Бойцовский Клуб
Шрифт:
Переведи часы назад на два часа.
Ты добираешься на маршрутке до центра Сиэтла, и в первом же баре видишь за стойкой бармена с ортопедическим устройством на сломанной шее, из которого он вынужден постоянно смотреть в потолок. Чтобы разглядеть тебя, он вынужден скосить глаза, к тому же ему очень мешает распухший словно баклажан нос.
Бар пуст, и бармен говорит мне:
– С возвращением, сэр.
– Я никогда раньше не бывал в этом баре, никогда.
Я спрашиваю бармена, знакомо ли
Бармен с трудом улыбается, потому что его подбородок подперт снизу металлической скобой, и говорит:
– Это проверка?
Да, говорю я, проверка. Знаком ли он с Тайлером Дерденом?
– Вы же заходили к нам на прошлой неделе, мистер Дерден, – отвечает бармен. – Неужели вы забыли?
Тайлер был здесь.
– Вы здесь уже были, сэр.
Я никогда не был здесь до сегодняшнего вечера.
– Разумеется, раз вы так говорите, сэр, – отвечает бармен, но в четверг вечером вы спрашивали, как скоро полиция собирается закрыть нас.
В прошлый четверг я всю ночь промучился бессонницей, не понимая, сплю я или бодрствую. Я проснулся в пятницу поздно, чувствуя себя совершенно разбитым и с таким ощущением, словно я всю ночь не смыкал глаз.
– Да, сэр, – говорит бармен. – В четверг вечером вы стояли там, где вы сейчас стоите, и спрашивали насчет налета полиции на клуб, а также насчет того, скольким парням нам пришлось отказать в приеме в клуб, который собирается здесь по средам.
Бармен пожимает плечами, обводит взглядом пустое помещение бара и говорит:
– Нас никто не слышит, мистер Дерден, сэр. В прошлый раз нам пришлось отказать двадцати семи. На следующий день после встречи клуба в баре ни души не бывает.
В какой бар я ни зайду, везде ко мне обращаются «сэр».
В какой бар я ни зайду, везде парни с побитыми лицами сразу начинают смотреть на меня. Откуда они все меня знают.
– У вас родимое пятно, мистер Дерден, – говорит бармен, – на ноге. Темно-красное, в форме Австралии с Новой Зеландией.
Только Марла знает об этом. Марла и мой отец. Даже Тайлер этого не знает. Когда мы встретились на пляже, я сидел, подложив ногу с пятном под себя.
А теперь все кругом знают о раке, которого у меня не было.
– Это знает каждый участник «Проекта Разгром», мистер Дерден, – и с этими словами бармен протягивает мне руку, показывая на тыльной стороне ладони ожог в виде поцелуя.
Мой поцелуй?
Поцелуй Тайлера.
– Все знают про ваше родимое пятно, – говорит бармен, – оно стало частью легенды. Да ты весь стал частью легенды, приятель.
Я звоню Марле из мотеля в Сиэтле и спрашиваю, занимались ли мы когда-нибудь этим.
Ну, ты понимаешь.
На
– Что?
Ну, спали вместе.
– Что?
Занимались ли мы любовью хоть раз?
– Боже!
Ну, так как?
– Что «ну, так как»?
Занимались ли мы любовью?
– Я убью тебя!
Это означает «да» иди «нет»?
– Я знала, что так и будет, – говорит Марла. – Ты – законченный мерзавец. То ты меня любишь, то видеть не видишь. То спасаешь мне жизнь, то варишь мыло из моей матери.
Я щиплю себя.
Я спрашиваю у Марлы, как мы познакомились.
– В группе поддержки для больных раком яичка, – говорит Марла, – ты еще тогда спас мне жизнь.
Я спас ей жизнь?
– Ты спас мне жизнь.
Тайлер спас ей жизнь.
– Ты спас мне жизнь.
Я сую палец в отверстие на моей щеке и верчу им там, боль такая, что кого хочешь разбудит от любого сна.
Марла говорит:
– Ты спас мне жизнь. Отель «Регент». Я пыталась покончить с собой. Помнишь?
Ах да.
– В ту ночь я еще сказала, что хочу сделать от тебя аборт.
Давление в салоне падает.
Я спрашиваю Марлу, как меня зовут.
Скоро нам всем крышка.
Марла говорит:
– Тайлер Дерден. Тебя зовут Тайлер Дерден, использованная ты подтирка. Ты живешь по адресу 5123 СВ Бумажная улица в доме, который сейчас кишит твоими дурацкими учениками, которые бреют голову налысо и выжигают себе подушечки пальцев щелочью.
Мне нужно поспать хотя бы немного.
– Если ты немедленно не вернешься, – кричит Марла в трубку, – эти маленькие ублюдки и из меня сварят мыло.
Мне нужно найти Тайлера.
Шрам на твоей руке, Марла, говорю я, откуда он у тебя взялся?
– Ты его сделал. Это твой поцелуй.
Мне нужно найти Тайлера.
Мне нужно поспать хотя бы немного.
Мне нужно поспать.
Мне нужно пойти и поспать.
Я прощаюсь с Марлой, желаю ей спокойной ночи, и крик Марлы в трубке становится все тише и тише, пока не смолкает совсем, как только я опускаю трубку на рычаг.
22
Когда у тебя бессонница, всю ночь думаешь, не переставая.
Сплю я или нет? Спал я или нет? Так уж устроена бессонница.
Пытаешься успокоиться, дышать ровнее, но сердце бьется часто, а в голове вихрем кружатся мысли.
Ничто не помогает. Даже направленная медитация.
Ты в Ирландии.
Даже если считать овец.
Ты отсчитываешь дни, часы и минуты с того времени, когда ты в последний раз спал. Врач рассмеялся тебе в лицо. Никто еще не умер от недостатка сна. Ты выглядишь как старый подгнивший и сморщенный плод, хуже покойника.