Богиня на кухне

Кинселла Софи

– Она ваша племянница, миссис Гейгер? – уточнила я, когда Триш снова села. – Ее фамилия тоже Гейгер?

– Нет, ее фамилия Херст.

Мелисса Херст. Не помню такой.

– И где она работает? – Пожалуйста, скажи, что за границей...

– Не помню точно. Где-то в Лондоне. – Триш неопределенно повела рукой с коктейльным бокалом.

Допустим, мы с ней незнакомы. Все равно хорошего в этом мало. Лондонский юрист, да еще «очень способный». Если она работает в одной из крупных компаний, то наверняка

слышала обо мне. Там все знают о бывшем сотруднике «Картер Спинк», профукавшем пятьдесят миллионов фунтов и сбежавшем из города. То есть известны все скандальные подробности моего позора.

Вдоль позвоночника поползли мурашки. Едва она услышит мое имя, ей не составит труда сопоставить одно с другим… и правда выйдет наружу. И тогда меня ожидает не меньший позор. Все узнают, кто я такая. Узнают, что я скрывала и почему.

Я покосилась на Натаниеля и ощутила приступ дурноты.

Я не допущу этого. Ни за что.

Натаниель перехватил мой взгляд и подмигнул. Я от души приложилась к «Кровавой Мэри». Ответ прост: мне придется сделать все возможное и невозможное ради того, чтобы моя тайна так и осталась тайной.

18

Скорее всего, наша гостья меня не знает. Тем не менее я приняла меры предосторожности. Приготовила комнату, как велела Триш, а потом вернулась к себе и занялась маскировкой: собрала волосы в пучок на затылке, оставив впереди лишь несколько прядей, которые в артистическом беспорядке падали на лоб и закрывали глаза. Еще надела солнцезащитные очки, которые обнаружила в ящике стола. Судя по дизайну, привет из восьмидесятых; за большими зелеными стеклами моего лица было практически не разглядеть. В этих очках я подозрительно смахивала на Элтона Джона, но ничего, переживем. Главное – что я абсолютно не похожа на себя.

Я спустилась вниз, и мне попался Натаниель, с недовольным видом выходивший из кухни. Заслышав мои шаги, он поднял голову – и остолбенел. – Саманта, ты чего?

– Нравится? – Я небрежно поправила волосы. – Решила сменить имидж.

– А очки зачем?

– Голова болит, – сымпровизировала я и поспешила сменить тему: – Какие новости?

– Да все то же. – Он скривился. – Триш прочитала мне лекцию насчет шума. Сплошные запреты. Запрещается подстригать лужайку с десяти до двух. Запрещается включать косилку без предварительного уведомления. Зато разрешается ходить на цыпочках. На цыпочках!

– Это из-за чего?

– Да из-за племянницы, будь она неладна! Нам всем придется танцевать вокруг нее. Поганые адвокатишки! – Он словно выплюнул последнее слово. – У нее, видите ли, важная работа. А я так, дурью маюсь.

– Едет! – воскликнула Триш, внезапно появляясь из кухни. – Все готово? – Она распахнула переднюю дверь. Я услышала, как открывается автомобильная дверца.

Сердце бешено заколотилось. Момент истины. Я приспустила на лоб еще несколько прядей, стиснула кулаки. Если эта женщина мне знакома, я не буду поднимать глаз, стану отделываться короткими

фразами. Я – экономка. Я всегда была экономкой. Что вы, какая юридическая практика?!

– Мелисса, здесь тебя никто не потревожит, – заворковала Триш. – Я проинструктировала прислугу, они приложат все усилия…

Мы переглянулись. Натаниель закатил глаза.

– Вот сюда, милая! Давай, я подержу дверь…

Я затаила дыхание. Секунду спустя в дом вошла Триш, за которой следовала совсем молоденькая девушка в джинсах и обтягивающем белом топике, волочившая за собой рюкзак.

И это высокооплачиваемый лондонский юрист?

Я недоверчиво разглядывала гостью. Длинные темные волосы, симпатичное личико, лет, наверное, двадцать или около того.

– Мелисса, это наша замечательная экономка… – Триш наконец заметила мой прикид. – Саманта, что с вами? Вы прямо как Элтон Джон!

А я-то надеялась остаться незаметной серой мышкой. Перестаралась, похоже.

– Здравствуйте, – проговорила я, снимая очки, но голову не подняла. – Очень приятно.

– Тут так шикарно. – Произношение выдавало в Мелиссе выпускницу пансиона, равно как и прическа. – Лондон меня достал.

– Миссис Гейгер сказала, что вы юрист… и занимаете важный пост…

– Ну да. – Она самодовольно улыбнулась. – Я учусь в юридическом колледже в Челси.

Что?

Никакой она не юрист. Всего лишь студентка. Младенец. Я рискнула встретиться с ней взглядом. Ни проблеска узнавания. Хвала небесам, эта девчонка не представляет для меня угрозы. От облегчения я чуть не расхохоталась.

– А это кто? – Мелисса повернулась к Натаниелю, обольстительно похлопала накрашенными ресницами. Натаниель нахмурился.

– Это Натаниель, наш садовник, – сказала Триш. – Не волнуйся, я выдала ему четкие инструкции, чтобы он тебя не беспокоил. Предупредила, что тебе необходим полный покой.

– Ой, у меня столько работы! – Мелисса тяжко вздохнула и провела рукой по волосам. – Я так устаю, тетя Триш. Сплошные стрессы.

– Милая моя, как я тебе сочувствую! – Триш обняла Мелиссу за плечи. – Ну, чего бы ты хотела? Мы все в твоем распоряжении.

– Распакуйте мои вещи, – попросила Мелисса меня. – Они наверняка помялись, так что их придется погладить.

От подобной наглости я слегка опешила. Она что, сама не может распаковать свой чемодан? Или меня назначили к ней в служанки?

– А заниматься я буду в саду, – продолжала Мелисса все тем же тоном избалованной и капризной девчонки. – Может, садовник поставит для меня столик в тени?

Триш с восхищением следила, как Мелисса копается в рюкзаке и достает книги.

– Вы только посмотрите, Саманта! – воскликнула она, когда Мелисса извлекла «Введение в судопроизводство». – Какие длинные слова!

– Bay! – Что еще я могла ответить?

– Приготовьте нам, пожалуйста, кофе, – сказала Триш. – Мы будем на веранде. И прихватите какого-нибудь печенья.