Боги не врут... 2
Шрифт:
— Ага, Рейн боится загнать свою любимую медсестру, — усмехнулся Тимос, шутливо толкая в бок напарника.
Фокус не удался. Плавным движением врач ушёл от толчка.
Сразу видно, Эйли в спортзале гоняет не только моих подруг, но и любимого очкарика.
— Сколько сейчас пациентов? — поинтересовалась я, предварительно прикидывая усреднённое время, необходимое для лечения одного. По самым оптимистичным прикидкам получалось не меньше двадцати минут на сеанс.
— Двадцать четыре человека, — отчитался Тимос.
«Восемь часов непрерывной работы! Накрылись мои дневные планы!»
(Шоана: —
Синта: — Вот что значит, давно отвыкла от магии!
Шоана: — Рекомендую разбить пациентов на две группы: алкоголиков и наркоманов. Достаточно провести два коротеньких обряда, и они забудут о своих пристрастиях навечно.
Синта: — Ну, я им устрою представление! Заодно и официально выведу в свет свою вторую личность, в виде ведьмы — старухи.)
— Отлично! — бодро отрапортовала я. — Готовьте клиентов к лечению. Применим для начала шаманские обряды, а там посмотрим. Сами знаете, иногда психотерапия дают исключительные результаты.
Объяснив врачам, что потребуется для хорошего внушения, я отправила их готовить декорации. Мне тоже нашлось дело. Для тут же придуманного ритуала понадобится амулет иллюзии. К сожалению, динамические объёмные экраны промышленность изготавливать пока не может, а мне понадобится проецировать кое — какие визуальные образы. Можно обойтись и без всякого антуража, но не хотелось бы в открытую применять необъяснимую магию.
Времени на создание магического инструмента тратится совсем немного, когда знаешь, как его делать. Нормальный амулет получился всего за полчаса. Пришлось немного переделать стандартные заклинания, чтобы визуальными образами могла управлять Шоана. Гораздо больше времени ушло на синтез самих управляемых качественных изображений, но это в основном делала дракоша с помощью аватара, да ещё и в ускоренном времени.
В середине дня, из рощи, к воротам лечебницы притопала сгорбленная старуха. Охранники больницы уже знали старую женщину, а особенно её вредный характер, так что лишних вопросов предпочли не задавать.
Через несколько минут я уже не спеша входила вслед за медсестрой Эйли в специально подготовленное врачами пустое подвальное помещение. По нему слонялись или стояли кучками пациенты первой группы. Стены комнаты Тимос разрисовал знаками, присланными мною на его комп. Я их скопировала из одного здешнего трактата по магии. На самом деле знаки никакого отношения к настоящей магии не имели, но выглядели таинственными.
Эйли тащила небольшую подставку, а я несла в руках стеклянный кувшин с мутным напитком. Медсестра поставила ношу посредине помещения. Стук ножек по бетонному полу привлёк внимание пациентов.
— Познакомьтесь с вашим новым лечащим врачом. Санта Рой— потомственная колдунья, — представила меня Эйли.
— Да старуха себя — то вылечить уже не может, а берётся за нас, — усмехнулся один из больных с лысиной на голове.
— Посмотрела бы я на тебя, когда тебе стукнет три сотни лет, — проскрипела я гнусным голосом. Окинув презрительным
— Только ведь не доживёшь с таким — то отношением к здоровью.
Аккуратно поставив на подставку кувшин, оглядела насмешливым взглядом перешептывающихся пациентов. В такой возраст совсем не верилось, хотя маска старухи отражала очень преклонные годы.
— Сейчас будем проверять ваше желание лечиться.
Ухмылка на лице старой женщины выглядела весьма зловеще.
Перешёптывания сразу прекратились. Выдержать мой прямой взгляд ни у кого не получилось.
— Ведьма! — пробежал шепоток по комнате.
— Итак, кто желает лечиться— пьёт глоток из кувшина, — пробурчала я, оглядев пациентов ещё раз. Скривившись в ядовитой усмешке, добавила:
— Жуткое пойло, скажу я вам, но это первый этап лечения.
Эйли хорошо постаралась над больными, пытаясь воздействовать на центры желания, чтобы загасить тягу к болезненному пристрастию. Люди на самом деле желали отучиться от вредной привычки.
Самым первым к сосуду сунулся высокий человек с остатками былой мускулатуры. Судя по развитию ауры, бывший спортсмен. Видно пристрастие к алкоголю уже давно подтачивало организм.
— Мне терять нечего, — проворчал самый смелый. — Если сразу не подохну от этого … лекарства, то скоро загнусь от хронических болезней.
— Фу — у — ух…, действительно, гадость, — выдохнул он, хлебнув из кувшина.
К сосуду потянулись другие больные. Каждый по разному выражал своё отношение к напитку, но все сходились в одном. «Жуткое пойло»— это ещё мягко сказано.
По мере дегустации я расставляла людей на равном расстоянии вокруг подставки. Опустив кувшин с остатками зелья на пол, поставила на столик небольшую статуэтку сказочного дракона. Мне её в детстве подарил отец. Из неё я и сделала амулет иллюзий.
Затянув нудный речитатив, стала крутиться вокруг подставки. Через пару минут заставила хором повторять пациентов слова клятвы отказа от алкоголя. Собственно на этом можно было и закончить ритуал, поскольку во время клятвы я набросила на людей закрепляющее заклинание из раздела магии разума. Искреннее желание, подкреплённое словесной установкой, закрепляется в сознании навечно. Но это было бы слишком просто. Оставалось подкрепить ритуал зрелищем. Для того чтобы не тратить напрасно запас энергии я и применила зелье, парализующее мышцы тела. Люди превратились в живые статуи, неспособные двигаться. Паралич нужен, чтобы пациенты со слабой психикой не пустились наутёк во время процедуры изгнания алкогольных демонов и не увлекли за собой остальных, посеяв всеобщую панику.
В какой — то момент моих завываний из статуэтки вырвался на волю огненный дракон, а из живых статуй людей полезли на свет божий змеи. Дракон героически бросился жечь, рвать и пожирать духов соблазна. Качество магического проектора было настолько хорошее, что даже сомнения не могло возникнуть по поводу реальности происходящего. Даже предупреждённая о кино Эйли, затаив дух, смотрела на борьбу светлых и тёмных сил.
С последней поглощённой змеёй дракон спрятался обратно в статуэтку. По — моему, пациенты во время представления вообще боялись дышать. И их можно понять, когда из тебя лезут вполне реальные змеи, даже о таком естественном процессе, как дыхание, легко забыть.