Борт 556
Шрифт:
– Ну, и что будем с ним делать, Дэниел?
– спросила Джейн у брата.
– Не знаю, пока - ответил ей Дэниел - Но, он нам может, пригодиться в помощь. Он хорош в управлении корабельными рулями, и кое-чего, знает в мореходке. Он же моряк, да еще русский. А, это, что-то. Значит надежный.
– Много ты знаешь русских - возмутилась Джейн - Он, первый, которого ты Дэниел видишь, как и я. И ты предлагаешь, его взять в наше дело?!
– удивленно и возмущенно произнесла Джейн брату - Он ведь третий лишний во всей этой истории. И кто его знает, что произойдет, например, завтра.
– Так, или иначе, как только он оказался здесь, он уже стал частью всей этой истории, наравне с нами - ответил сестре Дэниел. Мы не можем отмалчиваться все время. Он все равно, спросит, что это за судно все время по корме нашей яхты. Я же вижу, как он постоянно на него оглядывался. Там в штормовом океане. Он молчал и не спрашивал, кто это, но, он видел ту гангстерскую черную большую двухмачтовую яхту.
Я действительно видел еще одну яхту. Очень далеко и постоянно идущую за нами. Казалось, они вели нас, висели на хвосте, причем, постоянно до самого начала шторма. Я молчал и не спрашивал Дэниела о том, кто это? А, Джейн была уже давно внизу, и не выходила наверх.
– Надо сказать ему, Джейн. И включить в команду. Хотим мы того или нет.
– Ты, хочешь его во все посвятить?
– сказала Джейн.
– Некуда деваться, Джейн - ответил ее брат - К тому же, он прекрасно понимает наш язык. И все слышит, так или иначе. И скоро будут наверняка, у него вопросы, кто мы и зачем здесь. Избавиться от него мы не можем, мы не преступники, а лишний помощник аквалангист не помешает в наших поисках.
– Ладно, Дэниел - ответила, как бы с неохотой, соглашаясь с ним Джейн - Только, ты и бери это все на себя, я пас.
***
Шторм надвигался с сокрушительной силой и лил проливной дождь. С меня текла ручьями вода. Прямо на пол в коридоре. И я, сняв быстро плащ, вошел в главную каюту Арабеллы. Мокрый и голодный. Сделав вид, что не слышал их разговора, я сказал Дэниелу и Джейн еще раз привет, как это принято у американцев, приветствоваться при каждом разе. И спросил Дэниела, куда положить мокрый свой этот после дождя плащ. Тот просто взял, молча, улыбаясь их новому гостю, его у меня из рук, и вышел в трюмный коридор яхты. Я остался на некоторое время наедине с Джейн.
Близилась ночь. И я прошел внутрь каюты посмотрев на настенные часы. Там было уже 23:15. И сел спиной к двери в кожаное кресло, напротив маленького банкетного столика. На столике стояли фрукты и бокалы под спиртное, но пустые пока еще.
И Джейн и Дэниел, вероятно, поняли, что я слышал как бы случайно весь их разговор обо мне. Потому как Дэниел быстро вышел, Джейн, как-то замялась, стоя у барного винного шкафа, за которым был в тайном маленьком отсеке пульт компьютерного управления яхтой и рация.
– Владимир - она первой произнесла ломано, по-русски мое имя. Это произвело впечатление на меня. И дальше, уже по-английски - Хотите Виски?
– Я бы сейчас предпочел водки - ответил я ей, не сводя с такой безумно красивой красотки глаз. Чем смущал ее, но, она мужественно переносила мой мужской нагловатый до женского
Она, улыбнувшись мне загадочной многообещающей улыбкой, повернулась к тому винному красному полированному шкафу, показывая мне заядлому бабнику снова со всех сторон свои миленькие и черненькие от плотного сильного загара, почти черненькие девичьи ножки. Фактически целиком из-под короткого, туго подпоясанного на тонкой и гибкой, как у восточной танцовщицы талии шелкового халатика. Она резко повернулась ко мне у того винного полированного из красного дерева или пластика шкафа. И взяв бутыль своим красивыми девичьими пальчиками с водкой. Подошла к стоящему посередине каюты маленькому банкетному столику. Сверкая в свете ламп каюты своими убийственными гипнотически черными глазами.
Ее убийственный этот черный взгляд, буквально, пронизывал меня насквозь и будоражил мою от любовных страстей душу. Он обжог еще тогда, меня когда я первый раз увидел эти безумно красивые девичьи, наполненные скрытой любовной страстью черные как ночь глаза. Я тогда, еще не знал, что и она была готова броситься в мои уже объятья, но что-то еще держало нас обоих поодаль друг от друга. Наверное, то, что мы еще не достаточно сблизились друг с другом. Я как умопомешанный, смотрел в те ее черные глаза. И уже горел дикой любовью к этой южного вида латиноамериканской красотке, равно как и она, хотела меня с того момента как только увидела на своей с братом Дэниелом яхте.
Джейн подала мне стеклянный стакан с водкой и отошла назад к винному шкафу.
Она, повернулась ко мне снова лицом. С забранными на миленькой черненькой от загара головке в пучок длинными и густыми вьющимися, как змеи своими черными, как смоль волосами, заколотыми золоченой булавкой. От этого ее личико с черными глазками было еще милее.
Украшенное, височными волос завитушками и золотом маленьких в ушах колечками сережек. От этого ее личико, становилось еще милее.
Она налила себе в стеклянный бокал красного французского вина.
– "Боже, как она была красива! Эта южного помола американка!" - подумал очарованный ею я.
– Вы мне очень нравитесь, Джейн - вдруг вырвалось само собой из моих тоже молодых любящих девичьи поцелуи уст.
– Вы мне тоже, очень - вдруг услышал я в свою сторону от красавицы американки Джейн.
– "Она призналась мне! Вот так, и сразу! Практически не думая!" - я был удивлен и порадован несказанно.
Это была первая ласточка близкого взаимопонимания и признание в любви между нами. Мы сами, тогда, возможно одурманенные друг другом не поняли этого.
Я, видимо, произвел на Джейн неизгладимое впечатление. Признаюсь без лишнего хвастовства, я был далеко не дурен собой и молод. Хотя и был старше их обоих, и Дэниела и самой Джейн. Был физически более крепок. Даже, чем спортивного склада Дэниел. Ну, там, бицепсы, и все такое.
Может, девица с Запада просто, запала на меня, как на более, старшего. Как это и бывает у девчонок ее возраста, да еще и иностранца. Хотя думаю, она просто, до одури влюбилась. Ей нужен был уже взрослый мужчина. И я прекрасно для этого сейчас подходил.