Боль

Май Рафаэль

Наконец долгожданный сигнал был подан. Гоночные машинки рванули по трассе, и Филип, которого подрезал на первом же повороте Марк, вылетел с нее на обочину и врезался в ограждения, потеряв несколько секунд. Маркус виртуозно преодолевал все виражи, дрифтуя на каждом повороте и оставляя своих соперников далеко позади. Он всегда приходил первым, пока не получил травму голеностопа, из-за чего не мог соревноваться почти два месяца. И хотя гонки были лишь одним из многих вариантов досуга, собственная неспособность прийти первым нервировала Марка. Он никому не рассказывал, даже

Филипу, что все время, что Маркус лечил свой сустав, он в тайне от всех приезжал по вечерам в клуб, чтобы научиться дрифтовать, не сшибая ограждения. В нем было столько азарта, что он даже что-то выкрикивал, болея за самого себя. Подобный кайф он получал от многих вещей, которые делал лучше остальных. Но этот драйв, подкрепленный духом соперничества и непокоренной вершиной, был абсолютно чистым и опьяняющим, как неразбавленный виски.

Однако даже два месяца тренировок не позволили ему обойти в этот раз чемпиона.

– Кто из вас счастливчик на этот раз? – съязвил он. – Я выбираю ресторан.

Филип неохотно поднял руку.

– Вы серьезно, – Маркус усмехнулся, увидев разочарованные лица. Он стянул с себя кожаные перчатки, прилипшие к вспотевшим ладоням. – Я же профессиональный гонщик. Поражаюсь, как вы умудряетесь не терять надежду обогнать меня.

– Ну что у нас дальше по плану?

– Ужин, – ответил Филип. – Программа минимум за мой счет. Все как обычно.

– Я не об этом, – Марку не терпелось сделать что-то, в чем его сложно было превзойти. – Чем займемся в следующие выходные?

– Надо подумать, – Маркус развел плечами.

– Может, каноэ? – предложил Марк.

– Чтобы снова поужинать за мой счет? – пробормотал Филип, зная, что в сплавах на каноэ Марк был пятикратным чемпионом. – Так не пойдет… Может быть, выберем что-нибудь, где наши шансы будут хотя бы примерно равны?

– Они никогда не будут равны, пока ты не начнешь ходить в спортзал, – Маркус ухватил его за прослойку жира на животе.

– Ну они так же могут стать равны, если вы, качки, перестанете тягать железо три раза в неделю, – недовольно буркнул Филип. – И я имел в виду, что-нибудь такое, что никто из нас не пробовал раньше.

– Мне кажется, я уже все перепробовал, – признался Марк.

– Рыбалка, например, – нерешительно предложил Филип.

Маркус едва не взорвался от смеха.

– Я сейчас не ослышался? – Марк расплылся в улыбке. – Может, ты нам еще мыловарение и вязание предложишь?

– На что ты намекаешь? – Филип скуксился. – Рыбалка – не мужское занятие?

– На то, что это занятие для пары пожилых пенсионеров, – ответил Марк. – Я прямо так и представил, она варит мыло и вяжет, а он сидит и рыбачит. Это скучно, Филип!

Филип был не в лучшей физической форме. Небольшой лишний вес нисколько ему не мешал, однако соревноваться на равных с Маркусом и Марком ему все же не хватало тонуса. Он старался догнать своих друзей и перешел на правильное питание, а вот подружиться со спортом у него не хватало времени.

– Что насчет одиночной регаты на Балтийском море? – предложил Маркус. – Я бы попробовал.

– Я бы предпочел что-нибудь, менее зависящее от погоды

и направления ветра, – ответил Марк.

– Может, тогда футбол? – спросил Филип.

– Нет, ненавижу футбол, – отрезал Марк. – Может, съездим в Skevik полазать? Посмотрим, кто при прочих равных условиях, сможет взобраться по скале высотой тридцать метров.

– Скажите, а нам обязательно в чем-то соревноваться или мы можем заняться чем-то в команде?

– Филип, тебе не придется никуда взбираться. Пока мы будем лазить, ты можешь порыбачить, – Марк рассказал, что там есть небольшое озеро, и если другу не по душе экстремальный спорт, то он вполне может заняться своим пенсионерским хобби.

Вместе с Маркусом они еще минут десять подтрунивали над Филипом. Поэтому он совершенно точно решил, что после ужина запишется в спортзал.

* * *

Ресторану друзья в этот раз предпочли небольшой стейкхаус, в котором можно было не только выпить пива, но и отведать брутальной и не очень полезной кухни. Как и полагается в любом пабе, коим являлось сие заведение, они заказали себе пива, гренки и охотничьи колбаски, пока готовились основные блюда.

– Ты, кажется, хотел вчера что-то обсудить? – голодный Маркус безжалостно расправлялся с закусками.

– Да, – Марк вспомнил, что на вечеринке ему так и не удалось поговорить. – Я хотел поговорить о Никольском Юрии.

От услышанного имени лоб Маркуса покрылся мелкими складочками, мгновенно состарив его на пять лет.

– О чем конкретно?

– О его инвестиционных ресурсах, – ответил Марк. – Мы рассматриваем сейчас новые территориальные направления в бизнесе. И рынок Москвы – одно из самых привлекательных сейчас.

– А ты не хочешь дождаться маркетинговых отчетов? – возразил Филип. – Прежде чем принимать подобные стратегические решения, мы должны увидеть результаты исследования рынка.

– Я и так примерно знаю, какими они будут, – ответил Марк. – И зачем терять время, если уже можно начать поступательное движение к своим целям.

Опыт Филипа подсказывал, что Марк прав: Москва сможет стать для их бизнеса золотой жилой, но ему явно не нравилось, что друг ставит под сомнение многое из того, что он делает, и пренебрегает рекомендациями, полагаясь исключительно на свое чутье.

– Зачем я тогда заказывал отчеты, если ты все решил без них? – спросил Филип.

– Не переживай, эти отчеты еще пригодятся при детальной проработке стратегии проникновения на рынок, – уверил Марк. – Так что на счет Никольского? Он рассматривает сейчас возможности для вложения денег?

– Он всегда их ищет. У него их столько, что некуда девать, – Маркус сделал пять глотков подряд, чтобы утолить жажду. – Но почему ты спрашиваешь?

– Было бы не плохо, если бы он помог нам войти на российский рынок, – ответил Марк.

– Он никому не помогает…

– Не безвозмездно, конечно, – Марк был не намерен отступать. – Ты можешь с ним поговорить?

– Исключено, – Маркус разжевывал пропитанную маслом хрустящую чесночную гренку.

– Но он, кажется, был твоим хорошим приятелем? – Филипа насторожила его категоричность.