Ботаник

Грей Рамона

Лаская внутреннюю поверхность моих бедер, он не спеша проводил пальцами по моей разгоряченной коже, не сводя взгляда с киски. Я широко развела ноги, молча призывая прикоснуться ко мне и мысленно проклиная его, когда Лука прошелся по складке между моим бедром и киской, а затем переместил руку на мой живот.

— Лука, прикоснись ко мне, — потребовала я.

Лука улыбнулся, хотя я видела, насколько он нервничает, и положил руку на мою киску. Теплыми и шершавыми пальцами он раздвинул половые губы, а затем покружил вокруг клитора.

Я позволила ему медленно исследовать мою киску, стараясь не взвыть от желания, когда он прижал кончик толстого пальца к моей дырочке, а затем быстро отступил. Я больше не могла терпеть и решительно прижала свою ладонь к его пальцам. Не сводя с Луки глаз, я показала ему какими движениями нужно ласкать мой пульсирующий клитор.

— Мне нравятся уверенные прикосновения, — отметила я. — Кто-то предпочитает, чтобы клитор стимулировали непрерывно. Я больше люблю ласки с небольшими перерывами.

— Хорошо. — Голос Луки звучал хрипло, член упирался в мое бедро, а передняя часть трусов намокла от выделившейся смазки.

Наклонив голову, он поцеловал мой сосок и слегка его пососал. В ритмичном темпе Лука начал поглаживать мой клитор. Постепенно меняя давление, он исследовал влажные складки, ласкал внутреннюю поверхность бедер и кружился у моей дырочки, а затем возвращался к крошечному узелку нервов.

Я вцепилась в простыни, учащенно дыша и покачивая бедрами в погоне за кульминацией. Лука поймал мой клитор между пальцами и слегка ущипнул его, и я едва не закричала, выгнув бедра ему навстречу.

Лука быстро отдернул руку, но беспокойство на его лице исчезло, когда я схватила его ладонь и снова прижала к своей киске.

— Не останавливайся.

Умоляющие нотки в моем голосе разожгли что-то внутри Луки, превратив его неуклюжие и неуверенные движения в целенаправленные прикосновения, толкающие меня все ближе и ближе к краю. Он снова втянул мой сосок в рот, обхватив его языком и агрессивно посасывая, а затем стал настойчиво массировать клитор.

Я простонала его имя, запуталась пальцами в волосах и уперлась в его руку. Он снова сжал мой клитор между пальцами, я вскрикнула и сильно кончила ему на пальцы, задвигала бедрами, сжимая голову, задыхаясь и постанывая от наслаждения.

Благодарная за то, что Лука перестал теребить мой сверхчувствительный клитор, я рухнула на кровать. Он поцеловал меня в губы и прижался к моему лбу.

— Спасибо, Айрис.

Я слабо рассмеялась, остатки оргазма все еще пульсировали в моем теле.

— Это я должна тебя благодарить. Было просто потрясающе, Лука. Я серьезно.

Он поцеловал кончик моего соска и лизнул нижнюю часть груди.

— Ты так прекрасна, когда кончаешь, Айрис.

Я провела пальцами по его светлым волосам, удивляясь их мягкости, а Лука все смотрел на меня. Его член был горячим и твердым, а когда я повернулась на бок и провела рукой по его груди, Лука тяжело сглотнул.

— Позволь мне оказать тебе ответную услугу? — предложила я.

Лука

быстро кивнул, и я чуть не прыснула от смеха, но не хотела, чтобы он смущался. Я наклонилась и поцеловала его плоскую грудь, слегка покусывая изгиб грудной клетки, а затем неторопливо провела языком по плоскому соску.

Он задохнулся, обхватил рукой мой затылок, прижимая к себе, пока я дразнила и сосала. Я мягко отстранилась, чтобы посмотреть на него сверху.

— Тебе нравится?

— Да, — выдохнул Лука. — Черт возьми, да.

— Она не играла с твоими сосками? — Я отказывалась произносить имя женщины, которая так ужасно обращалась с моим милым Лукой.

— Нет. — Он схватил меня за талию, впиваясь пальцами в кожу. — В основном она интересовалась моим членом.

Я недовольно хмыкнула.

— Дилетантка.

Лука подавил смех, как только я провела языком по его ключице.

— Лори… она сказала, что прелюдия — это больше для женщины, чем для мужчины. Мол, мужчинам она не нужна, потому что они устроены так, что постоянно испытывают возбуждение.

— Набитая дура, — прошипела я, чувствуя, как гнев трепещет в моих жилах, словно крошечная птичка.

Я поцеловала его плечо и прижалась к толстой шее. У меня возникло искушение оставить след, напоминание о собственном присутствии, но я сдержала себя. Господи, мы же не подростки.

Обведя пальцем каждое ребро, я наблюдала, как его пульс трепещет у основания горла, а затем сосредоточилась на другом соске. Лука застонал и потерся членом о мой живот, влажная ткань его трусов холодно коснулась моей кожи. Я просунула один палец под пояс его трусов и потянула.

— Эта влажная ткань не может быть приятной для тебя. Лучше сними их, милый.

Лука приподнял бедра и стянул трусы, не успела я договорить. Скинув с ног, он отправил их в спутанную кучу нашей одежды возле кровати.

Я уставилась на его великолепный член. Он был полностью эрегирован, конец упирался в пресс, а из щелки непрерывно сочилась смазка. Головка члена стала темно-красной, и Лука с шипением выдохнул, задев ее рукой, когда потянулся к моей груди.

— Айрис. — Лука задушено охнул, как только я коснулась короткой прядки светлых волос на лобке над его вздыбленным членом. — Айрис, я не думаю, что…

— Ш-ш-ш, — попросила я, наклоняясь ближе и позволяя члену коснуться моего живота, целуя крепкую шею и челюсть Луки. — Посмотри на меня, Лука.

Его веки задрожали, отчаяние и желание светились во взгляде, когда он терся членом о мой живот, размазывая жидкость по моей коже. Бросив взгляд вниз, Лука увидел, что натворил, и его щеки вспыхнули румянцем.

— Прости.

Я обхватила его за талию и крепко прижала к себе, не дав отстраниться.

— Мне это нравится, Лука. Мне нравится видеть, как сильно ты меня хочешь.

— Хочу, — тихо сказал он. — Я так сильно хочу тебя, Айрис.

Я улыбнулась и снова поцеловала его.