Блудный сын
Шрифт:
Одно желание не может смыть с него грязь и починить его лохмотья. Чего бы он ни желал - он все такой же грязный, опозоренный беглец из родительского дома: он ясно осознает это, потому что "пришел в себя".
"Я ХУЖЕ ВСЕХ"
Если бы мы раньше сказали такое о нем, он бы рассердился. Но теперь мы не можем описать его достаточно мрачными красками.
Со многими вздохами и слезами он уверяет нас, что он еще хуже, чем кажется, и что никто не может узнать всей глубины его падения и всей скверны его поведения; он расточил имение с блудницами; он
И вот он стоит, несмотря на то, что все осознал, такой, как я его описал, ибо хотя он и сказал: "я согрешил", но это сознание еще не сняло с него вины.
Он признает, что недостоин называться сыном, и это совершенно верно; но его недостоинство не уничтожается простым сознанием содеянного.
Он считает, что не имеет права на любовь отца. Если отец закроет перед его лицом дверь, то поступит справедливо: если отец не произнесет ни одного слова, кроме слов упрека, никто не может осудить его, потому что сын так ужасно поступил. Сын не протестует против этого: он признает, если будет изгнан вон, то получит заслуженное.
СОЗНАТЕЛЬНЫЙ ОСКОРБИТЕЛЬ БОГА
Блудный сын, возможно, представляет собой прообраз жизни многих из вас. Вы сознаете свое недостоинство и греховность, но одно сознание не улучшит ваше положение. Полагаясь на чувства, вы никогда не сможете оправдаться.
Вы всеми силами стремитесь к Богу, но сознаете, что совершенно недостойны что-либо просить или получить из Его святых рук. Если душа ваша будет отправлена в ад, Его праведный суд признает это справедливым и ваша совесть также. Вы видите свои лохмотья и грязь, вам хочется быть лучше, но вы от этого не становитесь лучше, у вас не появляется больше прав на Божье милосердие; вы стоите тут сегодня как сознательные оскорбители милости, любви и святости Божьей. Молю, чтобы мне быть для таковых из вас вестником от Бога.
БЕССИЛЬЕ ГРЕШНИКА
"И когда он был еще далеко..." Есть две мысли в этом стихе. Первая: многие ищущие спасение находятся далеко от Бога; и вторая - безгранично милосердие к ним Отца.
Блудный сын был очень далек от Бога, и это потому, что у него не было силы. Этот бедный молодой человек долгое время находился без пищи и дошел до того, что рад был поесть рожков, которыми питались свиньи, но и тех ему не давали. От голода он так отощал, что каждый шаг казался ему за три.
Грешник так далек от истины, что сам бессилен прийти к Богу. С трудом может он употребить ту силу, которую дал ему Бог. Бог дал ему силу желать спасения, но это желание всегда сопряжено с глубоким сокрушением о грехах. Та точка, которой он достиг, истощила всю его силу, и теперь он может только одно - пасть к ногам Христа и сказать: на это нет у меня силы, я могу найти ее лишь у ног Христа.
ВОЗВРАЩЕНИЕ ВСЕГДА ТРУДНО
Грешник далек от Бога - потому у него нет смелости. Он жаждет увидеть отца, но если бы отец пришел к нему сейчас, возможно, он бы убежал от него. Сам звук шагов отца подействовал бы на него, как на Адама в Едемском саду: он спрятался бы за деревья, так что не он бы взывал к отцу, а отец должен
"О, - говорит грешник, - не скоро еще я осмелюсь надеяться на милость, потому что грехи мои выше головы моей".
Быть может, и вы находитесь в смущении и ужасе? Ваши молитвы кажутся вам совсем не молитвами. Когда вы думаете о Боге, душа ваша наполняется ужасом и вы сознаете, что еще очень, очень далеки от Него; вам кажется невозможным, чтобы Он слышал вас и обращал внимание на ваши слова. Вы далеки, если принять во внимание трудность пути покаяния.
Джон Буньян в своем сочинении "Путешествие Пилигрима" говорит нам, что христианину было очень трудно возвращаться, когда ходил в беседку за свитком.
Каждый отступник испытал это, и кающийся грешник знает, что плач о грехе подобен плачу о единственном сыне. Утопающий не испытывает страдания, говорят даже, что ощущение при этом бывает приятное; но когда человек возвращается к жизни, кровь начинает опять двигаться в жилах, нервы вновь приобретают чувствительность, тогда в теле начинается как бы агония: но это агония жизни, а не смерти.
Итак, бедный кающийся грешник чувствует, что конец пути очень далек. Если ему придется с месяц испытывать то, что он испытывает сейчас, то это будет ужасно. И если надо несколько километров идти с таким трудом, - значит этот путь будет очень тяжелым.
"ГРЕХ ЕЩЕ ВЛАДЕЕТ МНОЙ"
Много препятствий встречает человек, приближаясь к Богу.
Рассмотрим, почему еще путь возвращения грешника долог. Мне кажется, я слышу человека, который говорит:
"Я оставил пьянство и не могу больше сидеть там, где прежде сидел часами. Слава Богу, я больше никогда не буду бродить по улицам и предаваться разврату, который ненавижу. Я больше не нарушаю седьмого дня и хожу в церковь. Сколько могу, удерживаюсь от клятвы и бранных слов, но все же я еще очень далек.
Я чувствую, что не могу отдаться Христу, потому что еще не умею владеть своими страстями. На этой неделе остановил меня прежний товарищ, поговорил со мной, и я почувствовал, что во мне еще силен ветхий человек, и прежние похоти овладели мной.
На днях я опять побожился. Я был уверен, что отстал от этого, но на самом деле это не так. Когда я читаю о святых и наблюдаю за истинными христианами, я чувствую, что мое поведение так непоследовательно и так не похоже на то, чем оно должно быть, и понимаю, что еще очень далек от Бога".
Дорогой друг, ты действительно далек, и если даже очень захочешь прийти к Господу путем собственной праведности, - никогда не достигнешь Его, потому что этим путем нельзя Его найти. Иисус Христос есть путь. Он единственный, истинный, верный и совершенный путь к Богу. Взирающий на Иисуса видит и Отца: а кто смотрит на себя, впадает в отчаяние. Путь к небу проходит для смертного человека не через гору Синай, а через Голгофу, она ведет к славе; тайные стези туда - это раны Христа.
"Я ПЛОХО ЗНАЮ СЕБЯ И БОГА"