Борьба за трон

Эйнсворт Уильям Гаррисон

– Я всегда опасался, что кто-нибудь выдаст заговор. Слишком много было заговорщиков.

– Бедный сэр Фенвик! – воскликнула королева. – Я боюсь, что он уже осужден. Как бы мне хотелось спасти его.

– Вильгельм Оранский готов пощадить его.

– Вы ошибаетесь! Он в когтях тигра, который жаждет его крови.

Вальтер молчал, зная, что королева Мария Моденская ненавидит Вильгельма и не Желает признавать за ним никаких хороших качеств. На его счастье, к ним подбежал принц, и разговор

принял другое направление.

Вальтер почти не видел короля. Погрузившись в меланхолию, его величество избегал общества своих приверженцев и проводил время или в кабинете, или в уединенных прогулках по лесу. Редко-редко появлялся он на террасе и обедал всегда отдельно.

Каждое утро Вальтер должен был являться к королеве и сопровождать ее на прогулку.

Он прожил в Сен-Жермене почти неделю и ни разу еще не видал Беатрисы, которая, по словам королевы, поправлялась и скоро должна была выйти из своей комнаты. То же говорил ему и полковник Тильдеслей.

Однажды утром полковник и Вальтер получили через пажа приглашение сопровождать королеву. Вальтер хотел было разузнать, почему их приглашают так рано, но паж не мог сообщить ему ничего.

Утро было великолепное, а день обещал быть жарким. Вальтер предчувствовал, что Беатриса будет с королевой. И, действительно, когда оба они вышли на террасу, то увидели внизу в саду двух дам, которые сидели на скамейке. Они были совершенно одни. При их приближении королева приказала своей фрейлине встретить гостей и привести их к ней. Беатриса бросилась вперед и через секунду прижималась уже к груди Вальтера. Полковник Тильдеслей быстро подошел к королеве, которая приняла его весьма милостиво.

– Проводите меня, полковник, к моим фрейлинам, – сказала она, поднимаясь. – Они должны быть на другой стороне парка. Я принимаю большое участие в Беатрисе, – продолжала она, – и хотела бы поскорее устроить ее брак. Его величество также весьма расположен к этому. Он считает Вальтера как бы своим сыном и делает для него все, что может.

– Если только мое имущество не подвергнется конфискации, Вальтеру не придется испытывать щедрость его величества. Беатриса получит Майерскоф, не говоря уже о значительном состоянии, которое ей осталось после отца.

– Я знаю о вашем великодушии, полковник. Но его величество сам хочет сделать что-то для Вальтера, но что – я не знаю. Может быть, он даст ему титул, если у него будут средства его носить.

– Средства у него будут, лишь бы только не конфисковали мое имущество, – сказал полковник.

– А один титул ему совершенно не нужен, – заметила королева.

Тем временем к ним подоспели и Вальтер с Беатрисой… Последний так волновался, что несколько минут был не в состоянии говорить.

–

Я не буду теперь противиться вашему желанию, Вальтер, – сказала Беатриса. – Но я не хотела бы делать такого шага без согласия королевы. Может быть, она пожелает отложить мой брак из опасения расстаться со мною.

– Но ведь вы не предполагаете расставаться с нею? Вам нельзя вернуться в Майерскоф, по крайней мере теперь.

– Значит, мы изгнаны из нашего дорогого старого дома?

– Увы, да.

– Как бы мне хотелось жить в нем с вами и с полковником, но такое счастье, видно, недоступно нам.

– Надо подождать, – утешал ее Вальтер. – После ужасного крушения последнего заговора правительство будет действовать мягче относительно нас, и полковник получит прощение. Тем временем мы и здесь постараемся устроиться счастливо, тем более, что вы любите Сен-Жермен.

– Да, но теперь я уже не могу быть такой веселой, как прежде. Королева возвращается, и нам нужно поскорее присоединиться к ней.

– Как жаль! – вскричал Вальтер. – Мне нужно бы сказать вам еще много.

– Угадайте, Беатриса, о чем мы только что говорили с полковником? – спросила королева, когда они поравнялись с нею. – Мы хотим устроить один брак, – продолжала она, не дожидаясь ответа, – но мы оба того мнения, что не следует спешить с этим делом. Что вы об этом думаете?

– Если уже все улажено, то я вполне разделяю мнение вашего величества, – отвечала Беатриса, улыбаясь.

– Но я все-таки боюсь, что этот брак совершится раньше, чем я бы желала, – продолжала королева.

– Чтобы успокоить ваше величество, – сказал Вальтер, – мы просим вас назначить день нашей свадьбы.

– Нет, этого я не могу, хотя и желаю. Я должна сначала спросить его величество. Завтра утром вы должны явиться в частный кабинет короля, – прибавила королева, обращаясь к Вальтеру. – Я буду там. Вероятно, нам удастся полупить согласие его величества на ваш брак.

Вальтер поклонился.

Королева сделала знак, что она отпускает обоих, а сама с Беатрисой вернулась во дворец.

На следующее утро она прислала за Вальтером и вместе с ним отправилась к королю.

Не ожидавший такого раннего посещения, Иаков сначала был очень недоволен их вторжением, но затем мало-помалу смягчился. Вальтер стал на колени, прося его согласия на брак с Беатрисой.

– Вы не могли сделать лучшего выбора, сын мой, – отеческим тоном сказал король. – Призываю благословение Божие на вас и вашу невесту.

И он распростер руки над головою Вальтера.

– Я сделаю для вас все, что могу, – продолжал Иаков. – Но не ожидайте от меня многого. Я могу выхлопотать место для вас у короля Людовика.