Боярин

Ридан Лиев

Существо не стало бросаться на жертву. Оно подошло не торопясь, зная, что добыча не сможет убежать. Эленка выставила вперед факел в ответ нечто похожее на смешок. Ладонь поудобнее перехватила рогатину, еще мгновение и можно атаковать. Факел в хрупкой руке под громкий девичий крик метнулся к морде твари, чудовищная рука взлетела на встречу выпуская когти.

Ноги сами несли боярина на врага, один прыжок, второй, третий, тварь начинает оборачиваться, четвертый прыжок, удар. Стрига уворачивается, но обратным движением перекрестие рогатины ударяет ей под колено, сбивая на землю. Ноги подняли зверя быстрее, чем рогатина успела проткнуть. Чудовище

попыталось сблизиться с более мелким противником, туда где рогатина не сможет жалить издалека. Рывок, но вампир отскочил в сторону, а ее бок, оказывается, открыт для удара.

Воткнувшееся в плоть, копье рванулось в сторону, оставляя глубокую болезненную даже для стриги рану. Могучая рука все же успела схватиться за древко. Оружие рванулось в сторону и чтобы не потерять равновесие, пришлось опереться на вторую руку, еще рывок и вот копье уже на свободе. Серия быстрых уколов, неглубоких, но достигающих цели и зверь бросается в бегство. Слишком поздно, рубящее движение подрезает сухожилия на ноге, а колющий удар дробит позвоночник, окончательно обездвиживая.

Выпить досуха человека намного приятнее, чем просто глотнуть животворящей крови и оставить пищу заживать для нового употребление. Мало что может сравниться с этим, но ничто не может сравниться с тем, чтобы выпить досуха другого вампира, даже если это не успевшая заматереть стрига, потерявшая немало крови. Такого прилива сил Радован не чувствовал уже много лет, сила, казалось, переполняла его, чувства обострились, мир вокруг стал ярче, мысли яснее и одновременно безумнее. Теперь он знал, чьи черты увидел в морде стриги.

Взгляд на приманку, еще жива, но осталось недолго, рука почти оторвана и держится на клочке кожи, других ран не видно, но и этого более чем достаточно. Обычно при посвящении Кровью мастер выпивает кровь будущего ученика, дитя его Крови, почти досуха, и поет своей, на следующий день процедуру надо повторить. И так еще несколько раз до полного преображения. Чем сильнее мастер, тем меньше повторений необходимо. Говорят, императору хватало всего одного цикла. Чем больше таких повторений и чем старше человек, тем меньше шансов у разума выдержать преображение.

Выпивать кровь будущего вампира вовсе необязательно, она может покинуть организм любым другим способом, а не побежавший от стриги человек, пусть даже и подбодренный благородной кровью, заслуживает второго шанса. Он нагнулся над умирающей девушкой, надрезая запястье. Мелькнула мысль, возьми он в качестве приманки парня, а среди холопов крови были и несколько мужчин, стал бы его инициировать?

Все - таки, хорошо, что приманкой была девушка.

Очнувшись, она первым делом посмотрела на сросшуюся руку, потом заметила, что факел давно потух, но это ничуть не мешает видеть. Не веря тому, что произошло, она провела языком по зубам. Клыки, не такие длинные, как у Витязей Ночи, но заметно длиннее, чем были раньше. Присушившись к ощущениям Эленка поняла, что это всё-таки правда. Невиданная раньше сила, казалось, переполняла, но этого было недостаточно чтобы оправится от удивления и, наконец, почувствовать радость. Судьба, о которой мечтает любой холоп Крови, почти любой, ставший холопом ребенок, и половина селян досталась именно ей, все вокруг казалось каким-то безумным сном.

– Очнулась? Тогда подымайся, нечего валятся.

Привычка повиноваться хозяину оказалась сильнее любой радости и удивления.

– Возьми копье, я еще собираюсь поохотиться.
– О

том, что боярин предпочитал охотиться на оленей и кабанов голыми руками, знали все, в особняк приносились еще дышащие животные с перебитым позвоночником. Холопам есть эту дичь, пусть сами добивают и разделывают.

– Передай сестрам, - слово, употребленное по отношению к госпожам, звучало непривычно, но в устах боярина казалось абсолютно естественным, да теперь они сестры, - что я знаю, откуда взялась стрига.

– Слушаюсь хозяин.

Кулак с силой кувалды влетел в казавшийся хрупким живот. Еще час назад это убило бы ее на месте, сейчас лишь причинило боль и отбросило на десять локтей. Перед глазами бежали бессвязные цветные картинки. Нога в сапоге вдавило ее голову в грязь.

– У тебя нет хозяев, и уже никогда не будет. Ты больше не безродная холопка Эленка, а Элени, Витязь Ночи, дите моей Крови, и, будь добра, носи это звание с честью. Я понятно объясняю?
– Голос, казалось, доносился откуда-то из неведомых краев, а набившаяся в рот грязь мешала говорить. Все же ей кажется удалось промычать что-то утвердительное.

– Опозоришь мое имя, пожалеешь, что не подставила горло этой твари, она, по крайней мере, убила бы тебя быстро.

Как ни странно жестокое внушение вернуло на землю и помогло до конца осознать новый статус. Ей нравилось, а наказание? В конце концов, теперь она смогла такое пережить.

Когда на рассвете в дом убитого осторожно постучался боярин, хозяйка не спала. Судя по глазам, даже не ложилась.

– Я знаю, что месть не может исправить случившегося, но хочу чтобы ты знала, что убийца не пережил твоего мужа и на день.

– Спасибо, боярин.- Женщина поклонилась, касаясь рукой пола.- Это хорошая новость.

– Я приношу свои извинения, за то, что не смог защитить Милоша. Пусть мясо этого оленя, самого крупного в моем лесу, поможет достойно помянуть твоего мужа.

Женщина смотрела удивленно, конечно олень не мог утешить горе ни на фунт, но поминки будут действительно достойными, крестьянам, в отличие от боярских холопов, оленина почти никогда не перепадала.

Яна ждала его стоя на колени с открытой шеей, у нее хватило смелости остаться, а может, не хватило смелости убежать? Приятнее было думать о первом, не мог же он настолько в ней ошибаться?

– Зачем?

– Это была моя мать.

– Я понял, но неужели ты не знала, что у тебя не хватит сил инициировать кого-либо, не разрушив его рассудок? Или ты не помнишь, что оптимальный возраст для посвящения Крови от семнадцати до двадцати семи лет? Что пожилых людей мог инициировать только император? Такой судьбы ты хотела для матери?

Вампиры не могут плакать, но Яна кажется была на грани.

– Я надеялась, что получится, она и так умирала.

– Почему ты не прикончила то, что получилось? Хотя бы из жалости? Почему позволила стриге убивать?

– Я заперла ее в погребе, навалила камней.

– И надеялась ее удержать?

Ответа не последовало.

– Помнишь, что сделала княгиня со своим учеником после успешной, но неразрешенной инициации умирающей племянницы?

– Собственноручно содрала кожу и оставила иссыхать на солнце вместе с новообращенной, потом обоих еще живых скормила волколакам.
– Голос Яны, казалось, успокоился. Она не могла не помнить об этом случае, и, похоже, была полностью готова к жестокой смерти.