Большой Дом
Шрифт:
У Матроскина аж свербело всё-всё высказать, что он думал о педагогических талантах родителей дяди Фёдора.
Все вместе они пошли вниз по улице, к реке. Они молчали — всё что можно было сказать, они уже сказали.
Дядя Фёдор шёл первым. За ним шли родители, а замыкали процессию Матроскин и Ирвен. Так добрались они до пирса.
Тут пёс подошёл к мальчику.
— Ты вот что. Ты запомни моё имя. Если что говори, что Ирвен Псоглавец тебе покровительствует.
Дядя Фёдор поблагодарил его, обнял всех и расплакался. А потом вытер слёзы и направился по скрипучим доскам.
В тумане над рекой воздух пришёл в движение, обратился белыми крыльями — будто лебедь опустился на воду и обернулся лодкой.
Папа сжал мамину руку. Матроскин вздохнул. Ирвен стоял неподвижно, на плече его сидел воронёнок.
Человек в брезентовом дождевике кивнул дяде Фёдору. Мальчик помахал на прощание рукой, спустился в лодку и осторожно сел на скамью.
Лодка даже не шелохнулась под его весом.