Богоборец

Новицкий Валерий

Глава 24

Я посмотрел на сестру. Она не так сильно переживала, когда мы убегали, как сейчас. Распахнутые глаза, испуганный вид, взгляд как будто в никуда и дрожь в руках.

Софию можно было понять. Она думала, что все проблемы закончились после того, как я помог ей. Но на самом деле это лишь начало. Я изначально понимал, что церковники не отстанут от нас просто так. Уж слишком хорошо их знаю. И сейчас сестра боится, что её найдут и опять сделают послушницей против её воли.

Но пока я жив, этому не бывать!.

В прошлом я сталкивался с куда более тяжёлыми ситуациями и всё равно успешно их преодолевал. Сейчас, правда, немного всё осложняет мой низкий магический ранг…

«Прорвёмся!» — настроил сам себя на позитив. Первое, что необходимо сделать прямо сейчас — это позвонить профессору.

Держа телефон в руках, отошёл в другую комнату. Набрав номер, приложил смартфон к уху и после нескольких непродолжительных гудков услышал голос Михаила Афанасьевича.

— Здравствуйте. Кто это?

— Профессор, это Тимофей.

— Тимофей! Рад, что ты наконец-то со мной связался. Ты слышал, что произошло? Город оцепили. Церковники ищут человека, который устроил переполох в храме…

— Профессор, сейчас нет времени на подобные разговоры, — перебил мужчину, — Мы готовы уезжать. Сестра со мной.

— Хорошо, что у тебя получилось освободить свою сестру… Но из-за того, что Тверь оцепили и заблокировали все выезды из города, уехать прямо сейчас будет ой как непросто… Может, просто переждём, пока шумиха не уляжется, и тогда покинем Тверь?

— У нас нет времени. Уезжать нужно прямо сейчас! — настаивал на своём.

Нужно сваливать, пока церковники не добрались до меня и Софии. Но вдаваться в подробности при разговоре с профессором не хотелось. Надеялся, что он не будет задавать лишних вопросов.

— Хорошо… — слабо произнесли в трубку. — Я понимаю… Думаю, есть шанс прорваться через оцепление благодаря моему статусу. Всё-таки я профессор главной академии княжества Громовых. И Тверь тоже является территорией нашего княжества. Так что всё может получиться, — затараторил профессор, будто пытался убедить меня и себя в том, что дело не обречено.

— Отлично! Приезжайте по адресу Сорокина семь. Мы уже готовы, — торопливо проговорил.

Я могу многое просчитать, но не реакцию и работу церковников в новом для меня времени. Знаний у Тимофея по этому вопросу тоже не было.

— Буду у вас через пятнадцать минут. Зелёный микроавтобус, — сказал Сапожников и бросил трубку.

Закончив разговор, невольно выдохнул. Больше всего я переживал, что профессор передумает и откажется помогать. Но, видимо, мои формации сильно его зацепили. Иначе очень сложно объяснить, почему по сути чужой человек готов приложить столько усилий и пойти на большой риск, чтобы помочь мне и моим близким.

Я не был наивным. Ему плевать на мою сестру и мать. Профессора интересую только я и мои знания. И пока это взаимовыгодное сотрудничество — меня устраивает.

Вернулся в комнату, где меня ждали дамы. Окинул взглядом

присутствующих. София, кажется, уже более-менее пришла в себя. Она всё ещё нервничала, но уже не так сильно, как после прочтения сообщения. Ангелина, казалось, вообще не испытывала каких-либо переживаний и беспокойств. Она смотрела на меня с хитрой улыбкой на устах. А по маме было видно, что она не понимает, что сейчас происходит. Поэтому, как только я вернулся, больная женщина посмотрела на меня хмурым взглядом:

— Тим, пожалуйста, объясни мне, что случилось. Голова кругом идёт от событий…

Всех нужно ввести в курс дела, чтобы в случае чего не сглупили. Нам предстоит побег из города с чужими людьми.

Глянул на маму и её паршивое состояние и вздохнул.

— Дело в том, — Начал я спокойным голосом, — что священники забирают девушек простолюдинок не для богослужения. Послушницы нужны церковникам для специфических утех. Поэтому я вытащил оттуда Софию. Я не мог позволить сестре стать секс-рабыней этих уродов. И теперь у нас из-за этого проблемы. Её ищут, как и меня.

Пока говорил, внимательно наблюдал за реакцией матери. И, как я и ожидал, женщине было трудно поверить в такое.

— Что ты такое говоришь?.. Не смей произносить подобные слова про божьих посланников! Не дай Бог кто-то посторонний это услышит… — нервно замотала головой мать.

— К сожалению, это правда! — добавил в голос твёрдости, продолжая внимательно смотреть в глаза бедной женщине.

— Сынок, твои слова… Это богохульство! Сам подумай. Как могут посланники великих Богов так мерзко себя вести? Этого просто не может быть! Кто-то бы узнал… Это… Бред! — повысила голос мать, после чего начала истошно кашлять.

Я отлично знал, насколько в этом мире сильна религиозная пропаганда, но… Мне тяжело принять, что, казалось бы, далеко не глупые люди готовы верить во всё, что им говорят…

К сожалению, мозги промывают ещё с малых лет. Сначала в садике, потом в школе… И даже родители воспитывают в детях поклонение Богам. И, казалось бы, с появлением средств массовой информации ситуация должна была улучшиться, но всё стало еще хуже. То же телевидение — ещё тот инструмент зомбирования людей.

Всемирную сеть, казалось бы, гораздо сложнее контролировать, тогда почему ранее я не смог найти никаких следов преступлений церкви в общем доступе? Видимо, она тоже под контролем…

— Мама, то что говорит Тим… Это правда, — в разговор вмешалась сестра. — Когда меня готовили стать послушницей, я всё сразу поняла. Священники смотрели на нас похотливыми взглядами, как на какое-то мясо. Шлёпали по задницам. Говорили, что… нужно подождать конца церемонии и они нами займутся…

Эти слова дались Софии с трудом. Ей было тяжело осознавать ту участь, которую ей приготовила церковь.

— Нет, не может быть… Такого просто не может быть! — мотала головой мама. — Вы могли всё неправильно понять. Возможно, это простое недоразумение.