Боги не врут... 2
Шрифт:
Дракоша вполне успела активировать защиту на мне и напарнике. Так что оставалось только подхватить свой рюкзак, прыгнуть к Титсену и, схватив его в охапку, вывалиться из падающих обломков салона.
Десантироваться пришлось с остатками кресла, к которому был пристёгнут игрок. Свой ремень я вырвала, а возиться с соседом времени не хватало. Пришлось вырезать его заклинанием из пола вместе с сиденьем. Магия у меня действует мгновенно. Про обычные парашюты, хранящиеся в специальном ящике, мне сообщила после обследования самолёта дракоша. Но добраться до них уже не было возможности. Также глупо использовать повреждённую спасательную
Переключилась в обычный режим, только когда мы уже планировали на силовом крыле, подальше от падающих остатков самолёта. Высота пока оставалась достаточно большой, но заклинание защиты вокруг тел обеспечивало нормальным давлением воздуха. Чтобы не было слышно свиста воздуха, я ещё укрыла нас дополнительной защитой от прослушивания. При этом звук изнутри оболочки не выходил во вне, а внешние звуки не попадали вовнутрь. Несколько дополнительных жгутов, на базе заклинаний воздуха, прикрепили ко мне родной рюкзак и живой груз в лице напарника, а заодно освободили руки.
Наблюдение за морем не выявило никаких признаков существования людей. Интуиция твердила, что раз нет кораблей, то сбить дипломатический борт могли только из подводной лодки. Вариант с атакой боевого самолёта отметался сразу. Судя по картам, в этом районе океана отсутствовали острова, а радиус действия боевых самолётов не позволял им долетать из района боевых действия до точки, где нас сбили. Другой вопрос: откуда здесь появилась подводная лодка, ответа пока не имел.
Психика Титсена оказалась очень устойчивой. У игроков такого класса не может быть иначе. Вися подо мной, повернув голову, он лишь удивлённо поинтересовался:
— Это что было?
— Кажется, кто — то не хочет нашего присутствия на твоей родине, — подбадривающе улыбнулась я.
Уловив взглядом облако горящих и падающих обломков невдалеке, игрок проворчал:
— А ведь я чувствовал, что добром этот полёт не кончится. Что — то мы слишком долго падаем.
— А кто сказал, что мы падаем? — продолжала веселиться я. — Виртуальной крыло— новейшая разработка военной промышленности на базе силовых полей. До двигателей пока дело не дошло, но планировать мы можем очень долго.
— Это хорошо, но океан на планере не перелетишь, — недовольно поёжился Титсен.
Пришлось слегка пояснить обстановку.
— Сейчас высота, где — то под девять тысяч метров. Учитывая воздушные течения можно протянуть километров сто, а то и больше. Какое — нибудь судёнышко может и попадётся. Воздушная трасса проложена вдоль обычных корабельных путей. Теперь помолчите. Мне трудно управлять необычной конструкцией.
Управление заклинанием труда не составляло, но мне не хотелось отвечать на кучу вопросов о нашем необычном полевом аппарате. Потом можно будет сказать, что это одноразовая конструкция, да и не знаю я, как она функционирует. Через некоторое время, привыкнув к своему положению, Титсен просто задремал.
Лететь пришлось на несколько большее расстояние. Дракоша, шныряя невдалеке, находила подходящие восходящие потоки в нужном направлении. То ли мы попали на неудачный отрезок транспортного пути, то ли враги атаковали самолёт в специальном месте, но небольшое
За время полёта я связалась с Ликой и, не вдаваясь в особые подробности, рассказала об атаке на дипломатический рейс. Наша с ней мысленная связь была секретом, поэтому попросила в случае расспросов напирать на ощущения. Дед знает, что мы чувствуем друг друга. Как я и предполагала, старик примчался в поместье успокаивать невестку как раз, когда у нас на горизонте появился корабль.
Пассажирские самолёты отслеживались на траектории непостоянно. Плавучие платформы с навигационными комплексами установлены на всём протяжении пути, но иногда не перекрывали зоны наблюдения друг друга. Противник об этом прекрасно знал и подловил нас именно в мёртвой зоне. Когда самолёт по расписанию не вошёл в зону наблюдения, диспетчеры забеспокоились, а поскольку этот дипломатический рейс проходил под наблюдением службы безопасности, то беспокойство быстро переросло в тревогу. Через два часа оповестили по радио все корабли империи вблизи расчётной точки потери связи. Сообщения от капитанов пришли неутешительные. Никто не смог связаться с дипломатическим бортом на аварийной волне, но некоторые услышали слабые позывные аварийного маяка и были направлены руководством в точку возможного падения самолёта.
Теперь Лике пришлось успокаивать старика и заверять, что по её ощущениям у внучки, если и не всё в порядке, то далеко не так плохо, как кажется.
Я разбудила Титсена. Надо произвести пересадку на другой вид транспорта. Планер— вещь хорошая, но условия полёта не всегда будут такими идеальными, как сейчас. Добраться до земли самостоятельно у нас вряд ли получится. Скорость у магического планера больше скорости судна, обогнав корабль, мы приземлились на воду прямо по курсу судна.
Пока снижались, кратко проинструктировала напарника. Врать спасателям ничего не будем. Титсена, после карточного турнира, наняли для сопровождения дочери богатого аристократа на время путешествия по Западной империи.
Кресло я прихватила удачно. Поскольку самолёты летали над океаном, под сиденьем оказался надувной спасательный жилет. Его одного нам хватило. Освободившись от самого кресла, мы остались качаться на волнах, ухватившись за автоматически заполненный газом жилет. Сигнальные ракеты с собой я не прихватила, но заклинание магического шара огня сработало не хуже. Нас заметили. Корабль снизил скорость и спустил с борта катер. Мощные молчаливые матросы быстро втащили меня с рюкзаком и Титсена в катер.
Игрок приобнял меня и прошептал на ухо:
— Я так понимаю, вы в спецшколе учитесь?
— А в чём проблема? — тихо отозвалась я.
— Возможно, придётся подраться. В своё время имел возможность убедиться, что этому вас хорошо учат, — краем губ усмехнулся Титсен. — Матросик нас везёт знакомый, да и кораблик не первый раз вижу. Капитан судна может на меня слегка злиться. Обыграл его не очень давно, и тому пришлось выкупать у меня эту посудину. Сомневаюсь, что он мог забыть этот неприятный инцидент.