Бот
Шрифт:
– - Привет, Живчик!
– - И тебе здравствовать, вратарь! Скучаешь?
– - Да не, сегодня ж праздник! Как вы их сделали!! Рыцари в ложе рыдали, а один бился головой, сам видел.
– - Да? Жаль, хотелось бы на это посмотреть, но по таймеру вышибло почти в самом конце. Гляну в Хрониках потом.
– - Ага, видали мы, как тебя клинануло, но это уже после гонга было, так что чистая победа. Ты уже на парад?
– - Нет, шмот в порядок приведу и на выход, поспать бы надо, устал чертовски. Бывай, голкипер!
Ворота остались за спиной, за ними длинный коридор, потом двор, он же плац, а дальше Полоса Ужаса, учебный
4. Награда нашла героя.
Синее небо. Морозный воздух. Шелест знамен и молчание легионов. Сегодня награждают Победителей "Тактики". Они построены по центру -- все шестнадцать взводов, прошедших в финальную часть. И пройдут они по Площадке согласно победному рейтингу. А легионы, растянувшиеся от горизонта до горизонта, будут стоять и молча смотреть. Каждый уважающий себя гражданин Федерации не пропустит этот момент и встанет в строй своего легиона на Площадке или у экрана проекции, и отдаст проходящим взводам воинский салют. Ведь в "Тактику" играли все, хоть и не в Высшей Лиге, пусть в малоизвестных, а то и вовсе сборных кланах.
Монахи сегодня шли первыми, за ними Рыцари и Ассассины, Орда и прочие достойные бойцы. Красиво шли, душевно! Но вот парад отгремел, призы упали и теперь Командор лично одарит достойных: монеты - клану, респекты и уважухи - группе обеспечения, имена -- салабонам, повышения - заслужившим. И личные призы взводу, которому выпало защищать цвета клана в этом году. Вот они на плацу, эти три десятка пацанов и девчонок, забрала закрыты, как принято у Монахов. Командор -- напротив.
– - Здравствуйте, Братия!
– - Здра! Жла! Сэр! Командор!
Командор толкал речугу, а Дамир думал про клан, про то, что в этом году закончат учебу старички и уйдут по распределениям, поэтому в клане будет новый набор. И он, сейчас брат-сержант и командир отделения, скорее всего получит взвод вместо Когтя. И будет принимать экзамены и гонять салабонов по Полосе Ужаса и учебному городку, сбивая в подготовленные звенья. В следующем году он со взводом будет в группе обеспечения и на финальную Игру не выйдет. Зато через год придет его время, уже как взводного. И это будет тот еще экзамен, ничуть не легче универского ФЭСа. Победит он или проиграет -- этого знать не дано, но он очень постарается. А потом будет диплом и распределение, сперва по военке -- плачет, плачет по нему космодесант, а затем и по гражданке. Если конечно космачеством не заболеет. Заразная штука, говорят. Вон, батя после срочной аж три контракта оттрубил без передыху и только потом по основной специальности подался.
– - Живчик!!
– Добродушный толчок в спину.
– - А?! Что?!
– - Брат Живчик! Выйти из строя!
– Слышно, что улыбается Командор, хоть за забралом и не видно.
– - Есть!
– Пять шагов вперед, поворот кругом.
– - За проявленную в бою смекалку и грамотное руководство вверенным отделением, приведшее
– - Служу Клану и Федерации!
– - Встать в строй!
– - Есть!
– Пять шагов вперед, поворот кругом, дружеские хлопки по плечам и тычки с разных сторон.
– - С Наступающим, Живчик!
– - Спасибо, ребята!
Значит, помнят, не забыли. День Рождения -- это единственное, что сообщал послушник при приеме в Монастырь, а иначе как Командору формировать взвода? Того и гляди, уйдет боец внезапно накануне Игры, и будет несработанный взвод, а это верный путь к поражению. Правда послушник сообщал не точную дату, а только год и месяц. Поэтому днюхой в клане считался последний день месяца, а все остальное было покрыто мраком. Сообщать что либо друг другу даже лично было запрещено Уставом. Ходили слухи, что генерал Гесс, нынешний шеф СК, когда-то сам был Монахом. Он, правда, ни подтверждать эти слухи, ни опровергать не собирался, в лучших традициях, но Монахи на этот счет имели собственное однозначное мнение.
Так что, с Наступающим тебя, Живчик!
5. Хомяк.
Дамир потрошил Хомяка, вдумчиво, с толком и расстановкой, согласно инструкции. Как правильно потрошить, объяснил ему Робик в тот самый памятный день, когда после очередных каникул собирался с интернатом на Пургу -- выживать и зимовать. "Пусть тебе там будет тепло, Робик", - подумал Дамир и улыбнулся. Пурга, конечно, страшна -- планета вечного Холода, где сказка про приход Кондратия стала былью. "Кондратием" назвали явление провала адски холодных масс воздуха из верхних слоев атмосферы, и, кто не спрятался... Но теперь, спустя три года после зимовки, в памяти осталось только хорошее. Даже отмороженный на ноге мизинец вспоминался с улыбкой. Там его отрезали, тут -- прирастили, так что не стоит и переживать. Только вот иногда при мыслях о Пурге его непроизвольно передергивало.
Так вот, братик Робик, он же Роберт Гольдштейн, был гением, правда пока непризнанным. Уже одно то, что он смог вылезти во внешний ГалаНЕТ из Детского Мира без всякого вирта, с визуала, пройдя как нож сквозь масло через все фильтры -- само по себе тянуло на подвиг, а если бы его при этом еще и не поймали... И ведь поймали-то случайно, не надо ему было по военным каналам лезть, лучше бы ломился через администрацию сектора. Но Робик лёгких путей не выбирал. И потому одним прекрасным вечером к папе с мамой пришел вежливый дяденька из СК, побеседовал с ними за закрытыми дверями и ушел. А батя вытащил из малого монтажного комплекта страховочный леер, пробурчал что-то про получение реального жизненного опыта и прогнал Робика по респам как последнего ламера. Ну и мама потом бегала за ним со своими био-гелями, чтобы синяков на мягком месте не осталось.
А на следующее утро надутый как индюк Робик уезжал на Пургу, но перед этим зашел к Дамиру в комнату и грустно сказал:
– - Мир, а я знаю, как Хомяка распотрошить!
– - КАК?!! Откуда?!
– - Оттуда!
– Робик ткнул пальцем себе в лоб.
– - Бли-ин, Роб, тебя же опять попалят!
– - Ну не попалили же до сих пор! Хомяка я еще в прошлые каникулы распотрошил.
– - Это кабз-дэц!!! А ты -- мала-дэц! Наверное...