Боль
Шрифт:
Она закатила глаза, взяв платье.
"Потому что это было опасно для моей жизни, - Наташа зашагала в примерочную комнату.
– А это значит, что сейчас я нахожусь в большой опасности и, да, он прав, лучше бы я не ничего не знала".
Мрачное настроение девушки усилилось, но она ни о чем больше не думала. Остановившись рядом с примерочной комнатой, она сняла с вешалки черное платье и улыбнулась.
Сшитое из гладкого черного шелка платье без бретелек, длиной до колен. И хотя подол у него чуть подкачал, все равно оно должно было обтягивать
Оно относилось к разряду тех платьев, которые способны изменить мир.
Наташа сняла платье и сняла вешалку со свободными штанами цвета хаки, джинсовый топ и короткую джинсовую ветровку.
Образ оказался довольно неплохим, даже сексуальным.
День тянулся, и девушка все больше уставала. Постоянно отвлекаясь на мысли об Алексе и чувствуя ноющую боль.
Конечно, девушка купила еще несколько вещей и, направляясь к лифту, заметила ювелирный магазин.
Наташа подошла к одной из витрин.
Красивый браслет, переплетенный несколькими цепочками из золота и покрытый маленькими камешками, фиолетового с бирюзовым. Оно украшало бы любую девушку.
Наташа, не раздумывая купила его.
И спускаясь на парковку, сияла от счастья, радуясь, что шикарный браслет принадлежит ей.
Наташа любила ходить по магазинам и покупать то, что хочет она. В детстве мама многое запрещала, так как было мало денег, поэтому маленькая девочка никогда не любила ходить по магазинам, а теперь девочка выросла и покупки стали любимым делом, но в пределе разумного...
Шопинг вывел Эмми из депрессии.
Девушка вышла из магазина с полными пакетами, все пакеты положила в багажник машины, затем посмотрела на часы и шепнула:
– Фотосессия, черт.
Закрыв багажник, села в автомобиль и поехала на место встречи.
На месте, певица вошла в здание с охраной, целая толпа поклонников и папарацци снова окружили здание.
Девушка сразу отправилась к стилистам: ее волосам придали объем и с начесом закололи волосы, из пучка некоторые локоны выбивались. Она надела элегантное черное платье длиной до колена, спина оголена - ее украшали белые бусы. Весь образ подчеркивали черные туфли на шпильке.
Эмми выглядела элегантно.
Фотограф фотографировал ее в разных позициях, девушка справлялась со всем идеально.
Сессия длилась около трех часов.
После девушка переоделась в свою одежду и отправилась домой, где ее ждал Женя. Доехала за пятнадцать минут, припарковав машину, заметила брата - он шел к ней.
Вид у юноши был взволнованный, глаза пылали яростью.
– Что случилось?
– спросила Наташа, выходя из машины.
Девушка замерла.
– Сиди дома и ни шагу; после того Алекс или Алиса придут за тобой и... я не знаю
Девушка от удивления не могла открыть и рта.
– Настя, Таня... они все узнали, - продолжил Женя, вытаскивая пакеты из багажника.
– Я им помогу, - он отдал сестре сумки.
– Сиди дома и ни шагу
На прощанье чмокнул в лоб и сев в машину, уехал.
Наташа потрясенная, пошла в подъезд.
Круг вовлеченных в это дело расширился, теперь все узнали - все друзья девушки. Но девушка об этом не заморачивалась и стала заниматься своими делами.
Новенькие кофточки, маячки, ветровки, штанишки, шортики и юбочки украсили шкаф. Она легла на кровать, смотря по телевизору "Интернов", девушка не заметила, как погрузилась в очередной сон.
Наташа уже сделала несколько шагов, когда Алекс окликнул ее.
– Наташа?
– Она оглянулась.
– Я сожалею, - сказал он. Он сделал паузу, и его выражение сожаления стало настороженным.
– Что ты разочаровалась...
Она отвернулась и продолжила идти, не понимая значения слов Алекса. Почему он сказал ей именно эти слова, да, и...
Она выглядела иначе - волосы распущены и длинное кровавое платье с длинными лентами в подоле юбки, ленты обматывали руки, казалось, что она вскрыла вены. В коридоре дул ветер, и он задувал волосы за спину, и подол платья оголял ноги, девушка была босая...
Все выглядело очень необычно и страшновато.
Когда Наташа почти достигла двери, она увидела, какое-то движение боковым взглядом. Ее настроение резко упало. Девушка повернулась и...
– Нет, - сказала она тихо. Это должно быть какая-то уловка.
– Нет.
Это был сама Наташа. Или оно выглядело как сама она.
Ее - или оно или что бы это ни было - было сложно увидеть. Его форма не была иллюзорна, будто стоял ее двойник, но только злой...
Кудрявые волосы длиной до самого таза, черный макияж и одежда: светло серое платье длинной выше колена, позади ног укрывали ленты подола в пол, словно... хвост. Она была грустной - очень, очень грустной, а глаза были уж слишком, кошачьи и игривые, такие злые.
Всматриваясь в ее глаза, Наташа чувствовала свое сердце разбитым.
Злой двойник, на ладони держал кровавую розу, не сводя глаз с Наташи.
Она тоже изучала ее, никогда не изменяющимся выражением лица. Грустное. Мрачное. Серьезное. Она открыл свой рот, как если бы она могла бы говорить, и затем закрыла его. Несколько более тяжелых моментов зависли в воздухе между ними, и затем она протянула к ней свою руку с розой. Что-то в этом движении отразило ее изумление. Нет, этого не могло быть. Наташа не видела этого.
Ее пальцы двигались медленно, будто манили, и девушка запаниковала. Эмми отступила назад на несколько шагов, тем самым увеличив расстояние между ними, и стала ждать того, что произойдет. Она не двинулась. Она просто стояла с поднятой рукой. Наташино сердце бешено забилось, она повернулась и побежала. Когда она почти добежала до двери, она остановилась и обернулась, чтобы ее дыханию восстановилось.
Никого не было.
Наташа поднялась в свою комнату и захлопнула дверь, руки дрожали. Обернувшись, вплотную прижалась к двери.