Боевой клич
Шрифт:
Глава 1
Потребовалось совсем немного времени, чтобы узнать, что испанец Джо Гомес не только смутьян, но еще и ворюга, лжец и отъявленный драчун. Второго такого фрукта не сыскать во всем Корпусе. Насчет подраться у него шило в заднице, но во всей красе он предстал перед нами через несколько дней после своего приезда в Элиот.
Мы были в увольнительной в Даго и совершили патрульный рейд по нескольким барам, пока окончательно не бросили якорь в одном из них. Я уже основательно загрузился пивом и почти договорился с одной из девочек, когда Джо подтолкнул меня локтем.
— Слушай,
Чтобы отвязаться, я кивнул на огромного матроса, сидевшего за стойкой бара. Судя по всему, в руке он держал пивную бутылку, но видно ее не было, так что оставалось только догадываться. И вообще я не понимаю, зачем человек весом больше ста килограммов тратит время на бутылки, ведь ему, чтобы взбодриться, нужно по крайней мере полведра.
Испанец Джо протиснулся к матросу.
— Дай закурить, братишка.
Ничего не подозревающая стокилограммовая жертва протянула ему зажигалку. Джо закурил, небрежно опустил зажигалку в карман и двинулся к выходу.
— Эй, а моя зажигалка?! — окликнул его матрос.
— Что, твоя зажигалка? — непонимающе переспросил Джо.
— Я говорю, верни мою зажигалку.
— У меня нет никакой зажигалки. Ты что, обвиняешь меня в воровстве?
— Нарываешься, морпех?
Виновато улыбаясь, Гомес пошарил по карманам и протянул матросу его зажигалку.
— За такие шутки можно по зубам схлопотать, — процедил матрос.
— Да что ты, братишка, я не собираюсь нарываться...
— Ох и надо бы тебе ребра посчитать, — уже громче повторил матрос.
Шум в баре притих, и трое вышибал быстро ринулись к месту назревающего скандала.
— Этот парень думает, что я украл у него зажигалку, — объяснял окружающим испанец Джо, пока вышибалы выводили матроса из бара.
Несколько подвыпивших посетителей вышли на улицу, чтобы посмотреть, чем все закончится.
Испанец Джо подошел к матросу, стоявшему на тротуаре, куда его вывели вышибалы.
— Ладно, давай помиримся, рожа твоя обезьянья, — дружески предложил он.
Матрос побагровел и, сжав кулачищи, двинулся на него.
— Ты что, ты что, — забормотал Джо. — Я же не дерусь с дебилами.
Первый кулак матроса обрушился на него, и если бы попал в цель, то испанца наверняка пришлось бы собирать по частям. Но Джо легко, словно играючи, уклонился от удара, зато его ответный удар был молниеносным и точным. Матрос с размаху сел на тротуар и несколько секунд сидел, бессмысленно хлопая глазами. Джо помог ему подняться.
— Я же говорил, что не дерусь с дебилами.
Матрос зарычал и снова попытался ударить испанца. Он молотил кулаками налево и направо, но так и не попал в провокатора, который, в свою очередь, опять уложил его одним точным и мощным ударом.
— Ладно, давай мириться. Без обид, да? — Джо помог ему подняться.
Ошалевший от ударов и нахальности противника матрос протянул ему руку, а испанец спокойно отключил его ударом в подбородок.
— Ну и нервы у парня. Это ж надо, обвинить меня в краже! — Джо повернулся к толпе зрителей. — Придется в наказание действительно забрать у него зажигалку.
Что он и сделал.
Обычно в удачный вечер Джо оставлял в разных концах города менее дюжины бесчувственных тел.
Как-то
В углу Мэрион Ходкисс, как всегда, читал очередную книгу. Непоседа Грэй приводил в порядок форму, мурлыкая под нос техасскую песенку.
Мэрион на секунду поднял голову, прислушиваясь к словам, но тут же опять уткнулся в книгу. Странный он был парень, этот Ходкисс. Он хорошо нес службу, отлично справлялся со своими обязанностями, но в то же время был, пожалуй, единственным морпехом в Сан-Диего, который не пил, не курил, не бегал по девкам, не ругался, не играл в карты, ну и так далее. Все свободное время, даже когда получал увольнительную, он лежал в казарме, слушал классическую музыку и читал книги. Но как ни удивительно, в буйной компании морпехов он пользовался огромным авторитетом. Если возникал какой-нибудь спор, что случалось почти каждый вечер, последнее слово всегда принадлежало Мэриону. Казалось, не было такого, чего он не знал, начиная от количества волос на голове у человека и заканчивая населением Мехико, скажем, в 1896 году.
Единственный, кто терпеть не мог Ходкисса, это испанец Джо. Он еще с утра был чем-то раздражен, что, впрочем, не помешало ему стащить у Элкью Джонса рубашку и загнать ее кому-то из комендантского взвода.
Джо некоторое время бродил между коек, пока не остановился рядом с Ходкиссом.
— Эй, ты!
Мэрион не обратил на него ни малейшего внимания.
— Эй, сестра Мэри, я с тобой разговариваю.
— Чего тебе?
— Я слышал, ты когда-то занимался боксом?
— Да, немного.
— Я тоже, Знаешь что? Давай пойдем в спортзал, наденем перчатки и немного разомнемся.
— Я устал после марш-броска.
— Что, сестричка Мэри, наделал в штанишки?
Мэрион аккуратно закрыл книгу, снял очки и поднялся.
— Пошли.
Испанец подмигнул нам и пошел следом. Мы тоже побросали свои дела и толпой двинулись в спортзал.
— Ты поосторожней с ним. Парень — профессиональный боксер, — шептал я на ухо Мэриону, помогая зашнуровывать перчатки. — А лучше ложись после первого же удара. Никто не посмеет сказать, что ты сдрейфил.
Мэрион, казалось, не слышал меня. Впрочем, он был довольно крепкий парень, да и плечи у него, как у портового грузчика.
— Ты только на зашиби меня, сестричка! — крикнул испанец из своего угла.
— Ублюдок, — процедил я сквозь зубы.
Все столпились вокруг ринга.
— Бокс! — скомандовал Элкью.
И началось. Испанец в свое время был чемпионом в среднем весе, и Мэриону доставалось на полную катушку, Джо двигался гораздо быстрее и успевал наносить удары со всех сторон, пока Мэрион с грацией беременной слонихи пытался достать его прямыми правой. Он уже почти зажал Гомеса в углу, но тот вывернулся, да еще провел несколько чувствительных ударов по корпусу Торс Мэриона покрылся красными пятнами, лицо было разбито, но он все так же неторопливо следовал за испанцем по рингу К концу раунда Гомес двигался уже не так быстро, и ответные удары Мэриона начали достигать цели. Испанец был уже весь в поту, — сказывалось бесчисленное количество джина, выпитого за последнее время в барах Даго.