Боярин
Шрифт:
Теперь настало время, заняться противником, сейчас тот придумывает что-то новое, а значит, может и выйти, а вот этого допускать нельзя. Поймав бричку, Константин отправился в «Вольницу», там остались документы, присланные Ставром. Может, в них он сумеет найти решение проблемы.
Да уж, папка-чемодан оказалась битком набита бумагами. Тут было все — доносы, допросные листы, показания свидетелей, слухи от осведомителей. Десятки документов, собранные управой, сыскарями и, видимо, какой-то разведкой, имевшейся у Тверда, поскольку тут были данные не только
Над всем этим ворохом Константин просидел до глубокой ночи. Лада и Горд явились за час до полуночи, уставшие, но довольные.
— Ваше сиятельство, поручение выполнено, с завтрашнего дня слуги, которых вы велели нанять, займутся домом, приводя его в порядок. Еще я взял на себя смелость пригласить представителя крупного купца, занимающегося торговлей и производством мебели. Так что, завтра вам надлежит быть к полудню в особняке.
Воронцов кивнул.
— Молодец, отлично справился. Лада, я так понимаю, у тебя лицо светится не только потому, что ты купила то платье?
— Верно мыслите, Ваше сиятельство, — без какого-либо почтения ответила Калинина. — Ваша идея с артефактом уже дала о себе знать. Конечно, это только начало, но опытный образец взбивалки будет стоить дешевле. И вот еще что, мы тут с Гордом помозговали, когда домой ехали, и я вспомнила, как видела механический миксер у своей бабули. А что нам мешает выпустить такой для малообеспеченных людей?
Константин задумался, а и вправду, что мешает сделать ручную взбивалку с помощью двух шестеренок и рукоятки?
— Отличная идея, готовь образец. Причем можно ведь сделать два варианта: один с чашей в крышке, второй именно ручной — ухватил и вращаешь.
— Точно, — обрадовалась Лада, — это два изделия и местных патента. И оба будут наши. Насчет терки механической для овощей я уже тоже озаботилась, будет завтра готово. Три-четыре насадки, все очень удобно, правда, не в пластике, а из тонкого железа, но хрен сломаешь. Есть еще идеи?
— Есть. Видела механические устройства для изготовления макарон?
— Конечно, у меня дома было. Кстати, это круто, сделаю, введем моду, на спагетти с сыром.
— А еще можно делать хлеборезки для всяких ресторанов, нарезки мяса и колбасы тонкими ломтиками. Это все мелочевка, но можно посадить на производство город, и пусть отстегивают небольшой процент.
— Да, — протянул Горд, — как же все просто, это же сплошные золотые жилы. И все под эмблемой «Торгового дома Воронцова».
— Вот теперь ощущаю себя настоящим прогрессором, — заулыбалась Лада.
— Кем? — в очередной раз озадачился Подземник.
— Прогрессор — это из нашей литературы, человек — несущий свет различным дремучим цивилизациям, изменяющий их жизнь к лучшему.
— Ясно. А мы, значит, дремучая цивилизация? — обиделся наемник.
— Ну, давай честно, наша реальность очень сильно обогнала вашу. Вот и будем догонять.
— Все равно обидно, — заявил Горд.
— Не дуйся, — обняв его и чмокнув в щеку, попросила Лада. — Фу, какой
— Ничего, — ободрил ее Константин, — все в патенты, а там будем искать инвесторов. Это не единственный крупный город в вольных землях. Будем брать процент, нам не обязательно все делать самим. Главное — права.
— Все, я спать, — зевнув, произнесла Лада. — Устала я, а завтра снова этот дремучий мир улучшать, — и, толкнув снова обидевшегося Горда локотком в бок, потянула его из боярских апартаментов.
Константин же, вздохнув, принялся за чтение бумаг. Пока он не сумел обнаружить ни одной стрелки с надписью «враги живут здесь», но пара адресов в Тверде его уже заинтересовали.
Сложив разобранные бумаги обратно в портфель, Воронцов устало потер глаза и поглядел на стоячие часы, стрелки показывали уже два ночи, и пора ложиться спать. Вспомнив, что баронский хронометр накрылся, и нужно покупать новый, Константин вздохнул и, кинув одежду на стул, улегся в кровать. Все завтра, или послезавтра, даже двадцати шести часов в местных сутках было маловато.
Следующие дни слились в непрекращающийся бытовой марафон. Константин знакомился со слугами, затем разбирался с мебелью, которой оказалось необходимо очень много. Почти пять сотен золотых ушло на всякое нужное в быту, начиная от веника и кончая постельным бельем. Сумма, полученная за кортик, казавшаяся такой большой, вдруг показалась какой-то незначительной, и медленно утекала со счетов. Ладу он эти два дня не видел, она ночевала в мастерской. Горд тоже засел там. Радовало Воронцова одно — мешочек с драгоценными камнями, который он прихватил в сундуке Авии, если денег не будет хватать, должен стать серьезным подспорьем.
На четвертый день он остался ночевать в новом доме. Спал боярин уже в собственной постели, доставленной накануне. Черт, если бы он знал, во сколько ему обойдется мебель, но статус, на нем нельзя экономить, ведь тут ему принимать гостей, а здесь смотрят не только на положение, но и на достаток. Нищий граф никого не интересует, в отличие от удачливого барона.
Константин уже засыпал, когда в его мозгу раздался крик Юлии:
— Вторжение. Три человека, вооружены. Прошли через лавку, только что покинули подвал.
— Некоторые люди просто лишены понятия такта, — вскакивая и натягивая панталоны, сапоги и призывая тень, зло произнес Воронцов, — не могут дать человеку поспать. Ну что им стоит прийти и убить меня уже выспавшегося?
— О, черный юмор, — оценила Юлия, — обожаю, когда ты так шутишь. Только не вздумай умереть.
— Постараюсь, боярышня, — опоясываясь ремнем с кобурой, в которой дремал его новенький револьвер, ответил Константин. — Сегодня четверик, а этот день совершенно не годится для смерти, во всяком случае, моей, для них сойдет.