Богоубийца
Шрифт:
— Ну так что? — они удостоили драконорожденную неуверенными кивками. — Тогда пошли… Как только переоденетесь в удобные одежды. Хотя нет, пусть так. Будет даже забавно, — троица оставила зал за спиной и вышла во двор.
Ильма привела их в тренировочное поле стражников. Обширный плац, располагался в пустыре солидной площади. Вдоль стены на манекенах отрабатывали удары «молодняк» стражи. Сержант что-то гаркал на розовощёких юнцов. Они прекратили свои действия и встречали взглядами прекрасно разодетых дам. Матюкаясь через каждое слово, сержант чуть не прикусил
— Ильма, зачем мы здесь? — хмурясь в сторону стражников, спросила Морриган.
— Здесь начнутся ваши муки… — зловещим тоном ответила ей довакин, обнажая свои белоснежные клыки в оскале.
Глава 22 Начало начал
— На самом деле, я никогда не обучала кого-либо ту’уму. Я понятия не имею, что надо делать, — призналась Ильма. Ее будущие ученики с сомнением похлопали глазами. — Просто попытаюсь передать вам то, чему сама обучалась. И так, начнем: попробуйте прочувствовать и выдержать на себе поток духовной силы.
Как и когда-то Арнгейр обучал Ильму, а его самого Партурнакс, Ильма направила в Морриган и Ал поток своей души. Неподготовленные девушки, к тому же без драконьих сущностей, естественно, не выдержали весь натиск потока. Знание древнего языка драконов с силой вгрызалось в их разумы. Даже для Ал, уже знающей этих слов, пришлось невыносимо тяжко. Девушки буквально горели изнутри. Задыхаясь от нехватки воздуха и едва не вопя от боли из-за нечто обжигающего изнутри, Морриган с Ал рухнули на землю. Неизвестный язык звучал оглушительно громко, привнося сильные головные боли. Тело прошиб холодный пот, спустя некоторое время, они, наконец, успокоились.
— Ч-что это было… — осевшим голосом спросила Морриган, еле поднимаясь с земли.
— Э-это же «Фус», но почему оно звучит так незнакомо?! — присоединилась к вопросу Ал.
— Верно, это «Фус». То есть «Сила» на драконьем языке. Я передала вам своё понимание этого слова силы. И как самочувствие?
— Не уверена… Словно наизнанку вывернули и окунули в жерле вулкана, — нашла подходящие слова Ал. — Я, я не понимаю, неужели это так трудно… Ох.
— Ещё бы. Морри, ты как там?
— Мм… В порядке. Но Ильма… Ты сказала на драконьем языке?
— Эм… Да, а что? — с недоумением ответила бретонка.
— Мм… Ничего, — ведьма не стала дальше расспрашивать.
Морриган не почувствовала каких-либо кардинальных изменений, кроме боли, разумеется. Не учитывая всеобщее недомогание и дрожь по всему телу, она не получила явных сил и знаний. Все странные слова звучали слишком чуждо и были непонятны. Как будто, сама её душа сопротивлялась чему-то извне.
— Хм… Что-то слишком болезненно вы перенесли легкий поток, — размышляла довакин. Почесывая подбородок, она думала, с какого угла подойти к обучению и не могла определиться.
«А я ещё гнала на седобородых за неторопливость… Каюсь, каюсь…», — вспомнила свои дни в Высоком Хротгаре Ильма. Месяц, проведенный на глотке Мира, Ильма считала невыносимо долгим. Старцы проводили все свои дни по одному и тому же режиму с утра до вечера. И поэтому для неусидчивой бретонки такой размеренный темп жизни был просто невыносим.
«Что-то я упускаю… У них точно нет драконьей души, но у Арнгейра ведь тоже. А он ту’умом владел будь здоров. Эх… Надо было слушать их повнимательней…», — активно копалась в памяти Ильма.
— Аа, точно! — вдруг осенило Ильму. — Ал, Морри, вы видели когда-нибудь свои души?
Вопрос бретонки ввел их в некий ступор. Брюнетки вновь тупо похлопали глазами. Оно и неудивительно, большинство даже не верит в существование той самой души, не говоря о созерцании воочию.
— Душу? — переспросила Ал.
— С тобой-то всё более-менее понятно, Ал. Ты изменилась, и твоя душа только-только начинает формироваться из остатков. Но Морри, тебе никогда не приходилось бывать на грани жизни и смерти?
— Мм… Предполагаю вы не имеете ввиду что-то вроде простуды… Нет, ничего серьезного.
— Хм… Полагаю, у нас нет другого выхода, — пришла к выводу Сентинел и помрачнела. — Вы должны умереть.
— Прости, что?! — испуганно ответили девушки. Голос Сентинел звучал серьезно, без ее привычной иронии и беззаботности.
— Не совсем, а всего лишь чуть-чуть, — немного повеселела бретонка и обыденным голосом объяснила.
— Кхм-кхм… Можешь объяснить, довакин?
— Я не знаю точно, думаю, ваши души спят глубоким сном и их нужно как-то встряхнуть. А для этого подходит только один вариант — смерть.
— Ильма, вы уверены в этом? — Морриган верила словам Ильмы, она уже стала понимать, когда та отвечала с иронией или с сарказмом, и когда говорила абсолютно серьезно. Но, «почти умереть» — все равно огромный риск. Особенно учитывая, что понятие «опасности» у Ильмы — точно не такое же, как у других людей.
— Да, Морри. Боюсь, иначе ничего не выйдет.
Алдуин и Морриган встали перед сложным выбором: рискнуть и научиться драконьим крикам, что может привести их к непредсказуемым результатам или вообще к смерти.
С другой стороны: отказаться и больше никогда не поднимать эту тему. В отличие от ведьмы, переродившаяся в человека душа дракона не стала колебаться.
— Дова, я готова рискнуть.
— Не волнуйся, Ал. Если умрешь, я даже заплачу. Немножко. Честно-честно. Наверное…
— Дова, будь серьезней, — осуждающе покачала головой Ал, но все равно не могла сдержать улыбки, видя грустные глазки Ильмы, когда та изображала печаль.
Морриган разрывалась между инстинктом самосохранения и уникальным шансом. Ведь в случае успеха она может получить силу и знания, чтобы никогда не чувствовать себя чьей-то добычей. Хорошенько обдумав все «за» и «против», она пошла против своих инстинктов.