Борька

Коробейко Антон Анатольевич

Так что будьте предельно вежливы и осторожны здесь! Здесь моё место, здесь я в СИЛЕ.

Сказав это, пасечник поставил военного на землю. В это время второй из них, смотревший на разыгравшуюся сцену, как будто бы опёрся локтем на один из ульев.

К моменту, когда его собрата вернули на ноги, он упёрся в землю и опрокинул улей на землю.

Повисла пауза...

Через мгновение обеспокоенные пчелы начали вылетать из потревоженного гнезда, воздух наполнился гудением их крыльев.

Нестор

спокойно, лишь с некоторой кислинкой на лице, смотрел на происходящее:

– Ну что вы за ... такое-то, а?
– с недоумением произнёс он - Всё грызётесь друг с другом, и всем остальным глотки перегрызаете, потому что ... ненасытные вы!

Вы думаете, что со своей силой, своей властью - вы уже всемогущими стали!

Что реальность - и пространство и время - можете под себя выкрутить, искривить, как захочется?!?

Слышал я про ваше - пространство Фридмана, знаю!!! И про баблонавтов ваших - тоже я (даже здесь) наслышан! Вон, ведь, как вы нашумели.

И вот нет вам покоя, и всё вы хотите под себя подмять - никак не живётся вам иначе!

Ну что же - посмотрим, как вы теперь управляться будете!

С этими словами пасечник метнулся стрелой ещё к нескольким ульям, и сам перевернул их.

После того, как они завалились на бок, он стремительно вбежал в дом, и было слышно, как он мгновенно забаррикадировался там.

Ставни на окнах дома были закрыты, двери в доме были настолько массивными и толстыми, что шансы попасть в дом, когда они были заперты, равнялись нулю.

Пчёл становилось всё больше.

Дальше всё происходило ещё быстрее.

Военные, упав на землю, мгновенно стали превращаться в волков. Руки и ноги вытягивались, они целиком покрывались шерстью, лицо трансформировалось, и становилось волосатой мордой, с пастью, из которой торчали кинжально острые клыки.

В таком виде они приземлялись на четыре лапы. Но это трансформация им не помогла. Рои пчел, налетев на них, начинали жалить их немилосердно.

Волки и их шкуры не устояли перед этим натиском - как бы они не катались по земле, давя пчёл, не метались в разные стороны, носясь как угорелые - сотни тысяч пчел, жужжали над ними, не давая им поднять головы.

И тут один из них задрал лапу вверх, и прорычал что-то.

Тут же заиграли фиолетовые сполохи, пахнуло жарким воздухом. Запахло жареным, запахло грозой.

И тут - воздух как будто бы разорвался - ударила молния, ветвясь так тонко! Это было видно до мельчайших подробностей. В каждую из пчёл попали отростки этих молний, так что все они превратились в ослепительно сгорающие огоньки.

Огоньки чрезмерно ярко вспыхнули в воздухе... и тут же мгновенно погасли. Тела пчёл сгорели в этой яростной вспышке - в одно время, все вместе.

Даже у меня - рассказывал медведь - шерсть от электричества встала на загривке и вся задымилась. Я с ужасом наблюдал за происходящим.

Всё длилось одно мгновение -

и сразу после ослепительной вспышки, я, дымящийся, как полено, которое достали из пожара, метнулся в сторону леса.

Но я не остался незамеченным. Один из волков остался у дома, пытаясь найти какое-нибудь слабое незащищенное место, и пробраться в дом к Нестору.

Второй же, подумав, что я какой-то его сообщник, или помощник, решил, по всей видимости, перехватить меня, скрутить, и выведать все подробности. В темноте, я полагаю, меня не очень хорошо было видно, потому что он самоуверенно метнулся прямо ко мне.

Я недолго думал - я видел уже всю силу волков, поэтому попадать в их лапы мне не хотелось. Поэтому я принял бой. Бой был неравный.

Я мгновенно располосовал его своими когтями, вспорол ему брюхо, и свернул шею одним ударом. Он даже не понял этого - я убил его мгновенно.

Сделав это, я обернулся к дому, к дороге, и с ужасом увидел, что кортеж отъехавших машин возвращается.

Машины, по всей видимости, отъехали недалеко, и такой мощный всплеск магической активности, привлек внимание настолько, что кортеж развернулся и уже прибывал обратно.

Я отчетливо понимал, что против такого количества оборотней, с их магическими возможностями, я уже не выстою.

С другой стороны, окинув всю картину внимательным взглядом, я увидел, что Нестор, хозяин пасеки, вылезает уже в окно какого-то чулана, пристроенного к дому - так чтобы не попасться на глаза волку, который рвался в дом с другой стороны.

Он тихо выбрался, прислушался, поднял с земли какую-то метёлку - и вдруг бесшумно взвился в небо, да так, что сразу же пропал из виду. Только лёгкий ветер шевельнул мою шерсть.

Я понял - я тоже моментально должен бежать! Стремительной молнией я метнулся в сторону леса. Но я, в отличие от Нестора, незамеченным уже не остался.

По крикам, раздающимся вслед мне, я понял, что машины уже окончательно вернулись. Оборотни выскакивали из них, на лету превращаясь в волков. И через полминуты за мной уже гналась целая стая.

Но мне повезло - стал завершать свой рассказ медведь - мне всё-таки удалось уйти от них в лес.

В лесу они тоже гонялись за мной, и гонялись долго, почти неделю - но мне всегда удавалось уходить от их погони. Я уже думал, что это когда-нибудь должно закончиться.

Но и сейчас они преследуют меня - уже несколько месяцев, и продолжают почти настигать до сих пор - видимо смерть одного из их товарищей стала для меня приговором.

И я уже начал терять надежду - а это очень печально, - грустно заканчивал медведь Юра.

Ведь я уже не хозяин этой земли. Сейчас вся она - от бескрайних просторов и лесов, до рек и озёр, до самой маленькой пяди принадлежит им. Они привольно чувствуют себя здесь.

И сейчас это зверьё живёт своей раздольной и кровавой жизнью, безраздельно подчинив эти земли себе, распоряжаясь на них так, как только им ведомо - бесчинствуя и лютуя.