Боги Марса
Шрифт:
Я всегда предполагал, что все следы первоначальных рас исчезли с поверхности Марса; однако за последние четыре дня я убедился в существовании белых и черных. Может быть, в каком-нибудь удаленном уголке планеты еще существовали остатки древней расы желтых людей?
Мои размышления были прерваны тихим восклицанием юноши.
– Наконец-то светлая дорога, – воскликнул он.
Подняв взор, я заметил на далеком расстоянии впереди нас тусклое мерцание. Свет все усиливался, пока мы не вышли на хорошо освещенный путь. Мы пошли быстрыми шагами
Судно стояло на якорях с поднятым люком. Приложив палец к губам и многозначительно похлопав по рукоятке меча, юноша бесшумно пополз к судну. Я следовал за ним по пятам.
Мы молча спустились на покинутую людьми палубу и на четвереньках поползли к решетчатому люку. Брошенный вниз взгляд не обнаружил присутствия стражи. Тогда с быстротой и беззвучностью кошек мы спустились в главную каюту подводной лодки. Она была пуста! Мы быстро прикрыли и заперли люк.
Затем юноша стал на место рулевого, надавив на кнопку, и лодка опустилась в волны на дно водоема.
Даже и теперь ниоткуда не раздалось спешащих нам навстречу шагов, как мы того ожидали, и пока юноша правил лодкой, я быстро походил по каютам в поисках кого-нибудь из экипажа. Судно было совершенно покинуто. Такое счастье казалось мне почти невероятным.
Когда я вернулся к своему товарищу, чтобы сообщить ему добрые вести, он протянул мне бумагу.
– Вот что может объяснить нам отсутствие экипажа, – сказал он.
Это была радиограмма командиру подводной лодки, гласившая следующее:
«Рабы восстали. Спешите со всеми вашими людьми.
Забирайте всех, кого встретите по пути.
Слишком поздно, чтобы ожидать помощи с Омина.
Рабы избивают всех в амфитеатре.
Жизнь Иссы в опасности. Спешите!
Зитхад».
– Зитхад – начальник стражи Иссы, – объяснял мне юноша, – нагнали мы, видно, страха, долго они будут помнить нас!
– Будем надеяться, что это лишь начало конца Иссы, – сказал я.
– Об этом известно только нашему предку, – ответил он мне барсумской пословицей.
Мы прибыли в бассейн подводных лодок в Омине без приключений. Здесь мы долго обсуждали вопрос, целесообразно ли затопить судно, прежде чем с ним расстаться, но в конце концов решили, что это нисколько не увеличит наших шансов на бегство. На Омине жило вполне достаточное количество черных людей, чтобы задержать нас в случае, если бы мы были замечены, и сколько бы их ни прибавилось из храмов и садов Иссы, это ничего не меняло в опасности нашего положения.
Теперь мы находились в недоумении, каким образом миновать цепь стражей, карауливших воды, омывающие остров. Наконец я нашел средство.
– Как зовут офицера, командующего этой стражей? – спросил я юношу.
– Когда мы вошли сегодня утром, то дежурным был Торит.
– Прекрасно, а как зовут командира подводной лодки?
– Эрстед.
Я нашел в каюте телеграфный бланк и написал
«Начальнику Ториту.
Немедленно вернуть в Шадор препровождаемыхпри сем двух рабов.
– Это самый простой способ вернуться в Шадор, – сказал я, улыбаясь, и вручая юноше вымышленный приказ. – Посмотри, каково будет его действие.
– Но как же наши мечи? – воскликнул юноша. – Каким образом объяснить их присутствие при нас?
– Нам придется их бросить, – ответил я.
– Не будет ли с нашей стороны крайне опрометчивым снова отдаться безоружным во власть перворожденных? – возразил юноша.
– Сейчас это единственно возможный для нас образ действий, – отвечал я. – Ты можешь положиться на меня в том, что из Шадорской тюрьмы я дорогу найду, и полагаю, что раз выбравшись оттуда, мы без особого труда вооружимся снова. Это легко в стране, где так много вооруженных людей.
Юноша пожал плечами, улыбнулся и сказал:
– Пусть будет по-твоему! Невозможно найти вождя, который внушал бы мне больше доверия, чем ты. Испробуем придуманную тобой хитрость.
Мы отважно вынырнули из люка подводной лодки и направились безоружные к главным воротам, где помещались караульный пост и комната начальника стражи.
При виде нас стражники с удивлением выбежали и взяли ружья наперевес. Я протянул одному из них написанное мною послание. Страж взял его и вручил его Ториту, который как раз вышел из своего помещения, чтобы узнать о причине переполоха.
Черный начальник, прочитав приказ, некоторое время с подозрением нас оглядывал.
– Где же сам начальник Эрстед? – спросил он меня.
Мое сердце екнуло, и я внутренне обозвал себя дураком за то, что не потопил подводной лодки.
– Эрстед получил приказ немедленно вернуться к пристани у храма, – отвечал я.
Торит сделал уже шаг по направлению к входу в бассейн, как бы для того, чтобы проверить мои слова. В течение одного мгновения все висело на волоске: если только он заметит, что лодка пуста, то вся моя выдумка обрушится нам на голову, но, очевидно, он решил, что послание подлинное. Да и на самом деле, какое было основание сомневаться в том, что два раба добровольно отдались под стражу? Мой план имел успех именно благодаря своей смелости.
– Не находились ли вы в числе восставших рабов? – спросил Торит. – Мы ничего толком не знаем об этом событии.
– Мы все в нем участвовали, – ответил я, – но оно ни к чему не привело. Стража быстро справилась с нами и перебила почти всех.
По-видимому, Торит был удовлетворен ответом.
– Отвези их в Шадор, – приказал он, обращаясь к одному из своих подчиненных.
Мы вошли в небольшую лодку, стоявшую возле острова, и через несколько минут вышли на Шадоре. Здесь нас водворили в камеры; я очутился с Ксодаром, а юношу заперли отдельно. Мы снова стали пленниками перворожденных!