Борис Аркадьев
Шрифт:
Так возникла игра с тремя полузащитниками, и центральный нападающий, даже отходя глубоко назад, был лишен свободы действия.
Таким образом, центральный нападающий вернется к старой и сданной в архив «таранной» игре впереди по центру поля, грудь в грудь с центральным защитником.
Тем не менее и такая игра центрального нападающего явится шагом вперед в эволюции его тактики, так как в следующий момент игры (к еще большему недоумению читателя) центральный нападающий может отказаться от этой тактики.
Дело в том, что прогрессивность его
А теперь, если его игра впереди против центрального защитника окажется нецелесообразной, он может снова уйти в глубь поля и, постоянно меняя игру впереди на игру сзади, не дать возможности противнику приспособиться к его тактике.
И как бы оперативно и быстро ни перестраивал противник игру своего третьего полузащитника или оттянутого в защиту полусреднего, центральный нападающий будет ежеминутно находить возможность для свободной игры сзади и сталкивать двух противников против себя впереди, так как за ним останется тактическая инициатива игры. Противнику придется лишь реагировать на действия центрального нападающего, а реагировать в тактике игры – значит, по существу, опаздывать.
Таким образом, центральный нападающий опровергнет предпринятый против него вариант игры.
Лучшим центральным нападающим до полученных им травм колена и плеча был, бесспорно, Григорий Федотов, обладавший полным набором качеств, необходимым для этого амплуа.
Исключительно широкую маневренную игру показывали Сергей Соловьев из московского «Динамо» и Борис Пайчадзе из тбилисского «Динамо», игравшие, однако, в совершенно разных тактических планах.
К. Бесков значительно сильнее играет центрального нападающего, чем полусреднего, и является сейчас наиболее ярким представителем «центра» новой формации.
Всеволод Бобров до полученной травмы колена обладал качеством всех качеств – наибольшей результативностью своей игры. Большой мощностью обстрела ворот отличается Александр Пономарев из московского «Торпедо».
Из наших молодых центральных нападающих хорошо играют Никита Симонян из «Спартака», динамовец Владимир Савдунин и А. Гулевский («Крылья Советов»).
Большой добавочной тактической трудностью в игре крайнего нападающего, как и крайнего защитника, является окраинность его позиции. У него возникают добавочные заботы искать работу, т. е. игру, хотя бы в форме занятия активной позиции в периоды отсутствия мяча.
Дело в том, что, пассивно ожидая мяч на своей позиции на краю поля, крайний нападающий может значительную часть всего времени матча простоять без игры, выключившись из борьбы всей команды. Например, стоять от мяча на дистанции двух длинных передач уже большая ошибка крайнего нападающего – ошибка, невозможная
Наивно думать, что близость границы поля, ограничивая пространство, также ограничивает и тактические возможности игры крайнего нападающего.
В действительности мы видим обратное: уже сама окраинность его исходной позиции является тактическим средством игры и позволяет ему совершать более далекие вылазки в поле, чем, например, центральному нападающему.
В плане увеличения общего объема проделываемой командой работы и тенденции в нашем футболе к максимальной интенсивности борьбы игра крайнего нападающего значительно расширилась пространственно и усложнилась тактически.
Крайние нападающие остаются игроками первой линии наступления. Правда, их игровые функции умножились и объем их работы на поле заметно возрос. Как и все полевые игроки команды, они стали универсальнее по своим тактическим обязанностям и техническому умению.
Чем больше начинают их держать крайние защитники, тем больше крайним нападающим приходится маневрировать и передвигаться без мяча по полю в поисках удобной позиции для его получения.
Крайние нападающие должны напряженно искать и использовать всякую возможность приблизиться к воротам с мячом и без мяча на пас и ловить всякий случай забить гол.
Совершенно неверно для крайнего нападающего считать своей единственной обязанностью подачу мячей с края в центр.
Когда атакует противник, крайние нападающие отступают на свою половину поля для получения от своих игроков защиты паса, который не мог бы перехватить защитник противника, и при случае заменяют в игре против полузащитника своего отсутствующего по игровой обстановке полусреднего.
При «задней» игре своего центра нападения крайние нападающие получили особый простор и большие возможности вторжения в центр.
От занятой крайним нападающим позиции зависит степень пространственной свободы действия его партнеров.
Только крайние нападающие могут своей позиционной тактикой предоставить себе и своим партнерам необходимый стратегический простор для широкой маневренной игры. Например, если крайние нападающие, стоя у самой боковой линии поля, привлекли и держат при себе крайних защитников, то этим самым они создают разреженную среду защиты противника в центре, удобную для атаки ворот в лоб центральной тройкой нападения и для своих внезапных уходов от сторожащих их защитников в глубь поля, т. е. к воротам противника.
Или если крайний нападающий, ушедший на свою половину поля, вытянул за собой крайнего защитника, он этим самым открывает весь фланг для выхода вперед по краю других нападающих.
Если в обоих этих случаях защитники не подойдут к крайним нападающим, тогда последние получат возможность спокойно овладевать адресованными им мячами и начинать атаку. Но по мере приближения нападающих к воротам противника крайние нападающие должны суживать фронт атаки, что только в отдельных случаях бывает нецелесообразным.