Богиня на кухне
Шрифт:
– Ну… не совсем. – Мне удалось подавить смешок.
Гай, похоже, удивился.
– Ты по-прежнему занимаешься банковским правом, верно? Только не говори, что сменила род деятельности. – Он внезапно подобрался. – Ты ведь не подалась в торговое право, а?
– Нет, не подалась. Знаешь, мне пора. – Я взялась за ручку двери. – Увидимся.
Я съела сэндвичи. Выпила минеральную воду. Полчаса меня никто не беспокоил. Возникло даже ощущение, будто меня поместили в карантин из-за какой-то жуткой болезни. Могли бы журналов,
Наконец в дверь постучали, и появился Кеттерман.
– Саманта, позвольте пригласить вас в зал заседаний совета директоров.
Ого! Ни фига себе!
Следом за Кеттерманом я вышла в коридор. Встречные провожали нас сосредоточенными взглядами, за моей спиной слышались шепотки. Кеттерман распахнул тяжелые створки дверей, и я вступила в зал заседаний. Нас поджидали партнеры компании – примерно половина от общего числа, насколько я могла судить. Кеттерман молча прикрыл дверь. Я посмотрела на Гая; он ухмыльнулся в ответ, но этим и ограничился.
Я что-то должна сказать? Или нет, сейчас не моя очередь?
Кеттерман занял место среди партнеров и повернулся ко мне.
– Саманта, как вам известно, ведется… расследование недавних событий. О результатах говорить пока преждевременно. – Он сделал паузу; я заметила, как другие партнеры обменялись взглядами. – Тем не менее мы готовы признать, что с вами поступили несправедливо.
Что? Я растерялась. Он это признает! Заставить юриста признать, что он допустил ошибку, – все равно что вынудить кинозвезду честно рассказать о липосакциях и прочих хирургических процедурах, которым она обязана своей красотой.
– Извините? – Я притворилась, что не поняла, чтобы услышать эти слова еще раз.
– С вами поступили несправедливо, – повторил Кеттерман и нахмурился. Ему явно не доставляла удовольствия эта часть разговора.
Так и подмывало захихикать.
– Простите, что сделали?
– Поступили! – рявкнул Кеттерман. – Несправедливо!
– А-а! – протянула я с вежливой улыбкой. – Спасибо. Я вам очень признательна.
В голову вдруг пришла мысль, что в качестве компенсации они предложат мне какой-нибудь бонус. Денежную сумму. Или отпуск.
– И потому, – Кеттерман помедлил, – мы хотели бы предложить вам место полного равноправного партнера. При согласии решение вступает в силу немедленно.
Я так обалдела, что едва не села на пол посреди зала. Полный равноправный партнер?
Я раскрыла рот, но слова не шли с языка. Ноги стали ватными. Я беспомощно огляделась, напоминая сама себе рыбу на крючке. В юридической компании не существует более высокого статуса. Это самое престижное место. Я о таком и мечтать не смела.
– Добро пожаловать домой, Саманта, – сказал Грег Паркер.
– Добро пожаловать, – подхватили другие. Дэвид Эллдридж тепло улыбнулся. Гай показал мне большой палец.
Принесите шампанское. – Кеттерман кивнул Гаю, и тот распахнул
Как-то слишком быстро все происходит. Надо что-нибудь сказать.
– Э… Прошу прощения. Я ведь не сказала, что принимаю предложение. Публика замерла, словно видеокассету поставили на паузу.
– Извините? – Кеттерман обернулся ко мне с выражением крайнего недоверия на лице.
Господи! Я так и знала, что они болезненно это воспримут.
– Дело в том… – Я запнулась, пригубила шампанского, раздумывая, как бы высказаться потактичнее.
Я думала об этом весь день, снова и снова. Быть партнером «Картер Спинк» – этим я грезила всю свою сознательную жизнь. Недостижимая высота. Желанная награда. Счастье.
Вот только как быть со всем остальным? Со всеми теми маленькими радостями, о существовании которых я и не подозревала несколько недель назад? Со свежим воздухом? Со свободными вечерами? С выходными в моем полном распоряжении? С посиделками в пабе после рабочего дня, с сидром, с дружеской болтовней, с блаженным бездельем, с жизнью, лишенной постоянных забот и тревог?
Даже статус полного равноправного партнера не имеет в сравнении с этим никакого значения. Я изменилась. Миссис фарли права – я расцвела. Перестала быть тенью.
И чего ради мне снова ею становиться?
Я прокашлялась, оглядела зал.
– Для меня ваше щедрое предложение – высочайшая честь, – сказала я искренне. – Я бесконечно вам признательна. Однако… я вернулась не для того, чтобы возобновить работу в компании. Я всего лишь хотела восстановить свое доброе имя. Доказать, что я не совершала ошибок. – Я не удержалась и покосилась на Гая. – Дело в том, что, покинув «Картер Спинк», я… нашла себе новую работу. Она мне очень нравится. Поэтому позвольте мне отказаться. Ошеломленное молчание было мне ответом.
– Большое спасибо, – прибавила я вежливо. – За все… и за шампанское.
– Она серьезно ? – спросил кто-то в задних рядах. Кеттерман и Эллдридж мрачно переглянулись.
– Саманта, – произнес Кеттерман, выступая вперед, – я вполне допускаю, что вы могли найти другую работу. Но вы же выросли в «Картер Спинк». Здесь вы стали профессионалом. Вы принадлежите этой компании.
– Если проблемах в деньгах, – присоединился Эллдридж, – думаю, мы сможем удовлетворить ваши запросы. – Он посмотрел на Гая. – В какую фирму она перешла?
– Назовите ваше место работы, – деловито предложил Кеттерман. – Я переговорю со старшими партнерами, с директором по персоналу – словом, с тем, кто принимает решения подобного рода. Мы все уладим. Какой номер телефона? – Он достал свой наладонник.
Я крепко стиснула зубы, чтобы не расхохотаться.
– Там нет директора по персоналу, – объяснила я, кое-как совладав с собой. – И старших партнеров нет.
– Нет старших партнеров? – Кеттерман досадливо покачал головой. – Как такое возможно?