Богиня моря
Шрифт:
Только почему тогда она и в самом деле чувствует себя обиженным ребенком и готова заплакать от подступившего отчаяния?.. Линда уставилась в темный потолок, борясь с непрошеными эмоциями.
5
Понадобился почти час, чтобы понять, что уснуть ей больше не удастся. Совсем некстати проснулась совесть, которая разгневанно стала взывать к справедливости: «Ты не права, Линда, и сама понимаешь это. Так что тебе, детка, придется поднапрячься и попытаться исправить то, что ты опять успела натворить»…
Подчиняясь
– Зак, ты не спишь?.. – осторожно сказала Линда в непроглядную темноту. Ее голос прозвучал жалобно и очень беспомощно, но ответа не было. – Зак? Пожалуйста, скажи хоть что-нибудь, – сделала она еще одну попытку.
– Что тебе надо, Линда?
Холод в его голосе не прибавил ей оптимизма. Линда вздохнула и сказала в черную пустоту:
– Я… Зак, мы можем поговорить?
– О чем?
Его голос по-прежнему звучал ровно и сухо.
Зак отказывался делать даже малейшее послабление и хоть как-то помочь ей. Впрочем, Линда и не надеялась, что он оттает, едва услышав ее голос. Она переступила с ноги на ногу, опять вздохнула и вынудила себя произнести заготовленную речь.
– В общем, это время я провела в тяжких раздумьях о нашем разговоре. И, хотя я считаю, что мой поступок тебя не касается, а я уж и подавно не могу судить о том, как ты желаешь отдыхать, мне очень неловко. Я вовсе не хотела говорить ничего подобного, просто слетело с языка… Я не хотела тебя обидеть… И я совсем не думаю, что у тебя нет сил и мужества справляться с твоими проблемами…
– Зачем же все портить, Линда? Ты талантливо изобличила меня, указав на этот существенный недостаток… а теперь почему-то идешь на попятную… – Зак замолчал, а когда снова заговорил, его голос смягчился:
– Возможно, ты и в самом деле в чем-то права.
– Нет!
– Нет?
Все-таки темнота наряду с неудобствами имела и преимущества, которые Линда начала понимать только сейчас. Говорить, не видя лица собеседника, оказалось намного легче, нежели откровенничать, находясь под прицелом острого взгляда Зака. Темнота облегчала ведение этого разговора.
– Я думаю, ты просто устал. Это со многими бывает… А через некоторое время все приходит в норму. И знаешь, еще я хотела сказать, что в отношении меня ты прав. Мне стыдно, что я оказалась такой безответственной. И мне, как, впрочем, и подавляющему большинству людей, неприятно и сложно признавать, особенно при свидетелях, свои ошибки. Все дело в том, что я могла отказаться от этой поездки… В конце концов, даже приехав сюда, я могла просто остаться на берегу.
Я ведь не очень давно занимаюсь серфингом и на самом деле почти ничего не умею. Но я поддалась порыву, точнее из-за взыгравшего самолюбия решила, что со всем справлюсь. Моя самоуверенность вышла мне боком.
– Почему именно сейчас ты мне признаешься в этом? – медленно спросил Зак.
– Не знаю… – Линда растерянно хмыкнула. – Наверное, потому
– Иди сюда, – позвал Зак.
Линда замялась. Идти в такой кромешной темноте было весьма рискованно. Она плохо помнила расположение предметов в этой комнате, еще, пожалуй, наткнется на что-нибудь и расколотит ценную вещицу. Или просто упадет и сломает парочку ребер для полного счастья.
– Подожди, я зажгу свечу.
Тусклый свет почему-то показался ей чересчур ярким. Зак поставил зажженную свечу на столик и выжидающе уставился на Линду. Что ж, теперь у нее не было причины продолжать стоять, вцепившись в дверной косяк. Линда медленно двинулась вперед и присела на краешек кресла. Всего несколько футов разделяли их с Заком.
Она настороженно посмотрела на его лицо, пытаясь угадать, какое у него настроение, но Зак рассеянно смотрел куда-то в сторону.
– С тобой все в порядке? – тихо спросила она.
– Да. Знаешь, у меня странное чувство, что сегодня ночь откровений.
– Так иногда бывает, особенно у случайных попутчиков, – быстро отозвалась она. – Люди откровенничают, зная, что больше не встретятся:
– Может быть, ты и права. Но я хочу сделать ответный шаг и объяснить свое поведение. Вообще-то я пью очень редко, но этот остров, одиночество… Вдобавок ко всему я некоторым образом «сбежал» от своих проблем и мне просто нужно было «зализать» старые раны. И я позволил себе немного расслабиться, вот и все…
– А это действительно помогает?
– Отчасти. Несколько часов благословенного забвения, но потом… Потом все становится только хуже. Не советую пользоваться этим средством.
Линда хмыкнула.
– Учту на будущее.
Взгляд Зака наконец переместился на нее.
– Я вовсе не хотел срываться на тебе. Просто подумал о том, что ты подверглась огромному риску… Нет, не так! О том, что ты спаслась чудом и твоя возможная нелепая смерть привела меня в такое настроение…
Мрак едва разгонялся светом свечи, а непогода сближала, побуждая искать тепла другого человека, чтобы справиться с ощущением беспомощности перед яростью стихии и собственным одиночеством. Линда почувствовала, что в ее душе нарастает какая-то лавина, острое до боли переживание и непонятная нежность к этому мужчине. Она постаралась взять себя в руки и привести эмоции в порядок.
– Спасибо, что сказал мне это.
– Не за что. А теперь иди спать, Линда.
– Спокойной ночи, Зак. – Она снова взглянула на его лицо и не смогла сдвинуться с места.
Его темный взгляд словно поймал ее в ловушку, гипнотизируя и парализуя волю. Как во сне, Линда наблюдала, что Зак едва заметно придвигается, потом его лицо наклоняется все ближе… Теперь их разделяло несколько дюймов, а его теплое дыхание щекотно тормошило выбившуюся прядку на ее виске. Ее собственное дыхание по неизвестной причине стало учащаться…