила Делла. Ее голос вдруг сделался вялым и безжизненным. —
— Подойдите ко мне, — потребовал я. Она подошла к столу, на котором стоял телефон, и послушно остановилась около меня.
— Что еще?
— Если мне повезет, я смогу показать вам очень интересный трюк с этим телефоном, — сказал я.
Затем набрал номер, который нашел в телефонной книге. Я услышал несколько гудков, а затем раздался резкий щелчок. Хорошо поставленный голос медленно произнес:
— Слушаю?
— Проститутка! — пошептал я со злостью в микрофон телефонной трубки. — Шлюха! Родни Блейн взывает к отмщению... Этот голос зовет к отмщению из могилы... — Я внезапно остановился.
— Кто... — Его голос дрожал от испуга. — Кто это?
— Это Родни Блейн, кто же еще? — прошептал я.
— Пожалуйста! Кто это? Я должен знать! — В его голосе послышались истерические нотки.
— Ты не мог так быстро забыть меня, — прошептал я укоризненно. — Так быстро, Стив? Всего лишь через шесть месяцев после наших золотых дней?
— О Боже! — Его голос сорвался. — Прекратите это!
— В те последние несколько секунд в машине, Стив, я подумал о тебе и сильнее нажал на педаль акселератора!
Я поднес трубку к уху Деллы, чтобы она могла услышать раздавшийся на другом конце провода звук, похожий на скулеж раненого животного.
— Кто это? — прошептала она изумленно.
— Один из старых друзей Рода Блейна, — сказал я, зажимая микрофон рукой. — Один из тех, кто думает, что женщины составляют им конкуренцию.
— Один из тех?.. — Она презрительно кивнула, но затем ее лицо застыло. — С Родом?
Я утвердительно кивнул.
Скулящие звуки в трубке постепенно стали слабее, поэтому я убрал руку с микрофона.
— Помнишь, сколько у нас было волшебных минут, Стив? — прошептал я. — Помнишь летний театр? Монику Кинг? Я все еще смеюсь, вспоминая твои слова: с такой женщиной, как она, приходится притворяться, играя в любовь, но всем нам приходилось идти на жертвы ради театра! Да, кстати, Стив, как прошли мои похороны? Ты, конечно, был на них?
— Прекратите! — воскликнул Дуглас отчаянным голосом. — Кто бы вы ни были, не повторяйте этого! Вы не знаете, как это на меня действует!
— Мне пора уходить, Стив, — прошептал я, — но не беспокойся — я вернусь. Золотой мальчик вернется! Помнить об этом — прекрасная перспектива для тебя, Стив! Думай о том, что каждый раз, когда раздается телефонный звонок, это может быть привет от твоего старого друга Рода Блейна, который звонит тебе, чтобы немного поболтать.
Я положил трубку, затем посмотрел на удивленное лицо Деллы и усмехнулся.
— Я чувствую себя бодрым как раз в те вечера, когда на дворе полнолуние, — пояснил я. — У меня такое чувство, что вы больше никогда не услышите ни одного такого звонка, дорогая Делла. С сегодняшнего дня бояться этих звонков будет Стив Дуглас.